Так любят люди: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Видите ли, друг Пушкин, будь моя воля, я бы всех психологов, а уж студентов — железно просто обязала бы хоть раз в неделю работать в такси. Вот где люди, страсти, проблемы. Жизнь! А если ты еще и женщина… Да еще славянской внешности… О! Столько историй тебе расскажут… К тому же, бывает, что клиентов для ресторана найдешь…

— А как вы за мной наблюдали, позвольте спросить. В окошко подглядывали?

Ира расхохоталась:

— Двадцать первый век на дворе, родной ты мой! Смотрела на вас в монитор. Крупным планом.

Только тут я заметил, что между водительским и пассажирским креслами стоит телевизор.

Ира включила.

На экране появилась Юля.

Юля с аппетитом поедала кусок рыбы. Рядом с ней сидел метрдотель.

— Да нормальный он мужик, — вздохнула Юля. — Одинокий только.

— Одинокий — значит, дурной. — Я понял, что метрдотель допивает мой виски. — Ему под шестьдесят, наверное? Если мужик в таком возрасте печалится от одиночества — значит, он придурок.

Я понял, что они обсуждают меня.

Ира выключила телевизор и буркнула:

— Извините.

— Что вы? Даже интересно.

— Кстати, все, кто работает в «Здравствуйте!», психологи. К нам знаете какая очередь желающих? Ну, конечно, из тех психологов, которых люди интересуют, а не статьи в журналах писать. Так что вы так азартно записывали, когда из ресторана вышли? Странички дневника? Сюжет будущего романа? Стихи?

— Стихи, — ответил я.

— Прочтете?

Я прочел.

— Мне не нравится, — без злобы произнесла Ирина. — Не мое. Извините. Врать не люблю. Но литературный дар у вас есть, безусловно. Это я, кстати, поняла, когда вы всю историю затеяли с этим… Гена его зовут, что ли? И с девушкой его, очень несимпатичной.

Ира была интересная.

Не знаю как, но почему-то сразу становится ясно про женщину — интересная она или нет.

Юля-официантка интересной не была. А Ира была.

Интересной женщине можно простить многое, во всяком случае поначалу. Даже когда она ругает то, что ты только что написал.

У неинтересной женщины такая оценка являлась бы признаком дурного вкуса.

А у интересной — своеобразия.

Ира прервала молчание:

— Послушайте, Пушкин… Я всегда буду вас так называть… Даже когда выяснится, что вы какой-нибудь Игорь или Слава… Если человека можно называть Пушкин, этой возможностью непременно надо воспользоваться… Так вот, Пушкин, что я вам хочу сказать.

Интересных женщин всегда интересно слушать.

На неинтересных иногда бывает занятно посмотреть. Но слушать их невозможно.

Интересные — совсем другое дело.