Томми показал на небо:
— Они.
— Они? — переспросил Стив.
— Кто — они? — пискнул Чарли.
— Те, кто был в той штуке, которая пролетела над нами, — взволнованно проговорил Томми.
Стив подошел к мальчику:
— О чем это ты, Томми? Объясни.
— Те, кто был в той штуке, которая пролетела над нами… — повторил Томми. — Я думаю, они не хотят, чтобы мы ушли отсюда.
Стив нагнулся над мальчиком:
— Никак не пойму, что ты хочешь сказать.
— Они не хотят, чтобы мы ушли куда-нибудь, поэтому все и выключили.
— Откуда ты это взял? — В голосе Стива звучало раздражение.
Миссис Шарп приблизилась к ним.
— Никогда не слышала подобной чепухи! — громко заявила она.
Томми чувствовал, что ему не хотят верить.
— Но так всегда бывает, — настаивал он. — Во всех книгах про то, как садится космический корабль!
Чарли Фарнсуорт презрительно фыркнул.
Солли Бишоп покраснела и схватила сына за плечо.
— Томми, — тихо проговорила она. — Не болтай глупостей, милый.
Стив не сводил глаз с лица мальчика.
— Все в порядке, Томми. Мы скоро вернемся. Вот увидишь. Это не корабль был, ничего подобного. Просто… метеор или еще там что-нибудь такое… — Он повернулся к остальным и проговорил с оптимизмом, которого не ощущал: — Конечно, этим все и объясняется. От метеоров чего только не бывает. Как от солнечных пятен.
— Это верно, — сказал Дон, чтобы поддержать его. — Как солнечные пятна. По всему миру радио выходит из строя. А эта штуковина пролетела так низко — чему уж тут удивляться.
Мужчины опять направились в сторону полицейского участка.
— Мистер Брэнд! — Голос Томми звенел от напряжения. Он побежал за ними:
— Пожалуйста, мистер Брэнд, не уходите отсюда.
Все, кто присутствовал при этом, насторожились. В поведении и облике мальчика было что-то непонятное… Что-то трудно определимое виднелось в напряженном побелевшем лице… В словах его была такая вера и такой страх… Они слышали его слова и отвергали их, потому что логика и интеллект не оставляли места для космических кораблей и зеленых человечков. Однако раздражение, которое поблескивало в их глазах, перешептывание и поджатые губы не имели ничего общего с разумом. Подросток всколыхнул страхи, которые лучше не будить в душе человека, а люди с Мэпл-стрит ничем не отличались от жителей таких же улиц. Порядок, разум, логика быстро отступали под натиском нелепой фантазии двенадцатилетнего мальчишки.
— Надо бы его отшлепать, — пробормотал кто-то.
А Томми Бишоп опять заговорил:
— Может, вы уже и не можете уйти отсюда. Так было в том рассказе. Никто не мог. Кроме…
— Кроме кого? — спросил Стив.