— Успокойся, — тихо сказала Эстер, кладя его голову себе на плечо. — Не волнуйся, ты можешь положиться на Джонни. — Но в душе она рыдала по своему сыну: «Марк, Марк, ты ведь был таким хорошим мальчиком! Как ты мог сделать такое своему отцу!»
— Ты что, не собираешься отвезти меня домой? — раздался с заднего сиденья спокойный голос Далси. Выйдя из кинотеатра, она никак не могла поймать такси и, чтобы спрятаться от любопытной толпы, залезла в машину Марка.
Он медленно поднял голову, повернулся и посмотрел на нее. Она затянулась сигаретой, и огонек осветил ее лицо, особенно глаза — темные и непроницаемые.
Ехали они молча, лишь изредка он бросал на нее взгляды. Ее лицо было невозмутимым. Глядя на нее, можно было подумать, что ее ничто не сможет взволновать, однако она была обеспокоена. Он понял это по тому, как она, докурив первую сигарету, тут же закурила вторую.
Далси вставила ключ в замок и повернула его. Дверь приоткрылась. Слегка обернувшись, она посмотрела на Марка.
— Спокойной ночи, Марк, — сказала она.
Он посмотрел ей прямо в глаза, и его лицо исказилось от гнева.
— И это все, что ты можешь после того, что случилось сегодня? «Спокойной ночи, Марк»? — хрипло спросил он.
Далси легко пожала плечами.
— А что еще сказать? — спросила она так же безмятежно и переступила через порог. — Все закончено. — Она стала закрывать дверь.
Он вставил ногу в проем и зло посмотрел на Далси.
Она все еще спокойно и уверенно смотрела на него.
— Я устала, Марк, и хочу спать.
Он ничего не ответил. Несколько секунд он стоял спокойно, затем, вытянув руку, грубо толкнул ее в плечо.
В ее широко открытых глазах не было страха.
— Что ты делаешь, Марк? — быстро спросила она. — Почему бы тебе не пойти домой? У нас у всех был сегодня тяжелый день.
Пройдя в комнату, он подошел к бару, вытащил оттуда бутылку и, открыв пробку, стал пить прямо из горлышка. Жидкость обожгла гортань.
Он снова повернулся к Далси.
— Ты слышала, что сказал мой отец? — хрипло спросил Марк.
— Завтра он сменит гнев на милость, — спокойно сказала она и подошла к нему. — А теперь иди домой.
Он грубо схватил ее за плечи и, притянув к себе, впился губами в ее губы. Она стала вырываться.
— Марк, — в ее голосе появились первые нотки страха, — ты не отдаешь себе отчета в своих действиях.
— Я не отдаю? — насмешливо сказал он, продолжая сжимать ее в своих объятиях. — Да мне надо было сделать это давным-давно.
Она и в самом деле испугалась. В его глазах горел сумасшедший огонь. Она еще не видела его таким. Далси принялась царапаться и отбиваться от него. Внезапно ей удалось вырваться.
— Вон отсюда! — закричала она.
Марк медленно улыбнулся.
— Ты действительно красивая, когда сердишься, Далси, — проговорил он, направляясь к ней. — Ты ведь знаешь об этом, а? Многие мужчины говорили тебе об этом. — Он схватил ее за плечо.
Она вырвалась, но он успел схватить ее за платье. Тонкая ткань порвалась. Он снова схватил ее. Она попыталась выцарапать ему глаза.
— Отпусти меня! Отпусти меня, маньяк! — вопила Далси.
Внезапно он, размахнувшись, изо всех сил ударил ее по лицу. Далси мотнула головой. Он ударил ее еще раз, и она упала на пол. Клоки платья остались у него в руках. Он наклонился над ней и ударил еще раз.