Разговор с незнакомкой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Действительно… — Дмитрий Матвеевич кашлянул, прочищая гортань.

— Нет, нет. Бог с ними, с покупками, поеду. Дел дома по горло. Все равно придется ворачиваться в «Сельхозтехнику» на неделе.

— Ну-у… — Дмитрий Матвеевич развел руками. И тут же засуетился, звякнул рюмками, разливая остатки водки. — Как говорится, на посошок. Лёля, сделай с икоркой бутерброд, гость-то у нас больно стеснительный, почти не притронулся ни к чему…

Роман стоял потупившись, не поднимая рюмку и будто раздумывая над чем-то.

— Сейчас машина подойдет, до станции вместе доедем, — весело проговорил Дмитрий Матвеевич, протягивая к нему свою рюмку. — Ну, еще раз за наших… за нашу Родионовку. И прошу извинить нас, не совсем складно получилось…

— Ничо… — Роман выпил и понюхал краешек бутерброда, поданного ему Ольгой Кирилловной.

Через несколько минут, выходя вслед за хозяином в прихожую, он обернулся и увидел пуделя. Его передняя правая лапа, приподнятая над полом, легонько подрагивала.

ПУШКИНСКИЙ ВОЗРАСТ

Этот крохотный угловой номер старой гостиницы многое, верно, повидал на своем веку. А сегодня он приютил двоих, что присели у окна на тесном диванчике и не могут разнять рук.

Луна посеребрила полукруглые звенья стекол за тяжелыми гардинами, где-то за стеной утробно журчит по трубам вода, у двери подтекающий кран роняет гулко разбивающиеся о раковину капли.

— Отчего же ты плачешь?..

— Не знаю… До сих пор не могу поверить, что это ты. Нет… и руки твои, и волосы, и глаза. Господи, это же можно умереть!..

— Да, ты знаешь, я и сам… Хотя я всегда знал, что многое, вся жизнь, пожалуй, может зависеть от одной секунды, от мгновенья. Не остановись на это мгновенье, или наоборот — остановись, поверни в сторону, или пойди иным путем, — и вся цепочка дальнейших событий, обстоятельств, вся судьба твоя может сложиться иначе.

— Да, да, ты прав…

— Но в такой-то сутолоке встретиться! Ведь это же узловая станция — десятки тысяч пассажиров ежедневно…

— Как увидела тебя, у меня и ноги отнялись. И одна только мысль: сейчас пройдет и не увидит, сейчас пройдет и… Потом, гляжу, а ты свою бандуру, чемоданы свои эти, как грохнешь об землю… Ой, моя рука чувствует, что ты улыбаешься, почему?..

— Кофры это…

— Что?

— Кофрами эти чемоданы называются. Заграничное слово… Много у нас еще иностранного при нашем-то богатстве…

— Господи, да при чем все это-то, да бог с ним… Смотри, как темно стало, луна, верно, зашла…

— А ты помнишь… ту ночь?

— В тайге?

— Не совсем в тайге, мы же выбрались потом на полевой стан…

— Как же мне не помнить об этом?..

— Да… Это было время Большой Целины. Когда нас перевели из вашей Николаевки, я за пятьдесят километров бегал к тебе — где на попутных, а где пешком…

— Ты же говорил, что приезжал за письмами для ребят…

— И за письмами тоже…

— А когда я тебя провожала назад, мы сначала ехали на лошади, а потом шли пешком вдоль Енисея.

— И заблудились к ночи… И очень хотели пить… жевали сырое зерно…

— А потом что-то как зашуршит, а я как закричу!