Боже мой, что я несу!
Юля залпом выпила рюмку:
— Не надо нервничать. Это всего лишь тест. Если вы узнаете о себе что-то новое, я не виновата. Итак. Как вам кажется, в любви есть опыт?
— Нет. Только грабли.
— Вы часто ложились в постель с женщиной, не испытывая к ней никаких чувств, кроме похоти?
Куда она лезет? Какое ее дело?
— Не считал.
— Да или нет?
— Нет…
— Хорошо.
— Да. Откуда я знаю? Я не вел статистику.
Юля подняла на меня глаза. Мне казалось, она смотрит иронично.
— Переходим к следующему вопросу. — Голос у нее стал каким-то железным, металлическим. — Вопрос очень важный. Итак. Как вам кажется, вы любите правильно или нет?
— Что за вопрос? Как можно любить правильно или неправильно?
— Подождите, Пушкин. Я спрашиваю ваше мнение о себе. Я не прошу вас вести философские споры. Я просто спрашиваю вас, как вам кажется: вы любите правильно или нет?
Я задумался. На самом деле это действительно был очень важный вопрос. Наверное, даже самый важный.
Правильно ли я люблю?
Что имеется в виду?
Видимо, есть какие-то правила… Пусть это даже правила моей личной жизни, не важно. Я считаю, что надо любить так-то и так-то… А сам люблю по-другому.
Мне захотелось ответить: «Да нет никаких правил любви, потому и нарушать, собственно говоря, нечего!»
Но Юля по-своему истолковала мое молчание:
— Хорошо. Не отвечайте. Следующий вопрос. У вас есть ощущение, что в любви вы предаете себя?
Это становилось невыносимым. Скучным это все становилось.
Захотелось спать. Сразу, сходу, вдруг.
И тут же сразу все стало раздражать: и этот ресторан с идиотским названием, и вопросы, и Юля…
— У вас есть ощущение, что в любви вы предаете себя? — повторила она.
Я поднялся:
— Спасибо вам, Юля, с вами было очень интересно. Но я пойду.
Юля, казалось, совсем не удивилась:
— Как хотите, — она спокойно долила себе водки и выпила. — У нас осталось еще три вопроса, и я бы могла подвести итоги, то есть сказать, к какому типу мужчин вы относитесь. Впрочем, уже и сейчас я многое могу вам рассказать о вашем отношении к женщинам, к любви. Вам интересно?