Да, был: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Жми, Костя, жми! За фрицев приняли… Сейчас опять ухнет.

Второй залп подхлестнул машины. До начала хода сообщения оставалось совсем, совсем немного. Русин ждал третьего залпа. Вот-вот примчится смерть, по всем законам науки и техники укупоренная в стальные стаканы артиллерийских снарядов. Обидно в последний момент погибнуть от снаряда, сделанного руками близких и посланного в тебя, возможно, родным братом! И вот третий залп… Лавина песка и мелкого камня обрушилась на машины.

…Охота русской батареи за безрассудными смельчаками, рискнувшими днем на машинах выскочить на дорогу, по которой страшно ходить даже ночью, привлекла внимание немецкого гарнизона ротного опорного пункта. Покинув боевые посты, солдаты по ходам сообщения перебежали на обратные скаты и с замиранием сердца смотрели, как грузовики с пехотинцами несутся по спуску к ним.

После второго залпа капитан закатил глаза:

— О, мой бог, они сорвутся в пропасть.

Черные султаны третьего залпа, взвившись перед машинами, скрыли их. А когда рассеялась туча пыли и дыма, кто-то радостно воскликнул:

— Спасены! Спасены! Вон они!.. Вон!

Солдаты возбужденно кричали. Несколько человек бросились навстречу смельчакам, но вдогонку им раздался тревожный окрик капитана: «Назад! Немедленно назад!»

Чудом спасшиеся на бегу снимали плащ-палатки, срывали и прочь выбрасывали каски, надевали пилотки, на которых сверкали красные пятиконечные звездочки. Белокурый офицер сорвал погоны и, потрясая автоматом, кричал не по-немецки.

Немецкий капитан не своим голосом завопил:

— Предательство! Назад! Все по местам!

Ему под ноги упала шипящая граната. Автоматная очередь сбила с него фуражку. Капитан поскользнулся. По окопам несся грозный клич:

— За Родину! Ура!..

…Гарнизон немецкого опорного пункта оказался жертвой собственной беспечности и любопытства. Многие солдаты, наблюдавшие за машинами отряда, были без оружия, и неожиданно завязавшийся бой оказался для них роковым.

Человек двадцать заскочили в блиндаж и под угрозой уничтожения завопили о сдаче. Остальные вступили в рукопашную схватку. В ход пошли ручные гранаты, автоматы, приклады, шанцевый инструмент, ножи, кулаки. Никто из сражающихся не замечал шквального огня, обрушенного на них советской артиллерией. Менее чем за полчаса отряд полностью овладел узлом сопротивления и сейчас же начал перестраивать оборону фронтом на запад.

— Знамя! Знамя водрузить! — распорядился Русин. Старко ползком забрался на макушку горы и под крики «ура» укрепил знамя на видном месте…

Когда красное полотнище, как парус, наполнилось ветром и вдруг ожило, командиры отделений, не сговариваясь, окружили Русина.

Русин посмотрел на их осунувшиеся лица, на глубоко запавшие, горящие большим волнением глаза. Не сломили их позор и муки плена и издевательства палачей.

Они выстояли, они победили в неравной жестокой борьбе. И, как никогда, они готовы к новой великой битве. Оборона перестроена фронтом на запад, рядом — крикни, услышат — братья, а перед их глазами, зовя вперед, полощется красное знамя.

Командиры несколько мгновений молчали, не скрывая и не стыдясь слез.

— Доложить надо, — хрипло прервал молчание Русин. — Я пойду доложу. За старшего остается Нечаев. Ты, Костя, смотри в оба… Заместителем у тебя Шота. Тебе, Остап, раненые… Со мной пойдут Мийус и Гребных…

Крепко пожал он руки боевым друзьям, легко перескочил через бруствер на дорожку, ведущую к реке, и, придерживая пистолетную кобуру и полевую сумку, побежал вниз.

Товарищи взглядами провожали счастливцев. Видели, как те поволокли лодку к воде, как оттолкнулись от берега… как им навстречу бежали красноармейцы… Вот лодка с разбегу уткнулась носом в берег…

Неожиданно на гору обрушились десятки мин и снарядов. Немецкое командование решило стереть с лица земли смельчаков. Залпы следовали за залпами. Не ослабляя наблюдения, бойцы притаились в траншеях, и вдруг раздался тревожный крик:

— Знамя! Знамя!

Взрывной волной сбило знамя. Оно упало. Несколько бойцов, пренебрегая опасностью, поползли к макушке горы. Опережая всех, Старко подхватил знамя, привстал на колено, взмахнул им, сильным ударом вогнал древко в щель меж камней и вдруг как-то неестественно начал скользить вниз по крутому каменному склону. Голова его закинулась, пилотка свалилась.

— Остап, скорее! — испуганно закричал Нечаев.

— Отвоевался Остап! — с душевной болью тихо сказал боец с перебинтованной рукой. — В самый висок!

…Лодка стремительно неслась к советскому берегу. У Русина захватывало дух: вот он, долгожданный момент! Вот она, встреча со своими! Выстраданная, кровью добытая встреча! Не такой он представлял ее. Думал выстроить взвод, подойти к старшему начальнику и от имени всех отрапортовать… Жаль, обстановка не позволила. Того и гляди, немцы кинутся на штурм и вновь оседлают переправу.

«Кто же здесь старший? К кому являться?» — думал Русин, всматриваясь в группу военных.