— Ах, значит, тебе противопоказано? — с иронией повторила та, красивая, и, встав, тоже подошла к третьей парте. — Идем, я дам тебе красивую картинку.
— Можешь ее засунуть себе кой-куда, — отрезал мальчишка.
— Златко! — пыталась угомонить его Адамцева, она уже привыкла к подобным ответам и размышляла, как бы выманить Златко к столу.
— А ты, оказывается, грубиян! — рассердившись, заметила сестра, махнула подружке, и они вместе, общими усилиями попытались вытащить Златко из-за парты.
— Оставьте меня, — вопил он, словно его собирались резать.
— Пустите его! — сказала им в конце концов Адамцева. Они неохотно послушались, охваченные неукротимым желанием отдубасить мальца и потирая искусанные руки.
— Фашисты! — облегчил свою душеньку запыхавшийся Златко и, поглядев им прямо в глаза, прошипел: — Я вас ненавижу!
Учительница ласково положила руку на его плечо.
— Златко, ты ведь умный мальчик, почему ты так поступаешь?
Он, все еще настороженный, сбросил ее руку и заявил:
— Потому что все это — дерьмо!
Адамцева закричала:
— Ну-ну! Владей собой! — Ей было стыдно перед чужими. Крушетице не так велики, чтобы тут же по всему городу не разнеслась молва о том, что себе позволяют ученики их школы.
— Я такого безобразника еще в жизни не встречала! — закричала та, у которой были искусаны руки, и, лизнув красное пятнышко, вдруг с потемневшими глазами накинулась на Златко и стала вырывать его из-за парты. Но Златко, ухватившись за скамейку, уперся в нее догами и руками, и ей так и не удалось сдвинуть его с места.
— Подождите, сестричка! — Адамцеву осенило. — Я позову его отца, уж он-то с ним как-нибудь справится. Займитесь пока другими детьми.
Сестра отпустила мальчугана и возвратилась к столу. Взглянув в картотеку, недовольно крикнула:
— Винцибусова!
Иренка, с двумя косичками за ушами, послушно засеменила к доске, поглядывая на остальных ребятишек. Ну, что вы скажете о моей отваге?!
А Златко в это время что-то читал под партой.
Адамцева сначала заглянула в учительскую, узнать, в каком классе сейчас занимается Бенда-отец, потом, громко постучавшись в кабинет физики, дождалась, когда он вышел, и потребовала, чтобы Бенда немедленно пошел и объяснил своему сыну, как важно для здоровья человека вовремя сделать прививки.
Бенда-отец молча подсел к сыну. Они долго смотрели один другому в глаза, пока наконец старший сказал:
— Что ты со мной делаешь?
Златко не ответил.
— Дай ввести тебе сыворотку!
— Не дам!
— Причина? — Они разговаривали на равных, как два взрослых партнера, а не как отец и сын, которому несколько месяцев назад исполнилось шесть лет.
— Ты же знаешь, что у меня ко всем прививкам аллергия.
Сестры переглянулись.
— Это неправда! — Отец повысил голос. — Крапивница у тебя была в последний раз, когда тебе было три года.
Златко снова твердо взглянул в его глаза и сказал печально, без всякой строптивости: