Сильмарилли (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

========== Глава 1. ==========

В этот мир я попала магическим путём. Это было столь же очевидно, сколько и невероятно, но тем не менее факт оставался фактом. Два месяца назад мне пришло известие о том, что маленький городок где-то на отшибе цивилизации, который нуждается в молодых кадрах любых профессий, примет меня с распростёртыми объятиями и кучей вакансий. Приглашались как профессионалы, так и молодые кадры без опыта, так как мэр города был человеком прогрессивным и неугомонным, и поставил себе целью превратить захолустье в город с именем с большой буквы. Не знаю, что заинтересовало власти в моём скромном резюме, которое я отослала неделю назад, прочитав малюсенькую заметку в рекламной строке на просторах интернета, но на размышления не было времени. Высланный мне билет с пригласительным письмом указывал, что вылет завтра в пять утра. Необходимо было собрать свои скромные пожитки, уведомить хозяина квартиры, что я съезжаю, оплатить последние счета за комуналку и попрощаться с единственным другом – соседской шавкой, которая без устали и с какой-то отчаянной решимостью облаивала меня с балкона второго этажа на протяжении всего моего недолгого проживания в доме.

И вот я уже сидела в самолёте, эконом классе, жевала булку с джемом и смотрела на проплывающие облака. Мои мысли были заняты будущим. Наконец-то в жизни что-то пойдёт правильно. Возможно, я сумею пустить корни на новом месте, может быть у меня появятся друзья, а то и семья. Вдруг так захотелось иметь свой дом, куда можно было вернуться, где тебя бы ждали и любили. Но я быстро приструнила себя. Хватит мечтать и надеяться. Я с детства знала, насколько болезненны могут быть беспочвенные надежды и пустые мечты. Я не знала своих родителей. Мне рассказали, что меня оставили прямо у дверей детского дома (спасибо, что не мусорном баке). Мне было тогда месяц с небольшим. Я была в коробке из под фруктов, завёрнутая в женское платье. Имя мне дал полицейский, который занимался моим делом. Он особо не заморачивался и потому назвал меня Май – сложно не догадаться по какой причине – нашли меня в мае. Детдом вспоминать не хотелось. Это был не чистенький домик, куда водят политиков и съёмочные группы. Это был старый потрёпанный трёхэтажный дом, где постоянно всё было сломано или почти сломано. На верхних этажах сколько себя помню протекала крыша, поэтому там всегда стоял тухлый запах и было сыро, а плесень цвела чёрными пятнами по углам и стенам. Воспитатели, или нет, надзиратели были под стать дому. Они не любили напрягаться и поэтому часто наказывали детей за любые проступки или просто под настроение. Тех, кто убегал, обычно возвращала полиция и тогда бедолагам доставалось так, что у других просто пропадало желание даже думать о побеге. Поэтому я с детства привыкла с юмором относится к любым неприятностям. Так было проще. Моим лозунгом всегда были слова “умирать, так с песней”.

Когда мне исполнилось восемнадцать, я долго решала, чего же хочу. Так и не поняв и не поступив ни в один из вузов, я выживала за счёт бесчисленных подработок, одной из которой была центральная библиотека. Это была моя любимая подработка, так как чтение книг вырывало меня из непонятной реальности и погружало в мир, который казался мне родным и настоящим. Друзей у меня не было не только из-за моей молчаливости и скрытности, у меня попросту не было времени их заводить. Коллеги и шапочные знакомые не могли претендовать на близкие отношения, так как они менялись так же быстро, как и подработки.

Теперь я надеялась, что моя жизнь наладится. Я наконец-то смогу хоть как-то разобрать жизненный хаос, так прочно воцарившейся вокруг меня, и найти свой путь. С таким бодрым настроением я спускалась с трапа самолёта и поднималась на небольшой паром, который должен был переправить меня на полуостров, где собственно и находился городок. Я даже не заметила, как сгустился туман, липкий и душный, и такой густой, что я не видела своих рук. Мне стало не по себе и я крикнула в надежде, что кто-нибудь ответит и развеет моё стойкое ощущение нереальности. Моё “Эй! Что за…” потонуло, даже не прозвучав. Я открывала рот, но из него не вылетало ни звука. На ощупь я дошла до поручней парома и вдруг волна или ветер, или что-то огромное и сильное опрокинуло меня за борт. Я даже не успела испугаться, как оказалась под водой. Мысли отключились, включилась паника и инстинкт самосохранения. Я начала, как обезумевшая, работать руками и ногами и вскоре моя голова оказалась над водой, я вдохнула воздуха и тут же захлебнулась горькой и солёной водой. Волны накатывали казалось со всех сторон. Меня метало как поплавок, то загребая на гребень волны, то закутывая огромной лапой воды. Я боролась изо всех сил, которые явно были на исходе. И вот меня накрыло такой тяжелой волной, что я кубарем пронеслась под водой и пошла ко дну. Вода проникла в лёгкие, руки и ноги вдруг отяжелели, я перестала бороться и отдалась на волю стихии. Я почувствовала необычайную легкость, страх отступил и мой мозг стал постепенно отключаться в каком-то безумном блаженстве. Мне снились яркие узоры, переплетения ветвей и листьев, знаки, яркие светильники с таким горячим светом, что обжигали кожу. Казалось, я могу дотронуться до них без вреда, они притягивали меня, загорались яркими огнями, вспыхивали и искрились, шептали нараспев непонятные мне песни всё громче и громче, а потом заговорили вполне реальными голосами:

- Просыпайся… открой глаза… живая… вроде да…держи её голову, а то захлебнётся… эй.. ЭЙ!

Я почувствовала как меня встряхивают и закашлялась. Острая боль в груди заставила открыть глаза. Реальность спиралью вонзалась в моё сознание. Я не могла сфокусировать зрение. Всё плыло и растекалось. Какие-то тени склонялись надо мной, вибрировали и расплывались. Я закрыла глаза и отключилась.

Я проснулась и сразу в нос ударил запах свежей рыбы и соли. Я была завёрнута в какую-то мешковину, свет проникал сквозь ткань и мелкими искорками щекотал ресницы. Откинув ткань, я сощурилась от яркого света. Постепенно, как зрение возвращалось ко мне, приобретали очертания и огромные бочки, окружавшие меня, свёрнутые сети, горой громоздившиеся передо мной, ровно стоявший парус где-то над головой на расстоянии вытянутой руки и люди. Люди были одеты очень странно, словно из старого фильма про пиратов –невзрачные лохмотья, из которых торчали нитки, заплатанные штаны, посеревшие рубахи с закатанными рукавами, на одном был плащ почти до пят и подбитые железными бляхами сапоги, на другом безрукавка на голое тело, шаровары, повисшие тяжёлым мешком на бёдрах, и тоже увесистые сапоги. Не хватало только повязок на глаза, палок вместо ног и попугая на плечо. Я ещё раз посмотрела вверх на парус – не болтается ли там чёрный флаг с черепом. А вдруг? Но нет, ничего подобного не было. Я снова посмотрела на людей.

Их было четверо. Они все дружно начали вставать со своих мест и так же дружно и синхронно пошли в мою сторону. Я невольно начала отползать, ища глазами хоть что-нибудь, что можно использовать в качестве оружия. Не то, чтобы я знала приёмы кунг-фу или умела драться, но что-нибудь тяжёлое явно придало бы мне храбрости. Тот, что был в плаще заметил то ли мои глаза полные ужаса, то ли мои нервные попытки уползти в борт и сделал знак рукой другим. Те остановились, он же уверенной походкой подошёл ко мне и присел на корточки, заглянув в глаза. Потом резким движение схватил жёсткими пальцами за подбородок и внимательно начал изучать мои глаза. Его брови поплыли вверх, не оборачиваясь, он крикнул своим товарищам, чтобы те подошли, что те не преминули сделать и уже через секунду четыре пары глаз рассматривали моё лицо. Я дёрнула головой, стряхивая руку нахального незнакомца.

- Где я? – прохрипел мой голос, а в груди запылало, словно его обожгли огнём, - Кто вы? Что случилось?

Люди начали быстро и нервно переговариваться на неизвестном мне наречии. Он не был похож ни на один известный мне язык. Я попробовала английский. Ноль внимания. Вспомнила два слова на немецком. Опять же никакого ответа. Тогда я напрягла память и выдала всё, что смогла вспомнить:

- Бонжур? Салам алейкум? Бон аппетито? Конничива? – я хлопала глазами в надежде на реакцию со стороны слушателей, - Да, на каком же языке вы разговариваете?

- Я говорю на вестроне, дева. Остальные наречия мне неизвестны.

- Вестроне? Дева? – я застонала и прижала руки к груди – боль всё ещё была сильной.

- Мы выловили тебя в море сегодня утром. Из какого-то ты народа? Ты не похожа на наш народ, но и на на народ эдайн тоже. Да и одета ты не как дева.

На мне были джинсы и кофта на пуговицах. Ничего особенного и примечательного.

-Простите, какие народы? – переспросила я.

Человек в плаще словно и не слышал моего вопроса:

- Твои глаза цвета коры очень странные и необычные. Никогда не видел подобные.

Чего это он? Странный какой-то. Может псих или маньяк? – подумалось мне.

- Обычные карие глаза. Таких много, - я постаралась быть предельно вежливой. С психами не спорят. Надо быть аккуратной.

- Я продам тебя Азогу. Думаю, он хорошо заплатит за такие глаза.

До меня медленно начали доходить слова, вернее два слова “продам” и “тебя”.

- - Кккак продадите? Куда продадите? Меня продадите? – я начала заикаться. Сразу всплыли все известные мне случаи продажи людей, сексуальное рабство, притоны, наркотики, насилие…

- Я, меня… меня будут искать, - в отчаянии попыталась я соврать, так как искать меня уж точно никто не будет.

Меня никто не слушал.

- Отличный у нас улов сегодня, уа-ха-ха, - разошёлся тот, что был в безрукавке, - может поиграемся с ней?

- Не мять товар! – грозно сказал плащ, - орки учуют, меньше заплатят.

В голове бешено проносились мысли: продадим, товар, заплатит, орки… орки?

Я начала что-то кричать, просить, умолять, но меня никто не слушал. Один из них начал больно связывать мне руки, пока другие опять что-то бурно обсуждали и размахивали руками. Я не переставала истерить и выкручиваться. Плащ подошёл, замахнулся и всё померкло.