— Там, в глубине.
— А ты уверен, что там они есть?
— Уйди!
Стучал я по чистому листу и думал с отчаянием: ну когда же будет так, чтобы все хорошо?
И понял вдруг: а никогда! Никогда такого не будет, чтобы все было хорошо! И надеяться на надо, мучиться зря!
И только понял я это — сразу словно гора с плеч упала... «Никогда!» Не надо и мечтать! Колоссальное облегчение почувствовал. Вот хорошо... От радости даже по машинке кулаком стукнул — все же не зря она мне дана! Помогает сосредоточиться.
Третьи будут первыми
В последний день перед отлетом на конференцию вдруг решено было взять вместо меня уборщицу. Ну что ж, это можно понять: от меня какой толк? Ну, отбубню я свое сообщение, и все, а та и уберет, и постирает, к тому же молодая очаровательная женщина — это тоже немаловажно!
Но, к счастью для меня, уборщица от поездки отказалась — то ли муж ей не разрешил, то ли ребенок, точно не известно. Таким образом, один я поехал такой, остальные — начальники, хотя они к теме конференции ни малейшего отношения не имели.
Правда, в самолете я вдруг старого друга своего Леху встретил — давно не виделись.
— А ты откуда здесь взялся? — я удивился.
— Не было б счастья, да несчастье помогло! — Леха усмехнулся. — У шефа теща заболела — так что я вместо нее!
С самолета нас в элегантнейший отель привезли, правда, нас с Лехой сунули в каморки на последнем этаже. Вышел я на балкон — на соседнем балконе Леха стоит.
— Вот так вот! — горестно говорит. — А ты как думал? Ну ничего! — злобно усмехнулся. — Мне сверху видно все — ты так и знай!
— Наверное, — говорю, — надо уже в холл спускаться, все, наверное, уже там?
Долго до нас лифт не доходил, наконец поймали, спустились в холл.
Вскоре вслед за нами сам Златоперстский спустился со своими питомцами — Трубецкой, Скукоженский, Ида Колодвиженская, Здецкий, Хехль.
— Да... дружная команда! — исподлобья глядя на них, Леха пробормотал.
Тут маленький человек появился, в огромной кепке, с некоторыми здоровался, некоторых пропускал.
— А это кто? — испуганно я Леху спросил.
— С луны, что ли, свалился? — Леха говорит. — Это ж сам директор гостиницы, товарищ Носия! От него все здесь зависит!
— Неужто все?
Леха в ответ только рукой махнул, злобно отошел. А я на доске объявлений маленькое объявленьице увидел: «Не получившие командировочные могут получить их здесь, в комнате 306».
Радостно поднялся. Но Блинохватова, начальница оргкомитета, железная женщина, ни копейки мне не дала. Сказала, что вместо меня в списках значится уборщица, с женской фамилией, так что мне с моей мужской денег вовек не видать, — причем с торжеством это сказала, даже с какой-то радостью — вот странно!
Спустился, снова в холле Леху нашел, все ему рассказал.
— А ты как думал? — Леха говорит. — С нами только так! Кстати, вся головка сейчас на пикник приглашена, почему-то на насыпи, а про нас с тобой не вспомнил никто.
— Неужели никто? — я огорчился.
— А к тебе обращался кто-нибудь? — Леха вздохнул. — Вот то-то и оно!
— Да-а! — горестно говорю. — Кстати, странно: когда шел я по этажу, горничные дорожки убирали, за ними рабочие в заляпанных спецовках линолеум сдирали. К чему бы это?
— А ты не понимаешь? — Леха говорит. — Товарищ Носия хочет одновременно с нашей конференцией ремонт провести, поэтому он так и задабривает наше начальство!