– Скажи, живот прихватило. А я к тебе прибегу. Вон к той осинке.
Я кивнула.
Вернулась к костру, и уже через десять минут принялась жаловаться, что живот болит. А потом и ушла в темноту.
Корс уже ждал меня, сидя в развилке приметной раздвоенной осинки.
– Наконец-то.
– Как смогла, так и пришла, – огрызнулась я на братца.
Очень взрослый и серьезный мужчина спрыгнул с дерева, сунулся мне головой под мышку, на пару минут замер, впитывая в себя уверенность и спокойствие. Несколько минут мы молчали. Мне было страшно узнать, Корсу рассказать, но выбора не было.
Сейчас я что-то узнаю – и мир рухнет, разлетится цветными обломками витража. Что-то плохое, иначе Корс не стал бы так переживать.
– Шань, ты попробуй, посмотри. А если чего не поймешь, я потом перескажу? – предложил еще раз братик. И я решила попробовать.
Я буду очень осторожна, честное слово. И если что-то пойдет не так, сразу уйду. И глубоко не полезу. Сейчас я уже понимаю, как и что надо делать.
Это сродни ходьбе. Сначала робкие первые шаги, потом бег, потом и прыжки… я пока на уровне шагов, но ходить надо. Только очень-очень осторожно, чтобы ни себя не покалечить, ни других.
Я положила пальцы на виски Корса, заглянула в зеленые глаза братика – и провалилась в его воспоминания.
Как же надоел этот придурок, Галикст! Чтоб его Темный сожрал, паразита! Играть с ним неинтересно, вечно он то жульничает, то обижается…
- Корт!
Легок на помине, гад!
Корс огляделся, а потом вороватым движением нырнул под телегу. Там и повис, прицепившись к оси.
Долго так не провисишь, но с полчаса можно, а там и Галикст куда-нибудь свалит. Тем более, телегой правил Орас, а его Ирш недолюбливал. Наверное, за то, что крепко получил по шее, когда попытался засунуть коню острый перец под хвост.
Влетело тогда Галиксту так, что и без перца на задницу два дня присесть не мог, стоя кашу жрал и на брюхе спал. И поделом.
Несколько минут Корс висел спокойно, потом послышался перестук копыт, телега чуть прогнулась. Ленер Райлен.
Почему Корс не вылез?
Он и сам не смог бы ответить. Но – не захотелось. Ни вылезать, ни объявляться, ни здороваться.
- Что хорошего скажешь? – лениво спросил Ленер.
- Все тихо. А у тебя что?
- Да тоже спокойно. Хорошо нам девчонка народ почистила, ничего не скажешь. Всю пену сдула.
- Думаешь, она что-то умеет?
Молчание. Корс затаил дыхание, чтобы его не услышали.
А под телегой пыльно, грязно, чихнуть жутко хочется и руки ноют, но здесь и сейчас лучше помолчать. Корс чувствует это так же отчетливо, как и боль в мышцах.
Надо молчать.
Надо слушать.
- Что-то. Спорить готов, у девчонки в роду маг разума затесался.