Линия фронта: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Посетителей в пивной прибавлялось. За столиками оживленно беседовали, говорили о войне, о Германии.

— Слопать хотят нас!

— Подавятся…

Какой-то очевидец рассказывал о пережитой бомбежке! «Под утро с именин топал… Маневры, думаю, под Киевом…»

— Война ненадолго, — сказал Владимир, сдувая пену. — Делов на месяц.

— Возможно… Галина по очередям бегает, оттуда вести приносит… То ракетчика поймали, то рассыпали листовки… — Юрий пригнулся к скатерти и сказал вполголоса: — Слушай, как они долетают?

— А-а… Это неожиданный фактор, между прочим. Не сгущай краски, один знакомый — три кубика — заверил: месяц! И амба. Он Павла знает, между прочим…

— Павла? — удивился Юрий Петрович.

— Угу…

— Поломал жизнь Павло… И себе и семье, сук-кин сын!

— Ты не любишь Павла, Юрий. А зря! Он неплохой товарищ. Компанейский.

— Собутыльник — не товарищ! Доконает его идея разбогатеть…

Владимир не рад был, что упомянул про Павла, хотя чувствовал: в чем-то Юрий Петрович прав, что-то у Павла в жизни не склеилось. Но не такое нынче время, чтобы чужие грехи выводить на свет божий. И без того забот по горло.

Оба расплатились и молча смотрели друг на друга, понимая, что не скоро свидятся. Это удерживало их от того, чтобы разойтись в разные стороны.

— Как поживает Муся? — спросил Владимир, спускаясь с терраски.

— Стала губы красить… — ответил Юрий Петрович и вспомнил, как на днях задумчиво шел он по полуденному Крещатику, из раскрытого окна кинотеатра неслись детские голоса, пели «Каховку». В воздухе стоял запах молодой зелени и разогретого асфальта. На последней репетиция Юрий Петрович узнал, что зарубежные гастроли его капеллы отнесены на неопределенный срок. А разве могло быть иначе! Немецкие фашисты вторглись в Данию и Норвегию… Война во Франции, линия Мажино, Дюнкерк, Париж… Сорок дней… Хорошо хоть бронь не сняли с его музыкантов, ведь многие знакомые уже надели защитную форму.

В тот день он обедал дома. Сели за стол, Галина Тарасовна, подавая окрошку, устало сообщила:

— Федора, соседа, призвали.

— Переподготовка… — солидно пояснил Юрий Петрович, разглядывая яркое платье жены. Ему не хотелось расстраивать тревожными разговорами прихварывавшую последнее время Галину.

За десертом, со стаканом гоголя-моголя в руке, Муся убедительно разъяснила маме, почему ее волнения напрасны; сообщила, что Падалки уехали в Гурзуф и пора брать отпуск, что появились в продаже босоножки на пробке, что время доставать новый купальник, что…

— Перестань, стрекотуха… — оборвала ее мать. — От твоих деклараций голова болит.

— Мам, Евгений смешной в форме? — без всякого перехода спросила Муся.

Юрий Петрович только шелестнул газетой, а Галина Тарасовна, мельком глянув на дочку, сказала:

— Парень как парень.

— Командир полка, нос до потолка! — рассмеялась Муся.

— Напиши ему.

…Юрий Петрович вернулся к действительности и глянул через парковую решетку на улицу. По мостовой катили военные грузовики, бойцы пели. Их молодые, красные от натуги и возбуждения лица мелькали между кронами каштанов.

Машины мелькали, и в каждой пели немного по-своему. Юрий Петрович и Владимир проводили глазами последний автомобиль. В стороне от аллеи, у фонтана, по-прежнему бегали с обручами дети.

А война уже полыхала…

— Тебе когда? — с напускным спокойствием, словно о чем-то незначительном, спросил Владимир.