Отчаянное недовольство буквально кипело в нём, превращалось в дикие и бурные волны, и сдерживаться парень совершенно не планировал.
Он вновь посмотрел на Гартро, а после присел на какой-то пенёк и уставился на ближайшее изломанное деревце.
Оно было совсем тоненьким, поэтому первый же бурелом посреди дубовой рощи превратил его в козла отпущения — сломил тростинку, обратил в давно уже изгнившее подобие в будущем могучего дерева.
— Сколько мне работать? — наконец-то спросил Рэй. — Я должен знать временной отрезок.
— Сплошной поток магии до полного истощения резерва. Обычно используют вторжение в ауру, чтобы посмотреть на скорость истощения, но ты, скорее всего, будешь сопротивляться.
— Разве полное истощение не приводит к тому, что мага потом надо долго и старательно откачивать?
— Приводит. Но ты остановишься в секунде от края, я думаю, сможешь, к тому же, учитывая скорость наполнения, плохое самочувствие не затянется дольше, чем на пару секунд. Ну, приступай.
— Только отойдите подальше, — Рэй уставился на сломленный дубок. — Я хочу заняться именно им.
Тэллавар лишь пожал плечами. Он явно был уверен в том, что отступать совершенно необязательно, всё равно парню даже примерно не хватит сил для того, чтобы превратить его хотя бы в маленькое порядочное деревце, у которого есть шансы на выживание.
Шэйран не стал тратить время на то, чтобы убирать или восстанавливать отмершую часть. Ему не понадобился даже тактильный контакт, который всегда нужен был прочим магам, даже с природным даром, при работе с чем-то таким.
Растения всегда получались у него очень просто — единственное место, где приходилось сдерживать свою силу, чтобы получить положенную тройку и не потерять тот самый прелестный образ, что так старательно к нему прицепился.
Шэйран игнорировал и то, что тучи в очередной раз старательно пытались сомкнуться над головой, и тени от огромных деревьев вокруг. Теперь не существовало ничего, кроме этого сломленного живого существа.
Гартро за спиной хохотнул. Прошло уже несколько минут, а ничего не изменилось. Деревце не начало восстанавливаться.
Шэйран сдержал улыбку.
Конечно, иногда это случается быстро. Но с травами всегда проще. У дуба была душа, пусть маленькая и несформированная. Рэю даже на мгновение показалось, что у них есть некоторые общие черты — его тоже так старательно ломали всё это время, и разве что чудо могло помочь исцелиться.
А после сила потекла по воздуху, вливаясь в дерево.
Осколки пропадали. Щепок больше не было. Омертвевшая часть так и осталась тонкой, несформированной зелёной кроной там, под ногами, но ввысь устремились новые сочные побеги. Сначала росток возвращался в нормальную форму неохотно, после — уже более быстро, и вместо пустой палки появилась густая крона.
Рэй не собирался останавливаться. Он не чувствовал того, как уходила сила, но знал, что когда она наконец-то закончится, то всё остановится.
Это обычно отнимало у него не так уж и много энергии, но ведь парень понятия не имел, что именно творилось у него с резервом.
Может быть, там такая же лужица, как и прежде, и его максимумом останется разве что восстановление прежнего состояния бедного деревца?
Он посылал волшебство дальше. Крона становилась более густой, ствол — толще, чем прежде, и всё разрасталось быстрее и быстрее.
Парень так и не открыл глаза. Ему было проще отправлять волшебство вот так, вслепую, не направляя его действие. Ведь начинающие ничего такого сделать не могут, они просто непрерывным потоком, часто до собственной смерти, используют магию. Они не думают о том, чтобы пополнить резерв и выжить после использования магии, нет, любые меры предосторожности стандартно остаются для них чем-то лишним и незапланированным.
Много молодых магов, что так и не соизволили пройти обучение где-нибудь в официальном заведении, например, в Вархве, в местной академии, гибнет именно от того, что они не смогли контролировать свой волшебный поток.
Именно сию прописную истину в них так долго пыталась вбить Самаранта Тальмрэ, что за хлопотами даже забыла отдать на обучение родную дочь.
Нельзя сказать, что Сэе это очень помешало.
— Рэй! — окликнули его.
Парень не отозвался. Магия всё так же текла по пальцам, и он слышал, что деревце тянулось вверх. Скорость контролировать оказалось не так уж и просто, и он действительно пустил всё на самотёк.
— Рэй!
Наконец-то он ощутил, что волшебство начало заканчиваться. Ещё хотя бы минутку, чтобы дерево стало чуточку сильнее, и всё. Ему больше не нужно, он не будет использовать те остатки силы, что кружились вокруг его, нет… ещё немного.
Наконец-то по воздуху пробежалась разрядом последняя искра магии, и он почувствовал приятное опустошение. Потом — отпустил дерево. Стало спокойнее, и резерв вновь наводнялся волшебством, а Шэйран заставил себя открыть глаза.