Иррациональный оптимизм. Как безрассудное поведение управляет рынками: читать начало книги онлайн

Жилищный вопрос также всегда предмет внимания общественности, ведь мы живем в домах, каждый день занимаемся их обустройством, и наше понимание своего социального положения неразрывно связано с тем, в каком доме мы живем. Часто целые разделы газет посвящены вопросам жилищного строительства и недвижимости, а в США есть отдельный канал, HGTV, посвященный жилищному вопросу. Телевизионное реалити-шоу «Имущественная лестница» (Property Ladder), запущенное в Великобритании в 2001 г., пользуется большой популярностью. Шоу посвящено приключениям «охотников за недвижимостью», которые покупают дома, приводят их в порядок, а затем быстро продают, надеясь получить большую выгоду. В США существует также американская версия этого шоу.

Провоцирование споров

Пытаясь привлечь внимание общественности, СМИ стремятся внедрить спорные идеи в общественное сознание. Под этим может подразумеваться провоцирование дискуссий по вопросам, которые при иных обстоятельствах эксперты не сочли бы стоящими такого обсуждения. В итоге может создаться впечатление, что существуют эксперты, придерживающиеся всех возможных позиций по отношению к медийному событию (событию, отражаемому СМИ), что наталкивает на мысль о том, что эксперты не могут достичь единого мнения по тем вопросам, которые интересуют людей больше всего.

На протяжении многих лет журналисты не раз обращались ко мне с просьбой высказаться в поддержку тех или иных, достаточно крайних, точек зрения. Когда я отказывался это сделать, они непременно просили порекомендовать другого эксперта, который бы сделал официальное заявление в поддержку одной из позиций.

За пять дней до краха фондового рынка в 1987 г. гостем программы «Час новостей с МакНилом и Лерером» (MacNeil/Lehrer NewsHour) был автор книги «Великая депрессия 1900 года: почему это произошло и как защититься» (The Great Depression of 1990: Why It’s Got to Happen, How to Protect Yourself) Рави Батра. В основе этой работы лежала теория о том, что история имеет тенденцию к повторению, причем до мельчайших деталей, следовательно, крах 1929 г. и последовавшая за ним депрессия должны были повториться. Несмотря на репутацию видного научного деятеля, которую имел Батра, данная книга не относится к числу работ, которые признанные знатоки рынка стали бы рассматривать всерьез. Тем не менее к моменту краха фондового рынка она продержалась в списке бестселлеров, по версии New York Times, уже 15 недель. Будучи гостем программы NewsHour, Батра уверенно предсказал крах фондового рынка, который «охватит весь мир»{123} в 1989 г.; он заявил также, что за крахом последует депрессия. Заявления, сделанные Батра на передаче, пользующейся большим авторитетом, даже учитывая тот факт, что он предсказывал крах двумя годами позже, нежели он произошел в действительности, в некоторой степени усилили ощущение незащищенности, которую принес крах 1987 г. И хотя появление Батра в программе NewsHour как раз накануне краха можно считать совпадением, следует помнить, что предсказания краха финансового рынка достаточно редко делаются в новостных телешоу государственных каналов. Временная близость между его появлением на программе и самим крахом заставляет всерьез задуматься.

Стоит ли обвинять СМИ в том, что они провоцируют полемику на темы, не заслуживающие особого внимания? Можно, конечно, сказать, что они должны обращаться к темам, интересующим широкий круг людей, чтобы последние могли сформировать собственное мнение. Однако обычно складывается впечатление, что, поступая таким образом, СМИ распространяют и поддерживают идеи, не подкрепленные реальными фактами. Если бы руководители новостных СМИ учитывали только свои высокоинтеллектуальные интересы, решая, какие мнения представить общественности, люди могли бы значительно расширить свои знания. Однако абсолютно очевидно, что СМИ видят свою цель не в этом – и даже давление конкуренции не заставит их пересмотреть свой подход.

Информирование о перспективах рынка

Многие СМИ пытаются дать ответы на вопросы о современном рынке, однако немногие из них могут назвать конкретные факты или адекватно их интерпретировать. Многие репортажи готовят в спешке, лишь бы написать что-нибудь (в действительности – что угодно) о показателях рынка. Как правило, после не удивляющих никого сообщений о росте рынка авторы подобных статей начинают ссылаться на статистические данные, охватывающие очень короткий период времени. Обычно в таких заметках сообщается о том, что такие-то акции за прошедшие месяцы выросли больше, чем другие. Несмотря на то что эти конкретные акции фигурируют в числе лидеров, нет никаких веских причин считать, что изменения, происходящие с ними, являются причиной роста цен на рынке. О таких «рядовых» факторах, способствующих экономическому росту, как, например, интернет-бум, авторы статей могут писать высокопарно и как минимум с намеком на патриотическое восхваление нашего мощного двигателя экономики. Статьи же заканчиваются удачно подобранными цитатами из «популярных» источников, представляющих свое видение будущего. Статьи порой настолько лишены искренней заинтересованности в поисках причин роста рынка и в рассмотрении факторов, влияющих на его будущее, что кажется, автор не испытывал иных эмоций, кроме цинизма, при представлении своей точки зрения.

О чем же сообщают популярные источники, данные которых приводятся в этих статьях? Обычно они прогнозируют рост промышленного индекса Dow Jones на ближайшее будущее, рассказывают байки и шутки и навязывают обществу свое видение ситуации. К примеру, когда Эбби Джозеф Коэн из Goldman, Sachs & Co. штампует такие цитируемые фразы, как предостережение от FUDD (страх, неуверенность, сомнения и отчаяние) или, например, словосочетание «пластилиновая экономика» («экономика Силли Патти», по названию детской игры-замазки. – Прим. ред.), они приобретают большую популярность. Помимо этого, ссылаясь на ее точку зрения, СМИ не уделяют внимания анализу этой точки зрения. На самом деле, несмотря на то что она имеет доступ к работе огромного информационно-аналитического отдела и, прежде чем сформулировать свою точку зрения, проводит глубокий анализ информации, в конечном итоге в сообщениях СМИ ее мнение не более чем ее мнение. Разумеется, не стоит придираться к ней из-за этого, поскольку для СМИ, целью которых является произведение эффекта, свойственно отдавать предпочтение поверхностным суждениям, а не тщательному анализу.

Избыток информации

СМИ, как правило, процветают за счет преувеличений, и мы, их аудитория, оказываемся сбиты с толку информацией о том, что цены на фондовом рынке, которые мы недавно наблюдали, выросли. Массмедиа постоянно делают акцент на том, что мы бьем новые рекорды (или, по крайней мере, близки к этому), и, если журналисты рассматривают данные под разным углом зрения, они часто обнаруживают новый рекорд в любой отдельно взятый день. Рассматривая фондовый рынок в целом, многие авторы статей упоминают «рекордное изменение курса за день», измеряемое в пунктах индекса Dow Jones, а не в процентных показателях; таким образом, полученные данные становятся более близки к реальным. И хотя в последние годы СМИ стали более осведомленными в отношении использовании пунктов индекса Dow Jones, когда предоставляется информация об изменении курсов, некоторые из журналистов до сих пор применяют проценты.

Подобный избыток информации, производящий впечатление, что постоянно бьются новые рекорды, лишь еще больше сбивает с толку общественность. Людям становится сложно понять, когда на самом деле происходит что-то действительно важное и новое. В связи с таким потоком различных показателей усиливается стремление избежать отдельной оценки количественных данных, и предпочтение отдается данным, которые интерпретируют для нас популярные источники.

Действительно ли значительные изменения на фондовом рынке – следствие важных новостей?

Многие полагают, что именно определенные новости с серьезным наполнением оказывают влияние на финансовые рынки. Однако результаты исследований в меньшей степени подтверждают данную точку зрения, чем можно было бы предположить.

В 1971 г. Виктор Нидерхоффер, будучи еще адъюнкт-профессором гуманитарных наук в Университете Беркли (прежде чем он стал легендарным управляющим хедж-фондом), опубликовал статью, в которой он попытался определить, совпадают ли дни, в которые происходят важные события мирового масштаба, с днями значительных изменений курсов на фондовом рынке. Он представил в виде таблицы все крупные заголовки New York Times с 1950 по 1966 г. (крупные заголовки как показатель важности газетного сообщения). Их набралось 432. Совпадали ли эти дни важных мировых новостей с днями значительных изменений курсов ценных бумаг? Для сравнения, Нидерхоффер отметил, что сводный индекс S&P за рассматриваемый период демонстрировал однодневный рост (более чем на 0,78 %) только в 10 % торговых дней, и значительные спады (более чем на 0,71 %) были также отмечены в других 10 % торговых дней. Из 432 дней, отмеченных важными событиями мирового масштаба, в течение 78 (или 18 %) из них наблюдался значительный рост котировок, а в течение 56 (или 13 %) – их существенное падение. Таким образом, в эти дни лишь немного больше возрастала вероятность изменений курса, чем в любые другие дни{124}.

Нидерхоффер заявил, что, читая статьи под крупными заголовками, он отметил, что многие происходящие в мире события, о которых там шла речь, вряд ли могли оказать значительное влияние на действительную стоимость акций на рынке. Вероятно, те события, которые СМИ преподносили аудитории как важные новости национального масштаба, не были настолько значимы для фондового рынка. Он предположил, что новости, рассказывающие о кризисных явлениях, могли иметь значительно большее влияние на фондовый рынок.

Понимая кризис как период, когда в течение недели появляется пять или более крупных заголовков, Нидерхоффер обнаружил 11 кризисов за рассматриваемый им период. К ним относятся начало войны в Корее в 1950 г., захват Сеула коммунистами в 1951 г., общенациональный съезд Демократической партии США в 1952 г., ввод советских войск в Венгрию и Польшу в 1956 г., Суэцкий кризис 1956 г., вступление Шарля де Голля в должность премьер-министра Франции в 1958 г., вторжение американских кораблей в территориальные воды Ливана в 1958 г., выступление советского премьер-министра Никиты Хрущева на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в 1959 г., напряженная ситуация на Кубе в 1960 г., вооруженная блокада Кубы 1962 г. и убийство президента Джона Кеннеди в 1963 г. В течение этих кризисных периодов, определенных таким образом, в 42 % случаев ежедневных изменений курсов они были значительными – по сравнению с 20 % в прочие, «нормальные», периоды. Таким образом, в течение кризисных периодов наблюдались определенные, но не кардинальные, более или менее значимые курсовые изменения. Обратите внимание на то, что за весь рассмотренный Нидерхоффером период, составлявший 16 лет, было всего 11 таких кризисных недель. Лишь в немногих случаях общее движение курсов на фондовом рынке было так или иначе связано с газетными заголовками.

Сопутствующие новости

Можно предположить, что новости, появляющиеся в СМИ в дни больших курсовых колебаний и воспринимаемые в качестве причин изменений, часто в действительности не могут быть причиной происходящего или, по крайней мере, не являются таковой в полной мере. В пятницу 13 октября 1989 г. произошел крах фондового рынка, который СМИ истолковали как реакцию на сообщение прессы. Сделка о выкупе контрольного пакета акций UAL Corporation, компании-учредителя United Airlines, провалилась. Крах, результатом которого стало падение индекса Dow Jones на 6,91 % за день, начался буквально несколько минут спустя после того, как в прессе появились сообщения о провале сделки, и поначалу казалось вполне вероятным, что сообщения прессы и стали причиной кризисной ситуации.

Первая проблема данной интерпретации состоит в том, что компания UAL – всего лишь отдельная организация, на которую приходится всего 1 % от общего объема фондового рынка. Почему же провал сделки по покупке UAL так повлиял на фондовый рынок в целом? Пытаясь интерпретировать сложившуюся ситуацию в тот период, участники рынка рассматривали провал сделки как поворотный момент, предвещающий подобные провалы сделок по продаже акций компаний в будущем. Однако в поддержку данной точки зрения не было названо ни одного убедительного аргумента, скорее наоборот: назвав произошедшее поворотным моментом, СМИ всего лишь пытались заставить аудиторию поверить, будто изменения на рынке стали реакцией на сообщения прессы.

Пытаясь объяснить причины краха, произошедшего 13 октября 1989 г., исследователь рынка Вильям Фельтус и я в первый понедельник и вторник после падения рынка провели телефонный опрос, в котором приняли участие 101 специалист по фондовому рынку. Мы спрашивали: «Слышали ли вы новости о компании UAL прежде, чем узнали о крахе финансового рынка днем в пятницу, или вы узнали новости о UAL позже, уже как объяснение внезапного падения курсов акций?» Лишь 36 % опрошенных сказали, что слышали новость до падения рынка; 53 % ответили, что узнали об этом позже, уже в качестве объяснения падения курсов акций; остальные не смогли сказать точно, когда узнали данную информацию. Таким образом, новости, скорее всего, были просто сопутствующим элементом падения рынка, чем напрямую спровоцировали его, и потому не были столь значимы, как об этом заявлялось в материалах СМИ.

Мы также попросили специалистов интерпретировать новости. Мы задали следующий вопрос:

Какое из двух утверждений точнее выражает позицию, которой вы придерживались в прошлую пятницу?

1. Новости о UAL, появившиеся в пятницу, приведут в будущем к уменьшению случаев поглощения одной компании другой, поэтому новости о UAL вполне могут быть одной из причин внезапного падения курсов акций.

2. Новости о UAL, появившиеся в пятницу днем, следует рассматривать как трюк по привлечению всеобщего внимания, который привел к тому, что инвесторы усомнились в надежности фондового рынка.

30 % опрошенных выбрали первый вариант, 50 % – второй, остальные не смогли остановиться на каком-либо одном варианте ответа. Таким образом, новость интерпретировалась большинством как поведение инвесторов{125}. Возможно, правильным будет отметить, что этот новостной повод играл важную роль в крахе фондового рынка, так как представлял собой «легенду», усилившую обратную связь от падения курсов акций к дальнейшему их падению, таким образом продлив последствия самого события на более долгий срок, нежели было бы при отсутствии освещения в СМИ. Тем не менее вряд ли можно назвать это информационное событие причиной краха рынка.

Отсутствие новостей в дни больших ценовых изменений

Можно также проанализировать периоды, когда происходили необычайно большие изменения курсов акций, и задать вопрос: появились ли в те дни в СМИ сообщения чрезвычайной важности? В 1989 г., взяв на вооружение идею, представленную в работе Нидерхоффера, Дэвид Катлер, Джеймс Потерба и Лоуренс Саммерс составили список из 50 наиболее значительных изменений на американском фондовом рынке (данные индекса S&P) начиная со времени Второй мировой войны и для каждого периода в таблице указали причины, предложенные СМИ. Многие из так называемых объяснений не соответствуют параметрам «необычности», а некоторые из них вообще сложно считать важными. К примеру, в числе причин больших ценовых изменений были такие относительно безобидные утверждения: «Эйзенхауэр призывает верить в экономику», «дальнейшая реакция на победу Трумэна над Дьюи», «возобновление покупки акций после предшествовавшего падения курса»{126}.

Кто-то, вероятно, возразит, что не следует ожидать значимых новостей в дни больших курсовых колебаний, даже если рынки функционируют безупречно. Курсовые колебания на так называемых эффективных рынках провоцируют возникновение дискуссий, как только информация становится достоянием общественности; никто не ждет, пока об этих изменениях сообщат СМИ (мы вернемся к этому вопросу в главе 10). Поэтому неудивительно, что, в соответствии с такой логикой, мы не обнаруживаем в газетах новой информации об изменении курсов в тот же день, когда они происходят: неточная или не соответствующая действительности информация, ставшая ранее доступной для обывателя, уже была истолкована заинтересованными в ней инвесторами как важная для формирования аналитических показателей, определяющих курсовую стоимость акций.

Другой аргумент, объясняющий, почему дни необычайно больших изменений курсов акций часто не совпадают с днями появления в СМИ важных новостей, заключается в том, что сочетание различных факторов может привести к значительным изменениям на рынке, даже если эти факторы по отдельности не представляют большого интереса для СМИ. Например, предположим, что некоторые инвесторы неофициально применяют определенную статистическую модель для расчета действительной стоимости ценной бумаги на основе многочисленных экономических показателей. Если все или большая часть этих показателей говорят об одном и том же развитии событий в конкретный день, даже если по отдельности они не имеют особой важности, вместе они становятся значимыми.