— Ну, здравствуй, Аника-воин, искатель правды! Все еще не угомонился?
Сергей вздохнул и виновато ответил, что угомонился.
— Видишь, что творится?
Сергей чуть-чуть улыбнулся и взглянул на отца.
А Таганцев продолжал допытываться:
— И что ты на это скажешь?
Все насторожились, ожидая ответа Сергея.
— С эвакуацией завода торопиться нельзя.
Это прозвучало так неожиданно, что в комнате наступила удивительная тишина. Ее прервал радостный возглас Таганцева:
— И я говорю: не трогайте завод! Да, да! Не трогайте!
Прохор встал и жестко отчеканил каждое слово:
— Тронем завод. Сдвинем с места!
— Посмотрим, как без нас, инженеров, обойдетесь! — язвительно засмеялся Таганцев. — Ни черта у вас, друзья, не получится. Да, да! Ни черта!
И, продолжая улыбаться, Таганцев, не попрощавшись, ушел так же быстро, как и появился.
— А все же хороший мужик Ростислав Леонидович! — вздохнул Ляхин.
— Товарищи! — обратился Прохор Пылаев к членам заводского комитета. — Надо сейчас же провести на заводе митинги. Рассказать рабочим все, как есть… Большевики правды не страшатся…
Все стали быстро одеваться.
Прохор обратился к Сергею:
— Айда с нами на завод. Народ на борьбу с Колчаком поднимать.
— Не пойду. — Сергей нарочито небрежно сел на табуретку. — Надоело все, хватит… навоевался!
— Ты что дуришь? — сердито сказал Прохор сыну, — Люди и впрямь подумают: ты в кусты подался.
— И в кустах посидеть неплохо.
— Что?!
— Отдохнуть хочется, — сказал Сергей, словно не замечая волнения отца и матери и осуждающих взглядов остальных. — Ни о чем не думать… хорошо!
Варвара подошла к Сергею и обняла его.
— Сереженька! Верно, после болезни не в себе еще?
— В себе, мама.
Прохор взял Варвару за плечи и отстранил от сына. Сергей убежденно сказал:
— Зря, отец, все затеваете… За Колчаком — Европа… А мы? Одиноки… Поэтому… — Сергей замолчал. Но потом, как бы решившись, докончил прерванную фразу: — сомнут нас!
Варвара ахнула. Прохор скрипнул зубами. Но Сергей повторил еще громче: