Раздался общий вздох облегчения. А я посмотрела вверх на Балина и спросила:
- А чего его все так боятся?
- Он беорнинг. А они оборотни. Превращаются в огромных агрессивных неуправляемых медведей.
Я закрыла глаза и вздохнула.
- Час от часу не легче.
…
Уже совсем скоро были поставлены шатры и разведены костры. Беорн пригласил Трандуила, меня и гномов в хижину. Там на столе стояли миски с медовыми сотами, сливками и лепёшками. В кувшинах было молоко и вода. Трандуил пригубил чашу с молоком и отставил её. Гномы очень аккуратно начали брать еду. Просто невероятно! – подумала я про себя. Сама я крошила лепёшку – во рту всё ещё стоял привкус орка. От вида еды меня подташнивало.
- Так значит, ты, - обратился ко мне громогласный Беорн, - снесла голову Больгу?
- Угу, - пролепетала я. У меня не выходило из головы, что огромный человек, стоящий передо мной может в одну секунду превратиться в медведя и всех порвать на тряпочки.
- Это надо было видеть, - промычал Двалин, набивший себе рот лепёшками с мёдом, - у нас у всех глаза на лоб полезли, когда она начала… – тут он поперхнулся, потому что Балин больно ткнул логтем ему в бок.
- Да, да, - продолжил тем временем, Бомбур ничего не заметив – я сам чуть с пони не свалился, когда она обняла этого мерзкого орка.
- Обняла? – не понял Беорн
- И поцеловала, - кивнул Гимли и тут же получил тяжёлой кружкой по голове от Балина.
- Поцеловала? Орка? Больга? – взревел Беорн, а Трандуил напрягся.
- Это был отвлекающий манёвр, - спокойно сказал Торин, сжимая кружку так, что она чуть не трескалась, - чтобы отвлечь его.
- Да, - закивал Балин, - через секунду Больг уже валялся на земле с отрубленной башкой, разбрызгивая свою поганую кровь.
- А ну ка давайте поподробней, - сказал Беорн, усаживаясь за стол.
Я вскочила на ноги.
- Я… я.. прошу прощения. Мне нужно выйти.
И я стремглав бросилась к выходу, уронив при этом табуретку. Меня тошнило, руки дрожали, во рту казалось всё ещё была мерзкая слизь. Снаружи я столкнулась с Симраилом.
- Вина, быстро! – протянула я руку.
Симраил отстегнул флягу с пояса и протянул мне.
- Алдариель, что…
- Не сейчас, Симраил. – я почти бегом направилась к реке, которая текла недалеко от хижины. Свет звёзд был ярок. Зелёные огоньки метались над водой – светлячки. Я села на траву у воды, открыла флягу и наполнила рот терпкой жидкостью. Подержала и выплюнула. Ещё раз. И ещё. Пока не закончилось вино. Привкус орка не уходил. Я ощущала его руки на своём теле, его зловоние, его мерзкий язык на своих дёснах, нёбе, в горле. Тошнота с новой силой заставила меня согнуться. Из меня лился желудочный сок. Больше было нечему. Я подползла к реке и умылась, прополоскав рот несколько раз. Я потрясла флягу и вылила в рот последние капли. Сев на колени на самый краешек берега, я обхватила себя руками, из груди вырвался стон. Мне было настолько плохо, насколько вообще может быть человеку.
- Алдариель, - прозвучал спокойный голос у меня за спиной.
Я не оборачиваясь, прошептала:
- Помоги мне.
Трандуил подошёл и поднял меня на ноги. Я всё ещё обнимала себя за плечи и дрожала. Я смотрела на реку, где резвились светлячки и плыли вместе с течением бесчисленные звёзды.
- Я не могу избавиться от него, - прошептала я, - Он в моей голове, на моей коже, в моём рту! Мне плохо. Ты можешь мне помочь? – я не смотрела на лесного короля. Я просто не могла смотреть на него.
Трандуил нежно взял меня за подбородок и повернул мою голову к себе.