Балтийские кондотьеры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– В желтый дом? – с каждым словом речь собеседника становилась все более непонятной для капитана 2-го ранга, но сумасшедшим тот не выглядел, хотя говорил о невероятных вещах.

– Ну да. В психиатрическую клинику. Если вы и дальше будете представляться человеком, пропавшим без вести сто двадцать лет назад.

– А по вашему мнению, сейчас 2013 год? – стараясь не выдать мимикой или интонацией пренебрежение к явно психически больному человеку, поинтересовался Протопопов.

– Вообще-то да, – усмехнулся в ответ Иван. – И если вы не верите мне, то прошу удостовериться самостоятельно, – открыв на ноутбуке календарь, он повернул компьютер экраном к своему собеседнику, – Видите, техника врать не будет: 7 сентября 2013 года, три часа двенадцать минут. Еще бы связь со спутником была, эх! Но чего нет, того нет. Не надо было покупать GPS и рацию китайского производства. Первое плавание, а уже все вышло из строя.

– Что это? – пропустив мимо ушей все, что говорил ему собеседник, капитан 2-го ранга вперился взглядом в экран ноутбука.

– Ноутбук, что же еще? – и видя не наигранное непонимание в глазах своего собеседника, принялся перечислять: – Портативный компьютер. Электронная вычислительная машина. Как вам еще-то объяснить?

– Вычислительная машина? Что-то вроде механической вычислительной машины Холлерита или арифмометра Однера? Но к чему она здесь? На каких принципах работает? И вообще что она может доказать?

– Тяжелый случай, – глядя на своего собеседника, вздохнул Иван. – Вы, прошу прощения, из какой пещеры выбрались, Николай Николаевич? Даже самые малые дети в отдаленных африканских деревнях знают, что такое компьютер. А вы мне тут про какие-то арифмометры рассказываете. Я, конечно, человек не глупый и знаю, что такое арифмометр. Но подобные механические машины прекратили использовать еще полвека назад. Сейчас нечто подобное разве что в музеях и можно найти. Но мы что-то отвлеклись от темы. Сейчас на дворе 7 сентября 2013 года. И это есть факт по той простой причине, что мне уже тридцать лет, а родился я в 1983 году. Логично? Да и все это оборудование никак не могло быть произведено в девятнадцатом веке, поскольку технологии, позволяющие изготовить их, появятся не раньше второй половины двадцатого века. Так что давайте заканчивать этот фарс. Время поговорить у нас еще будет, а сейчас нам надо добраться до ближайшего берега. Кстати, как там остальные? Раненых нет?

– Многие сомлели от усталости. Синяки, ссадины, порезы – наличествуют практически у всех. Наш командир и рулевой лежат без сознания. Рулевого оглушило обрушившейся мачтой. Мы ему обмотали голову относительно чистой рубахой, и кровь вроде уже не идет. А командир весь последний год жаловался на постоянные головные боли и особенно сильно сдал в последнее время. Ну и просто промокли все насквозь, отчего несколько продрогли. Неплохо было бы проветрить салон, а то воздух уж больно спертый, но открывать люки без вашего дозволения я не рискнул. Кстати, как там снаружи? Вроде болтанка стала заметно тише.

– Вы правы. Шторм потихоньку стихает. А что касается проветривания, то как бы все не заболели, – покачал головой Иван, – У меня ведь и предложить для сугреву нечего. Разве что несколько сменных рубах, если они еще не промокли. Да пара бутылок «Рижского бальзама». Полагаю, глоток-другой сейчас не помешает никому.

– Черный или выделки завода Вольфшмидта? – тут же оживился Протопопов, прекрасно зная не только о достойном градусе напитка, но и лечебных свойствах. – Впрочем, какая разница! Ныне и деревенский самогон за напиток богов пошел бы.

– Сейчас все будет, – понятливо кивнул Иван. Прибрав газ и зафиксировав штурвал простым стальным рычагом, что калининградские кулибины установили ему в качестве хоть какого-нибудь помощника после отказа от авторулевого, он вслед за Протопоповым пробрался из рубки в жилой отсек, где все же смог с трудом протиснуться к койке, в ящике под которой хранились все небогатые припасы. Правда, чтобы достать их, пришлось потревожить лежавшего на ней человека, но тот не очнулся, даже когда стоявшие рядом матросы приподняли лежанку.

Помимо сухой одежды, до которой вода так и не добралась, и двух тут же пошедших по рукам бутылок, Иван вытащил аптечку и первым делом сменил эрзац-повязку у пострадавшего рулевого на нечто более-менее достойное называться таковой. Следом растолкал Иениша и скормил ему пару таблеток аспирина. Еще с четверть часа ушло на обработку многочисленных ссадин у всех прочих собравшихся в лодке, благо запасов обеззараживающих средств, бинтов и пластырей в аптечке вполне хватало. Также, убедившись, что воды Балтики, наконец, угомонились, Иван позволил ненадолго открыть люк правого борта «Шмеля». Открывать сразу оба виделось слишком рисковым в плане создания сквозняка. Ворвавшийся внутрь свежий прохладный воздух и вид успокоившегося моря буквально вдохнули жизнь в людей. Однако этот приятно холодящий освежающий ветерок серьезно грозил подорвать здоровье людей, и потому через минуту под огорченные вздохи моряков люк был вновь задраен.

Еще через час катер, наконец, достиг берега и приткнулся к ближайшему небольшому галечному пляжу, встреченному по пути вдоль побережья, невдалеке от которого виднелись крыши домов. Стоило килю катера заскрежетать по отполированным за миллионы лет набегающими волнами камням, как из распахнувшихся люков с обоих бортов хлынул поток истерически смеющихся людей. Игнорируя изрядно холодную воду, матросы, поднимая тучи брызг и погружаясь в воду почти по грудь, один за другим покидали вытащившую их с того света скорлупку. Едва же выбравшись на берег, они падали на колени и со слезами на глазах припадали губами к твердой земле. Наверное, только тот, кто уже успел распрощаться с жизнью и чудесным образом умудрился уцелеть в морской катастрофе, мог понять, каково это – просто стоять на земле. Какое это непередаваемое счастье.

– А вы что же не присоединитесь к своим знакомым? – обратился Иван к двум оставшимся на борту мужчинам, облаченным в форму капитанов 2-го ранга образца начала прошлого века.

– Невместно командирам показывать слабость перед нижними чинами, – ответил за обоих Протопопов.

– Да-а-а, – протянул Иван. – Видно, серьезно вас по голове приложило. Такое пережить, а все продолжать играть комедию с вживанием в роль царского офицера.

– Что вы имеете в виду? – поинтересовался недавно пришедший в себя Иениш, все еще продолжавший занимать койку.

– И вы туда же? – ужаснулся Иван. – Только не говорите мне, что вы тоже капитан 2-го ранга Российского Императорского флота!

– Но это именно так. А вас чем-то не устраивает общество русских офицеров?

– Нет, что вы! Общество русских офицеров меня вполне устраивает. У меня много бывших одноклассников стали офицерами, да и среди друзей имеются офицеры армии и полиции. Так что с этой стороны все в порядке. А вот общество не совсем адекватных людей мне не слишком импонирует. Вы уж не обижайтесь, – улыбнулся своим гостям Иван.

– И что же позволяет вам считать нас неадекватными? – чувствуя себя очень неплохо после принятых таблеток, продолжил интересоваться Иениш.

– Да хотя бы причисление себя к флоту, исчезнувшему вместе со страной почти век назад, – пожал плечами Иван, – Я, конечно, слышал о реконструкторах, что время от времени обыгрывают сражения давно минувших войн и для того собирают немногие сохранившиеся вещи и вооружение, в том числе оставшиеся с царских времен. Но, право слово, не стоило столь сильно вживаться в свою роль. Хотя, если вы не пожалели денег на постройку судна, повторяющего очертание древнего броненосца, то я со своими советами, наверное, ни разу не к месту. Правда, то, что оно утонуло так же, как и оригинал, заставляет задуматься о существовании злого рока. Это надо же! В точности повторить судьбу броненосца «Русалка»! В голове не укладывается! А я как раз вчера посещал мемориал, возведенный в память об экипаже «Русалки», когда был в Таллинне.

– Мемориал? – удивился Протопопов. – И где это такой город – Таллинн? Никогда о таком не слышал.

– Ну да, мемориал. Тот самый, на котором высечены имена всех членов экипажа, пропавших без вести вместе с броненосцем. А Таллинн – это столица Эстонии, если вы запамятовали, господа. Хотя в царские времена он вроде назывался Ревель. Но да кому я это рассказываю! Такие, как вы, должны знать о нем куда больше моего!

– А не могли бы вы описать, как он выглядит? – Иениш вновь взял разговор с их спасителем в свои руки.

– А чего там описывать? Давайте лучше фотографии покажу, – и начав пробираться обратно в рубку, Иван еле слышно пробормотал: – Может, хоть они вам мозги прочистят.

Фотографии народ впечатлили. Фотографии народ поразили. Фотографии народ погрузили в ступор. Впрочем, как и сам цифровой фотоаппарат. А уж когда Иван случайно перелистнул дальше и нечаянно показал фотографии со своего отдыха, где он позировал на фоне огромного парома, следующие полчаса ему пришлось провести в качестве гида, рассказывая о том, что народ видел на каждой новой фотографии. Особенно сильно его новых знакомых впечатлили изредка попадавшиеся на заднем фоне автомобили и девушки в бикини, то и дело мелькавшие на фотографиях, сохранившихся в памяти со времен последнего отпуска. Никакого вуайеризма! Исключительно эстетическое наслаждение!

– А что такого? – невозмутимо ответил он на два вопросительных взгляда, обладатели которых к тому же могли похвастать покрасневшими ушами. – Девушки-то вон какие красивые! Грех было не заснять такую-то красоту!

– Так, значит, то, что вы говорили мне, было правдой, и вы в самом деле попали к нам из 2013 года? Немыслимо! – глазами размером с блюдца уставился на Ивана старший офицер погибшего броненосца.