Последовавшие за этим поздравления и вопросы, адресованные Тишине, он также полностью проигнорировал.
«Расслабившиеся бараны! — с досадой подметил Реннет. — Вам бы только языками почесать, а в какую передрягу мы на сей раз влипли, и катастрофическая ситуация с нашими силами, вас совершенно не заботит».
Он думал, продолжал думать безостановочно, напрягая все извилины. Для начала, пытался переварить информацию, полученную за последние несколько часов. Каким образом они все оказались в этом мире? Что он из себя представляет? Какие различия с Гесферой таит в себе новый мир? Какие опасности им могут здесь угрожать? И, наверно самое главное: как им вернуться обратно?
Быть может, кто-то посчитает это удивительным даром, но когда Реннет напрягал извилины, мог отыскать выход из любой ситуации, какой бы критической она не казалась. Недаром самая сильная его сторона заключалась в умении выживать.
А жить ему было за что. Катарина — она оставалась смыслом его существования последние пару лет, включая дни, проведенные в кошмарах Ямы.
Сильных переживаний за нее он не испытывал. Подобное только помешало бы здраво рассуждать. К тому же, став свободной от законов, ведьма обрела защиту. Теперь лишь она одна вершила свою судьбу.
Переживать больше стоило о других членах отряда и… вероятно его товарищей. Да, как ни странно, спустя столько лет Реннет начал видеть в них своих товарищей. Однако вслух он ни за что в этом не признается, так как само «дружеское» поведение, включающие в себя подбадривания и подшучивания друг над другом, было ему противным.
Ближе к утру — оно наступило спустя восемь-девять часов, путников разбудил стороживший Армель. Он почувствовал надвигающуюся опасность. И не ошибся.
Нападение развивалось стремительно. Около полусотни огненных вспышек озарили предрассветное небо. Огонь пролился на них сверху, заставив сам воздух дышать жаром.
Воздвигнутый Ладаном Туманный Щит растаял, словно масло на солнцепеке. Реннет и сам попробовал сотворить барьер, используя теневой элемент, но вновь потерпел неудачу.
— Уходим на южную сторону! По-моему, я видела там безопасную тропинку! — выкрикнула Тишина, и побежала. Остальным было грех жаловаться, они немедля последовали за чародейкой. На голых скалах Гончие представляли собой превосходную мишень.
— Нас атаковали? В самом деле? — поинтересовался Ладан на бегу.
Армель, первым поднявший тревогу, ответил:
— Я их не разглядел, но вряд ли огонь, льющийся с небес — это нормально. Да и целятся они так точно, что мы едва успеваем унести ноги.
— Ошибаешься, это они хотят, чтобы мы успевали! — крикнул им обоим Реннет.
Путники старались карабкаться быстрее, однако риск поскользнуться был очень велик. Черная скала местами казалась даже более гладкой, чем поверхность пруда в безветренную погоду.
— Хочешь сказать, прямо сейчас нас заманивают в ловушку?
— Именно?
— Тогда, почему мы все равно двигаемся в этом направлении? — опомнился Армель. — Прямо в пасть змеи?
Губы Реннета растянулись в усмешке.
— Потому что там враг… и тропа, по которой они сюда вскарабкались! Советую приготовиться встретить их в ближнем бою, чтобы уничтожить всех и каждого! Будьте готовы драться за свои жизни!
Оставив их в недоумении, ренегат ускорился. Меч все еще оставался при нем, и пустить его в дело — наиболее правильный подход. Поэтому, едва завидев необычно ярко сияющие ауры вражеской магии, он пригнулся и расслабил мышцы плеч, готовясь активировать Теневое Перемещение и боевое таинство Лирин.
Около полусотни фигур. Все в длиннополых мантиях, с надвинутыми до самого подбородка капюшонами, на которых имелись специальные вырезы для глаз. Помимо прочей мелочи, едва различимой в полутьме, у каждого при себе имелось по короткому посоху, мерцающему алым светом. Враги одновременно подняли эти посохи, и выстрелили в них огненными шарами.
Воздух будто бы наполнился гудящим пламенем. Реннет понятия не имел, живы остальные или нет, он бросился на врага с одной лишь целью — уничтожить их всех.
Теневое перемещение успешно сработало. Клинок кромсал длиннополые мантии направо и налево. Получив смертельное ранение, враги вспыхивали и самовозгорались. Иной раз их посохи касались теневого полотна, окружающего Реннета, и тогда его отбрасывало в сторону. Но это неважно, потому как с той скоростью, на которой сражался он, они не успевали воспользоваться моментом.
Ко всему прочему, эти странные огненные чародеи совершенно не умели обращаться с мечом. Единственное их преимущество — магия, не могло остановить ренегата.
Спустя пару минут, остались лишь вонючие кучки пепла, тут же сдуваемые ветром вниз, в долину. Реннет стоял над ними в некотором замешательстве. Казалось, он только что поучаствовал в бойне безоружных. Неприятное чувство.
Очнувшись, он огляделся по сторонам, в поисках остальных. Во время сражения он видел то одного, то другого, но не обратил внимания. А теперь… они все сгрудились вокруг обожженного тела сереброволосого мага.
— Как он умудрился так сильно пострадать? — спросил он, приблизившись и увидев ужасные раны, нанесенные пламенем.
— Не представляю, — нервно сжимала руку Ладана Тишина. — Я была рядом. Внезапно он вспыхнул и загорелся, как те огненные маги. Разумеется, я тут же кинулась тушить и… едва успела что-то сделать.