Отец Иоанн Кронштадтский: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Белград.

Кроме этих письменных отзывов о моей книге, я считаю долгом привести еще некоторые устные отзывы.

Так:

Архиепископ Серафим Богучарский, заведующий русскими церквами в Болгарии, сказал мне, ласково обнимая меня: «Спасибо тебе, дорогой, что ты такую хорошую книгу написал».

Архиепископ Камчатский и Петропавловский Нестор сказал мне: «Знаете, что я, как сел вечером читать Вашу книгу, так всю ночь до утра и прочитал, пока не кончил».

Викарный епископ Сербской Патриархии Дионисий сказал мне: «Ваша книга “Отец Иоанн Кронштадтский” — первая из всех русских книг, которые мне приходилось читать, написана таким простым, легким и удобопонятным языком, что, читая ее, я все понимаю. Другие же русские книги написаны тяжелым слогом, так что их трудно понимать нерусскому.

Жена академика Струве, Нина Александровна, сказала мне: «Знаете, из всех книг на земном шаре Ваша книга самая лучшая»349.

Председатель Общества чинов судебного ведомства, бывший председатель одного из окружных судов Константин Иванович Телятников сказал мне: «Вашей книгой Вы всех победили». И еще повторил мне это через несколько месяцев.

Кроме вышеприведенных отзывов, меня весьма радует, что и современная молодежь интересуется отцом Иоанном и читает книгу «Отец Иоанн Кронштадтский».

Однажды пришел я на службу и забыл в другом жилете ключ от письменного стола, в коем были все мои чертежные принадлежности.

От службы я жил далеко, и пришлось бы потерять целый час, чтобы сходить домой, туда и обратно, за ключом.

Видел я, как молодые мои сослуживцы, забыв ключ, без труда отрывали верхнюю доску стола вместе с гвоздями, коими она прибита, выдвигали ящик стола и затем нажимом рук опускали верхнюю доску стола на место, а гвозди догоняли ударами полена.

Я пошел к сослуживцу молодому человеку г. Толмачеву, огромного роста, который всем белградцам известен, так как на весельных гонках яхт-клуба имени Петра Великого всегда берет призы. Я объяснил ему, в чем дело, и говорю ему:

— Я маленькая ничтожная пигалица, а вы богатырь, помогите мне.

— Какая вы ничтожная пигалица, — отвечал он мне, — вы гигант мысли, вы такую книгу написали, я вашу книгу прочел.

Я ему ответил, что гигант мысли не я, а отец Иоанн, мысли которого я привел в книге.

Другой молодой сослуживец мой господин Георгий Гофман прочел мою книгу, экземпляр которой я ему дал прочитать и, прочитав, купил.

Третий молодой сослуживец мой господин Свешников прочел мою книгу, а затем и его супруга также.

Инженер Н. Ф. Лазарев, с которым я не был знаком, сказал мне, что прочел мою книгу, которая ему очень понравилась.

Студент карпаторосс350 говорил мне, что студенты очень интересуются отцом Иоанном, читают и покупают мою книгу о нем.

Это явление меня очень радует и утешает, ибо я вижу, что на смену нам идет поколение, горячо любящее свою родину и православное по духу.

Моя молитва

Совокупность всех вышеприведенных отзывов о первом томе моей книги «Отец Иоанн Кронштадтский» привела меня к убеждению, что Господь услышал и исполнил мою молитву, которою я молюсь Ему уже много лет.

Вот эта молитва, которою я прошу Царицу Небесную, всех святых честных бесплотных Сил Господних и великих святых Господних, святых молитвенников, молитвенниц и Ангелов-хранителей семьи моей и великого Иоанна Кронштадтского, чтобы они умолили Господа, чтобы Господь дал мне насаждать мир, тишину и безмятежие, благочестие и всякую правду и истину, и веру православную в России и во всем мире и работать в этом направлении неусыпно, всю жизнь, всем существом моим и всем семейством и видеть плоды трудов моих.

Я стараюсь уже несколько месяцев припомнить, когда и по какому случаю я составил эту молитву, но решительно не могу вспомнить; очевидно, эта молитва внушена мне свыше Иоанном Кронштадтским и молитвенниками, молитвенницами и Ангелами-хранителями нашими.

Отдел I. Дополнительные сведения, относящиеся к жизнеописанию отца Иоанна

Глава 1. Воспоминания об отце Иоанне адмирала Д. В. Никитина (Фокагитова) из книги «На берегу и в море»351, с. 7-13 и 23-25

Вторым священником Андреевского собора в Кронштадте и ключарем его был преподававший нам в гимназии Закон Божий отец Иван Сергиев.

Отцу Ивану нужно отвести особое почетное место в моем рассказе. Через несколько лет вся Россия узнала этого скромного священника, уроженца заброшенного в глуши Архангельской губернии села Суры. Не только в пределах нашей родины, но и за границей он стал известен как “отец Иоанн Кронштадтский”.

Со времени своего назначения в Кронштадт отец Иоанн стал другом моих родителей и частым гостем у них352. Мой отец был его помощником и сотрудником, когда он вырабатывал план совершенно нового тогда для России учреждения: Дома Трудолюбия для доставления заработка и помощи всем сирым и убогим, оказавшимся в тяжелом положении353. Вместе с моим отцом он и проводил этот проект в исполнение в Кронштадте.

[349] Жена академика Струве, Нина Александровна... — Семья П. Б. Струве была тесно связана с жизнью русской эмиграции в Сербии. Сам П. Б. Струве читал лекции в Белграде; о его сыне архиеп. Иоанн (Шаховской) оставил воспоминания, касающиеся русского православного издательства в г. Белая Церковь (1926 г.): «Во второй комнате <...> был угол, где поселился приехавший из Парижа помогать моему миссионерскому делу Константин Петрович Струве (сын Петра Бернгардовича), окончивший Сергиеву Духовную Академию. Впоследствии он принял в монастыре Мильково, в Югославии, постриг с именем Саввы. Отзываясь на братскую просьбу Миссионерского монастыря на Пряшевской Руси, во Владимирове, я отпустил к ним о. Савву, трудолюбивого, кроткого и молитвенного человека. Он умер вскоре после войны, пастырски жертвенно помогая карпаторусским крестьянам» (Вера и достоверность. С. 18-19).

[350] Карпатороссы, или русины — название восточнославянского населения Галиции, Буковины и Венгрии.

[351] ...из книги «На берегу и в море»... — Книга морского писателя Д. В. Никитина, работавшего под псевдонимом Фокагитов, «На берегу и в море: отрывки из воспоминаний» была опубликована в Шанхае в начале 30-х гг. «Морским издательством при Кают-компании морских офицеров в Сан-Франциско» (см.: Полански П. Русская печать в Китае, Японии и Корее. Каталог собрания Библиотеки им. Гамильтона Гавайского университета. М., 2002. С. 119).

[352] Со времени своего назначения в Кронштадт отец Иоанн стал другом моих родителей и частым гостем у них. — Речь идет о семье кронштадтского купца В. Д. Никитина, который в 1871 г. стал старостой Андреевского собора. С какого именно времени началось близкое знакомство отца Иоанна с Никитиным, не установлено. В ранних дневниках Батюшки его имя не упоминается. Однако в 1870-х гг. отец Иоанн действительно становится частым гостем в доме Никитиных. Так, 23 марта 1876 г. он записывает в дневнике: «Позвали меня сегодня утром в 8½ часов соборовать Василия Дмитриевича Никитина и молебен служить: я пил сладкий чай с крендельками. Три стакана выпил с избытком...» (ГАРФ. Ф. 1067. Оп. 1. Д. 19. Л. 112об.).

[353] Мой отец был его помощником и сотрудником, когда он вырабатывал план совершенно нового тогда для России учреждения: Дома Трудолюбия... — В 1874 г. В. Д. Никитин вместе с отцом Иоанном стал одним из учредителей Церковного приходского попечительства при кронштадтском Андреевском соборе. Попечительство выступило с инициативой строительства в Кронштадте Дома Трудолюбия — благотворительного учреждения нового типа, позволявшего нищим самим зарабатывать себе на пропитание. Первоначально, ввиду недостатка средств, планировалось выстроить деревянный дом небольших размеров. После гибели Императора Александра II (1 марта 1881 г.) возникла мысль посвятить предполагаемую постройку его памяти. Это решение позволило привлечь крупных жертвователей и благотворителей и значительно расширить масштабы задуманного предприятия. В ноябре 1881 г. отец Иоанн в составе делегации Андреевского приходского попечительства, в которую входил и кронштадтский городской голова В. Д. Никитин, посетил Москву с целью ознакомить московских благотворителей с учреждением в Кронштадте Дома Трудолюбия в память Царя-Мученика. 7 декабря того же года в Кронштадте произошел пожар, во время которого сгорело деревянное здание Андреевского попечительства и здание Дома Трудолюбия. Открытие вновь отстроенного после пожара Дома состоялось 10 октября 1882 г.