Белая роза, Черный лес: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Джон выглянул в иллюминатор. В ночном небе плыли облака, и лишь несколько огней светились в простиравшейся внизу темноте.

Вернер Граф полностью завладел его душой, а Джон Линч, напротив, превратился в легенду, в воспоминание о какой-то другой жизни. Джон Линч стал не нужен; возрождение этой личности могло помешать выполнению задания и стоить ему жизни.

Самолет попал в зону турбулентности. Джона подбросило, но ремень удержал его на месте. Он вспомнил, что говорили на курсах: в гестапо могут осмотреть его грудь и бедра на предмет следов от ремней. Впрочем, волноваться о таком сейчас совершенно излишне.

К рокоту мотора примешался какой-то треск. Самолет уже летел над Германией. До сих пор Джон даже не задумывался о том, что его могут сбить раньше, чем они доберутся до места. Он перебирал какие угодно варианты, кроме такого. Обдумывал любые вопросы, которые ему могут задать, работал над произношением и заучивал легенду бессчетное количество часов, но быть сбитым – такой поворот он даже не рассматривал. Пилот высунулся из кабины и крикнул, что зенитки бьют с двух сторон. В этот миг самолет резко вздрогнул, в корпусе появилась дыра, и внутрь ворвался холодный воздух. Джон вцепился в рюкзак так, что побелели руки. Очередь прошила крыло, как бумагу. Мотор, испуская черный дым, закашлялся, словно старый курильщик. Машина быстро теряла высоту, и Джон нащупал парашют, хотя до места прыжка было еще лететь и лететь. Обстрел продолжался; при каждом попадании Джона кидало в стороны.

Пилот вновь высунулся в салон.

– До места не долетим! – прокричал он. – Правый мотор горит. Попробуем развернуться и дотянуть до Швейцарии. Хотите прыгать – прыгайте сейчас!

Джон кивнул и отстегнул ремень. Хватит ли ему высоты, чтобы прыгнуть? Самолет быстро снижался. До цели очень далеко, однако попасть туда можно и своим ходом – если удачно приземлиться. А останься он на борту, в лучшем случае доложит о провале задания – если вообще выживет.

Обстрел прекратился. Видимо, зенитки защищали какой-то город, а теперь внизу простиралась тьма.

Пилот пожал Джону руку. Его слова потонули в реве ветра – люк уже открыли. Джон шагнул вперед, почувствовал движение воздуха, проверил вытяжную стропу. Самолет опять тряхнуло. Джон заставил себя сосредоточиться. «Ноги вместе, подбородок прижат к груди». Самолет сбавил скорость. И прыгнул.

Водопадом обрушился холодный воздух, затем последовал рывок – раскрылся купол. Самолет исчез во тьме. Несясь к черной земле, Джон слышал лишь собственное дыхание и свист воздуха. Судя по полной темноте, места безлюдные, а значит, у него есть шанс. Он понял, что высоты не хватит. Хотел помолиться, но земля неслась навстречу незримым бесшумным поездом. Джон ударился о покрытую снегом землю, ноги пронзила дикая боль. Его окружала белизна. Тело вдруг перестало слушаться… и все исчезло.

Глава 10

Франка замерла на стуле. Огонь в камине давно потух, в доме стало заметно холодней.

Ее гость неподвижно лежал в кровати, все такой же беспомощный. Теперь Франка знала правду и была довольна. Она не сошла с ума. Ее подозрения не напрасны. Человек, лежащий в доме ее отца, человек, которого она нашла в снегу и спасла, – американец. Разведчик. Она вспомнила про Даниэля, про гестапо. Теперь пощады ей точно не будет. За укрывательство шпиона ее ждет гильотина, но сначала – пытки, в сравнении с которыми смерть покажется милостью. И Франка вдруг ощутила себя свободной. Впервые с той поры, когда она развозила листовки, когда смотрела в полные гордости и восторга глаза Ганса, она снова почувствовала себя живой. По-настоящему живой. Для этого мало просто ходить, есть, дышать. Жить – означает вести осмысленное существование.

– Займусь огнем, – сказала она и вышла.

В голове блуждали обрывки мыслей. Ей известно все, кроме одного: зачем? Зачем он здесь? В чем заключается его задание? О какой помощи он говорил?

Франка положила на тлеющие угли сырых веток, и они начали потрескивать. Несколько секунд она грела руки над огнем, затем пошла в кухню. Хотелось есть. Кормить двоих едоков рационом одного человека было и так нелегко, а теперь, когда кончились запасы консервов, будет еще труднее. Франка решила отправиться на следующий день в город. И вовсе не обязательно тащиться именно во Фрайбург.

Она прислонилась к столу, скрестив на груди руки. Прикрыла на миг глаза, а потом пошла в спальню.

– Вот вы и узнали все, – сказал Джон.

Хотя его речь не изменилась, теперь Франка замечала изъяны произношения. Интересно, как быстро его раскусили бы на допросе? Наверное, люди, специально обученные, заметили бы огрехи в произношении гораздо раньше, чем она.

– Немецкий у вас превосходный.

– Да, мне освежили память. Это было самое легкое.

– А что самое трудное?

– Когда меня учили выдерживать допросы. Учебные допросы и пытки.

– А меня допрашивали в гестапо – без пыток, они и так все знали.

Франка помолчала, отошла к окну.

– Вы вспоминаете о семье, о родных местах в Америке?

– Стараюсь об этом не думать. Стараюсь быть Вернером Графом, но… Джон Линч то и дело высовывает свою наглую физиономию.

– Вы вели себя очень убедительно.

– А почему вы заподозрили?

– Когда я вас нашла, вы были в бреду и выкрикивали какие-то слова по-английски.