Разговор с незнакомкой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Эх, скорректировать бы сейчас огонек наш, — вздохнул Кирсанов.

— Ничего. Вернемся, скорректируем, — уверенно сказал Джавахишвили. — Туго им придется…

Через два часа канонада утихла, и Джавахишвили приказал всем спуститься вниз: поднялось солнце, и разведчики могли быть легко обнаружены.

День тянулся очень медленно. В районе мельницы до вечера так никто и не появился.

— Не опомнятся гады никак после артподготовки, — сказал Кирсанов.

— Пожевать у тебя нема, кум? — спросил Григораш.

Кирсанов развел руками:

— Не думали, что задержимся тут.

Джавахишвили вытряхнул из кармана несколько сухарей, сдул с них крошки табака:

— Зовите ребят.

Подошли Стрелков и Неверов.

— Вернемся… шашлык из тушенки сделаю, — пообещал Джавахишвили. — А пока — это…

Каждому досталось по небольшому сухарику.

— Там в амбаре мука, — сказал Неверов. — Только плесенью пахнет.

— Пробовал, что ли?

— Голод не тетка.

С наступлением темноты решили рассредоточиться: Джавахишвили и Стрелков спустились в подвал с крохотным оконцем, выходившим во двор. Кирсанов и Григораш спрятались в амбаре, за кулями с полусгнившей мукой, а Неверов затаился на противоположной стороне двора, в кустах, возле самого мельничного колеса.

Следующая ночь также не принесла ничего нового. Наутро, оставив Стрелкова наблюдать у одного из окон, разведчики собрались в амбаре.

— Ну и мамалыга! — возмутился Кирсанов, убирая со рта остатки мучной кашицы.

— А по мне — лучше, чем ничего, — Неверов, скатав на ладони кусочек мучного месива, отправил его в рог, Джавахишвили раздавил пальцами комок серой спрессовавшейся муки.

— Вот что, — сказал он, просыпая меж пальцев мучную пыль, — все равно днем возвращаться нельзя. Будем дежурить до ночи. Кирсанову сменить у мельничного колеса Неверова… я тоже перейду на этот пост. Остальные — по местам…

Шли вторые сутки засады. К вечеру небо затянуло тучами. Стало быстро темнеть.

Первым услышал шум Неверов, примостившийся за кулями с мукой, рядом с Григорашем.

— Слышишь?..

Звук был трескучий, металлический, будто кто-то во всю мочь раскручивал лебедку или колодезный ворот.

Григораш приник к расщелине в ветхой разбитой двери.

Немцы подошли близко. Их было двое. В сумерках хорошо можно было разглядеть, что шедший впереди нес в руках телефонный аппарат и окантованный железом чемодан. Второй, держа в руках тяжелую катушку, тянул за собой телефонный кабель. Катушка, разматываясь, верещала металлической ручкой, задевавшей за обод.

…Не доходя до мельницы нескольких десятков метров, немцы остановились. Один поставил к ногам оголившуюся катушку, кабель кончился. Второй тоже опустил свою ношу на землю. Закурили. О чем-то рассуждая, стали разглядывать мельницу. Несколько раз затянувшись дымом, тот, что тянул катушку, швырнул в бурьян горящую сигарету и пошагал с катушкой вдоль кабеля назад. Второй не торопясь докурил и нерешительно, с опаской, подошел к мельнице. У входа его что-то насторожило, он постоял с минуту, прислушиваясь, и, не оглядываясь, быстрым шагом пошел к ручью.

Выскочивший из куста Кирсанов в два прыжка настиг немца, да, видать, не рассчитал — удар приклада пришелся фашисту в бедро. Кирсанов же, поскользнувшись на ворохе мокрой гнилой соломы, упал на руки. Немец выхватил пистолет, но в тот же момент цепкие руки Джавахишвили мертвой хваткой сомкнулись на его шее сзади. Подоспевший Григораш выбил пистолет.

Через минуту немец был «упакован» в плащ-палатку.