Азарел: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он посмотрел на меня:

— Напрасно велел. Ты с ним в приятелях, что ли?

Я сказал:

— Господин Азарел, его преподобие, тоже так велел.

Я смотрел на него искоса, испытующе: ну, что теперь?

— Так ты от него идешь?

— Именно, — сказал я, — он велел, и он накормил меня вкусным завтраком.

— У меня обеда нет, — возразил он, — я не держу ресторан, ступай к Блау.

И положил передо мной еще один крейцер.

— Но теперь будет!

Я не знал, что еще сказать, и вышел.

— Благослови вас Бог.

Дождь шел не переставая, и я подумал:

Он дал мне два крейцера. Один за то, что я солгал, будто Бог милосерд, и один за то, что солгал, будто милосерд господин его преподобие, мой отец.

И я засмеялся над тем, что сделал. Я смеялся и радовался. Радовался и двум крейцерам. Я поднял крейцеры над головой: видишь, злое небо, лей, сколько хочешь, два крейцера у меня уже есть.

И пошел дальше, из одной лавки в другую, и чем больше набиралось крейцеров, тем пуще лил дождь. И тем веселее я смеялся и радовался крейцерам, и своей храбрости, и игре, так замечательно было всё вместе, что я прыгал и вертелся волчком.

— Можешь лить дождем, — кричал я, обращаясь к небу, — можешь еще и громом громыхать, и молниями сверкать! Тем больше крейцеров у меня будет.

И когда, прыгая, смеясь и побираясь, я прошел все Крепостное кольцо, у меня было уже больше сорока крейцеров. Как дикарь, побрякивал я монетками и думал: да, с этим враньем про Бога я буду собирать все больше и больше. Только бы не отняли. И тогда? Тогда, как бы ни злобствовал мой отец, я накуплю себе много всего. И почему мне ходить только по еврейским лавкам? Чего мне теперь бояться? Буду заходить и к христианам! Если стану косить, как до сих пор, и хорошенько оттяну кверху нос, как им догадаться, что я еврей? А если, к тому же, скулить, как христианские нищенки перед их храмом, я сколько раз слышал: «слава Иисусу Христу»?!

Но тут уж я одумался.

Нет, этого я все-таки не стану говорить. Ни побираясь, ни ради игры, ни крейцеров ради. Сойдет и «милосердный Бог».

И напрасно отец снова взывал мне вслед и мать тоже, что, мол, «ох, он и к христианам заходит», — именно так, я заходил.

И, нажимая на дверную ручку, думал, если все-таки узнают и скажут: вон отсюда, пархатый жид! — тогда я плюну и выбегу, как маленькие побирушки из христиан, когда их прогоняли из еврейских лавок, я видел.

Но мне опять повезло. Плеваться не пришлось, и крейцер я получил. Видишь, сказал я и засмеялся, обошлись и без Иисуса. Вперед, если не захочешь, чтобы признали в тебе еврея, оттягивай кверху нос и коси глазом. А про Иисуса не говори никогда. И выкрещиваться не надо.

К вечеру, думал я, будет, может быть, и целый форинт. И тогда я зайду куда-нибудь и буду «проситься на ночлег», как переряженный принц: «Пустите на ночлег, я иду в долгий путь, иду к своему отцу».

И будет мне ночлег. И на другой день пойду дальше, повсюду, и еще дальше. И всегда буду покупать себе сказки и пирожные с кремом или сосиски. И никогда больше не стану беспокоиться о родителях, о брате с сестрой и вообще ни о ком. Ни в школу ходить не надо, ни поступать в ученье. Хорошо будет. И плевал я на всех.

С тем я и пошел дальше, попрошайничая и у евреев, и у христиан. А про себя только хохотал.

И где не подавали ничего, там я «сквернословил»:

— Милосердный Бог еще покарает вас!

К вечеру, перед закрытием лавок, я купил пирожные с кремом, целых пять штук, таких, какие мы получали обыкновенно только по субботам, да и то по одному, и никогда больше. И еще купил новенькую книгу сказок, и довольно толстую. Я уже промок до нитки и, увидев огонь в печи на дворе еврейской булочной, вошел. И, как в «Принце-сироте», попросил:

— Ради милосердного Бога, я иду издалёка и держу путь к отцу, позвольте мне высушить мое платье здесь у огня и переспать у вас ночь, я лягу, где велите…