– Это прекрасно, но помни, корабль позволит нам одолеть лишь часть пути. Храм Тюра находится над колоссальным водопадом, а мы, увы, внизу. То есть, даже если мы доберемся туда в целости, нам все равно нужно будет как-то подняться вверх по водопаду, – поведал Мимир ко всеобщему разочарованию.
– Ваны построили величайший корабль на свете, и он может летать, – сказал Атрей.
– Скидбладнир? Да, потому что он был так задуман. А этот не был, – уточнил Мимир.
– Другого корабля у нас нет. Пойдет и этот, – промолвил Кратос.
Прошло не так уж много времени, когда корабль столкнулся с неровным выступом проплывавшего мимо гигантского айсберга.
– Застряли, – доложил Атрей.
– Наткнулись на самый большой айсберг, какой я когда-либо видел. Считайте, что потерпели настоящее кораблекрушение, – сказал Мимир.
– Ну, огонь хотя бы греет, – добавил Атрей. – Что теперь?
Кратос сделал то, что пришло ему в голову: выхватив Левиафан, он принялся перерубать огромную скобу, удерживающую нижний край парусов.
– Топором решил поработать? – спросил Атрей, все еще не понимая затеи.
– Не мешай отцу! – встрял Мимир.
Через десяток ударов скоба лопнула, отпуская паруса в полет.
– А, спустил паруса, – произнес Атрей с недоумением.
Кратос прыгнул на борт и привязал свисающие с рей канаты так, чтобы из парусов получилось больше импровизированных воздушных шаров. Наполнившись горячим воздухом, паруса раздулись и приподняли корабль над айсбергом.
– Сработало, – пробормотал Атрей, не веря происходящему.
Он подбежал к краю палубы, чтобы получше рассмотреть, что находится впереди, но тут корабль накренило вбок так, что ни мальчик, ни отец не удержались на ногах. Оказалось, что рея зацепилась за торчавшую из огромной постройки балку.
– И снова застряли, – объявил Атрей, вспрыгивая на ноги и подбегая, чтобы посмотреть на помеху ближе.
– Ненадолго. Оставайся на корабле, – сказал Кратос.
– Поверить не могу – ты превратил корабль в огромный небесный фонарик! – шептал Атрей.
Кратос перепрыгнул на башню, задержавшую корабль. Найдя механизм полуразрушенного подъемного моста, за которую и зацепилась рея, он повернул его, отцепляя корабль.
– Получилось! Корабль свободен! – воскликнул Атрей, как только корабль снова начал подъем.
– Жди меня там! – приказал Кратос.
– Есть разговор, брат, – обратился к нему Мимир. – Ты же понимаешь, что все кончено? Даже если мы вернемся в Мидгард, вы с Бальдром разрушили единственные врата в Ётунхейм. У нас нет вариантов. А мальчишка… теперь это просто головная боль. Он такое возомнил о себе, что…
– Атрей – не твоя забота! – процедил Кратос.
– Ну что ж, он станет заботой всех миров, если ты ничего не сделаешь. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы это понять.
Пару секунд спустя раздался голос Атрея:
– Смотри! Теперь мы застряли из-за другого моста!
Кратос перебежал к обломку моста, за который зацепился борт корабля, спрыгнул на палубу и уперся в нависший камень плечами.
– Атрей! – подозвал он сына.
– Я могу помочь! – с готовностью устремился к нему Атрей.