— Быть может, даже к лучшему, что людям не дано знать чувств других. Они тоже бывают лживыми и ложными, порой ядовитыми. Что же касается твоей другой личности, у меня есть способ избавить тебя от него навсегда. Он был с самого начала, но я надеялся, что все само собой образуется, потому не упоминал о нем.
— Могу я узнать, что за способ? — оживился Реннет.
— Обратиться с молитвой к Защитнику. Учитывая, какие между ними сложились отношения, Богиня будет только рада помочь.
Перспектива обратиться к Защитнику пугала того сильнее, нежели остаться делить с другим собой одно тело. Кроме того, не настолько сильно он ненавидел его. Вероятно даже, они были одним и тем же человеком.
— Я… подумаю, — проронил он.
— Да, конечно, обдумай тщательно, ибо тебе потом со всем этим жить, — отозвался священник, будто ничего другого и не ожидал услышать.
У Реннета возникло странное чувство, словно человек с которым он только что разговаривал, был не тем Армелем, которого они знали. Ни следа мальчишеской беззаботности и чересчур глубокомысленные слова. С ним и раньше такое случалось.
Отринув мысли о священнике, ренегат попробовал сосредоточиться на происходящем вокруг. Они приближались к месту, о котором упоминала Трисса.
Обструганные бревна, обрубленные верхушки деревьев, щепки повсюду и торчащие из земли пни. Сразу видно, здесь трудились не день и не два, заготавливая лес. Однако рабочих или лошадей с тягловыми сооружениями не было видно нигде. Скорее всего, область работ переместилась к северу. С той стороны даже были слышны стук металла и треск падающих исполинов, ломающих своим весом кусты и деревца поменьше.
К месту, приблизительно, они пришли, и тут всплывал самый что ни на есть ожидаемый вопрос:
— Что же дальше?
— Мы вскарабкались на склон, но не имеем ни малейшего представления, что должны искать, — пожаловался Армель в своей доставучей манере.
— Полагаю, искать следы бесполезно, — мрачно озирался сереброволосый маг, а потом сурово глянул на священника, — но Лидера мы ни за что не оставим.
Тот всего лишь пожал плечами. Идея неожиданно нашлась у Реннета.
— Я поищу следы ее магии или какой-нибудь иной. К сожалению, мои способности в последнее время подводят, так что будем надеяться на удачу, — сказал он, припомнив неожиданное столкновение с Триссой. Оставалось загадкой, почему он тогда ее не почувствовал?
Из-за сопротивления магии и Темноты, пришлось концентрироваться изо всех сил, чтобы ничего не упустить из виду.
Как и предполагалось, процесс двигался с трудом. Магия сопротивлялась его попыткам осязать окрестности чутьем. Однако результаты неожиданно оказались шокирующими…
— Она повсюду…
— Что случилось? — не расслышали остальные шепот парня.
— Магия повсюду, — повторил тот, оглядываясь по сторонам, будто силясь ее рассмотреть.
— Ты же говорил, что не чувствуешь дикую магию, — не понял Ладан.
Реннет покрепче ухватился за рукоять меча.
— Нет же, я говорю о мистической магии и проклятии ведьм! Или что-то близко похожее. Я не вижу ее зрением, однако ощущаю. Магия разлита по всей округе в малых количествах.
Он редко ошибался, потому остальные встревожились.
— Ты можешь выяснить, где основной источник? — спросили у него.
— Пожалуй.
Ренегат вновь сконцентрировался. Сознание тут же охватил жар, но он терпел, расширяя обзор и стараясь пробиться к источнику непонятной магии. И спустя минуту ему удалось достичь места, где концентрация магии резко увеличивалась. Всего на мгновение, но у него появилось чувство, будто нечто холодное и чужое коснулось его сознания. Оно исчезло так же быстро, как и появилось, потому Реннет списал его на какие-нибудь фантомные реакции своего подсознания.
— Нам туда! — указал он вперед, и не дожидаясь остальных двинулся.
«Да, чувства не подвели. Магия становится гуще, хотя даже представить себе не могу, как его могли разлить в таких количествах. Темнота не воздействует на источник?»
Очевидно, этим источником была ведьма. Почему-то голову Реннета тут же посетила мысль о Триссе. Когда он видел ее утром, женщина не показалась ему опасной, однако о темном прошлом забывать не стоило, особенно когда имеешь дело с ведьмами. Можно наверняка сказать одно — ситуация стала еще запутанней, чем раньше.