За журавлями: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Несколько шагов прошли молча. Под ногами поскрипывал снег, со стороны клуба доносилась немецкая речь. На краю деревни залаяла собака.

— Ганс еще не всех собак пострелял? — спросил Рубцов.

— Мы его самого скоро укокошим, — выпалил Петька и торопливо, захлебываясь, стал посвящать Рубцова в свои и Сенькины планы. — Давай и ты с нами, — предложил Петька. — Я командир, а комиссар вот — Сенька.

Рубцов остановился.

— А если я пойду сейчас к Юсту, — тихо сказал он, — и скажу: «Петька Горохов, господин майор, партизанский отряд сколачивает и меня, рядового сапожника, который подбивает подметки солдатам армии фюрера, в свой отряд сманивает»… Что тогда?

Петька аж рот раскрыл от неожиданности. На его лице было написано: «Вот это влипли… Дела-делишки…»

— Вот так, — серьезно сказал Рубцов, глядя на Петьку.

— Тогда и тебя укокошим, — придя в себя, отрезал Петька.

Рубцов рассмеялся. Но скоро его лицо посерьезнело, стало суровым. Он понял, что если сейчас же не вступить в эту игру, то смелый и бесшабашный Петька натворит таких дел, что неминуемо погубит и себя и Сеньку. И это может произойти очень скоро, пожалуй, после первой же «боевой операции» отважного командира. И Рубцов сказал:

— Хорошо, я вступаю в вашу группу. Только кем я буду? Рядовым — вроде неудобно, человек я взрослый, да и на фронте обстрелянный.

Ребята молчали.

— А может, я буду начальником штаба? — предложил Рубцов. — Буду разрабатывать операции.

— Здорово! — подхватил Петька.

Он обрадовался, что и Рубцову нашлась достойная должность.

— Начальником штаба и представителем высшего командования, — повторил Рубцов специально для Петьки. — А сейчас вот что, — строго сказал он. — Сейчас по домам. Никаких гранат и диверсий. Ждите указаний. Ясно?

— Есть! — отчеканил Сенька.

— Дядь, а дядь, а кто главней — командир или начальник штаба? — спросил Петька.

— В данной обстановке — начальник штаба главнее, — ответил Рубцов. И, улыбнувшись, сказал ласково: — Иди домой, Петя. Самое главное теперь — дисциплина. Понял?

— Понял, — подмигнул Петька. — Приказано идти домой. Дела-делишки!

8

Работы по заготовке леса подходили к концу. Вызванные майором Юстом два тягача оттаскивали к шоссе толстые бревна. Бревна потоньше возили бабы на тощих, заморенных лошадях. (Хороших колхозных коней немцы отправили на фронт.) За неделю вдоль шоссейной дороги, километрах в двух от Бубёнок, выросло больше десятка аккуратно сложенных штабелей бревен. Чтобы бревна не раскатывались, немцы скрепили их железными скобами.

Вот уж третий день Петька и Сенька возили на старом мерине вязанки хвороста и разгружали их у немецких кухонь. Оттуда вкусно пахло. Рыжий солдат-истопник часто выбегал к поленнице, накладывал охапку дров и тащил к кухне.

Разгрузив хворост, ребята уселись в сани и хотели было ехать обратно в лес, но истопник строго крикнул:

— Ком, ком цурюк!

— Ну, чего тебе? — подъехав к нему, спросил Петька.

Немец показал на свои сапоги, потом постучал кулаком о кулак, показывая рукой в сторону избы, где находилась сапожная мастерская. Ребята догадались: просит подвезти сапожникам обед. (Они уже один раз возили туда бак с баландой.) Двое солдат в коротких фартуках вынесли закопченный бак и поставили в сани. Неплотно прикрытая крышка пропускала пар.

— А крышку кто закрывать будет? — начальственно распорядился Петька и по-хозяйски плотно прихлопнул.

— Гут, гут, — похвалил немец.

Пообедав с сапожниками, ребята вышли на крыльцо вместе с Рубцовым.

— Дядь Паш, когда же действовать начнем? — тихо спросил Петька.