— Да? И куда она ведет? Где же мой санаторий? У нас сейчас ужин.
— Тропинка никуда не ведет … санатория здесь нет. А подруга ваша, о которой вы так беспокоились, давно вернулась и сейчас действительно сидит за ужином рядом с вами … Понимаете?
— Нет, я ничего не понимаю. Вы, извините, какую-то бессмыслицу несете. Я, конечно, пожилой человек, меня легко запутать, но это уж слишком: вы говорите, я сижу в столовой за столом … и нахожусь тут рядом с вами? Что за бред!
— Да, я понимаю, это кажется бредом. Не спорю. Ольга Леонидовна сейчас ест шницель с жареным картофелем, а вы — омлет с фрикадельками. Я могу вам это доказать.
— Как доказать? И вообще откуда вы знаете, как зовут мою подругу? Я вам не говорила. Вы были в санатории? Меню читали? Так? Зачем? Что вы мне голову морочите? Ольга была на озере, где вы меня нашли. Она там туфель потеряла … и сумочку. Все это очень странно. Я о ней беспокоюсь, мне быстрее надо домой, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Я устала. Пожалуйста, Лида, мне сейчас не до шуток.
— Изольда Соломоновна, я с вами не шучу. Давайте остановимся в приятном месте, вы полежите, отдохнете, вам надо поесть.
— Где я здесь поем? Я на диете, строжайшей диете. Пойдемте быстрее.
— Да, да, вы правы. Вам пора домой. Хотите окажемся в санатории, в вашей комнате?
— Господи, я вам об этом и говорю. Конечно хочу.
Лида сидела в оранжевом, довольно обшарпанном кресле, а Изольда в изнеможении лежала на небрежно застеленной кровати. Санаторская комната была так себе, к тому же совсем небольшая. Изольда с наслаждением вытянулась во весь рост, какое-то время молчала, прикрыв глаза и не обращая внимания на Лидино присутствие. «Ладно, пусть будет ее комната, мне-то какая разница. Не тащить же ее в Венецию. Хотя, кто знает, что придется делать, чтобы хоть в чем-то старуху убедить» — Лида чувствовала, что пока не отыграла у клиентки ни одного очка. Будет ли она вообще слушать дурацкие бредни про антиматерию? Что ж делать-то? Надо ей ее Ольгу Леонидовну показать в столовке, и там она себя увидит. Даже сильно пожилой Изольде это покажется странноватым, вызывающим недоумение, и тогда … придется сказать про капсулу … а там, посмотрим.
— Ладно, пора мне вставать, а то столовую закроют, я и так со всеми этими приключениями опаздываю. Лида, идемте со мной, я договорюсь, чтобы вас покормили.
— Изольда Соломоновна, а вам не показалось странным, как вы в свою комнату попали? Как мы сюда шли, как вошли в ворота, поднялись на лифте на 4-ый этаж, как вы легли?
— Ну да, я помню, как мы шли … а потом я не сосредотачивалась. Это же моя комната, так?
— Так и не так. Смотрите на стену!
По стене заскользила общая панорама столовой: зал с низким потолком, столы, покрытые белыми скатертями, на каждом столике чахлый букетик. Около окна сидят обе старушки. Ольга Леонидовна сосредоточенно и жадно ест горячее, перед ней еще стоит порция творога. Изольда что-то ей говорит, слов не разобрать. Подходит официантка и наливает обеим чай в большие белые кружки. Изольда пристально смотрит на стену, похоже она поражена зрелищем жующей Ольги Леонидовны, а главное себя самой рядом с подругой.
— Ага, значит она жива-здорова. А я-то волновалась. Господи, да что с ней сделается. Я же на берегу ее вещи видела, значит она их там все-таки потеряла?
Ну да, реакция есть, но вовсе не та, которую Лида ожидала. Идиотка жива, заставила в свойственной ей манере поволноваться, а сейчас сидит жрет … паразитка. Как она видит это изображение на стене? Ну, видит и видит … Мало ли какими техническими штучками владеет эта незнакомая Лида. Изу оказалось трудно удивить. Э, нет, все-таки заметила себя …
— А как я-то туда попала? Я же тут с вами.
— Вот именно. Вы, Изольда Соломоновна, и тут и там. Я должна вам это объяснить. Но может быть вы бы сначала поели что-нибудь? Нам, кстати не надо идти в столовую. Мы можем поесть что угодно, любую еду и я вам обещаю, что она вам не принесет вреда.
— Принесет. У меня серьезные заболевания пищеварительного тракта, я уж не говорю об аллергиях.
— Не стоит об этом. Я же знаю, что вы голодны. Давайте поедим. Не бойтесь заболеть, я отвечаю за вас … не бойтесь. Поешьте то, что давно не ели, но очень любите.
— Ага, тогда мне пожалуйста салат «Узбекистан» с редькой и мясом. Свиную отбивную с картошкой … нет … не отбивную, лучше шашлык по-карски с жареным луком и картошкой-фри … и еще 100 граммов водки … бутылку Нарзана.
Иза невероятно оживилась, сидела улыбаясь, в предвкушении любимой ресторанной еды. Как эта еда сюда попадет ее похоже не заботило. Какая разница! Эх, сейчас она поест и выпьет, а там … видно будет. Какие-то чудеса с ней сегодня происходят, и хорошо. Она себя кстати чудесно чувствовала, недомогания прошли, дышалось легко и свободно. Иза испытывала приятное ощущение голода, который она сейчас утолит, вкусно и сытно поест, как давно не ела. Ой, а зубы-то …? Как шашлык жевать? Не подумала …
— Ничего, Изольда Соломоновна, мы же не спешим. Маленькими кусочками нарежете и прожуете. Ерунда. Вы же об этом подумали?
— Об этом … откуда вы знаете?
— Знаю. Вы поедите и я вам объясню, все объясню …
— А вы что будете есть?
— Я не голодна. Я просто соку выпью. А вы сок будете?
— Да зачем мне сок с водкой? Вы хотя бы со мной выпьете?
На маленьком журнальном столике появилась еда. От горячего шел пар, водка была налита в маленький запотевший графин. Все как Иза себе представляла в гастрономических мечтах, которые часто ее посещали, когда она по вечерам ела свои протертые овощные пюре с паровыми битками. Про то, что она предлагала Лиде с ней выпить, она сразу же забыла, когда увидела аппетитную еду. Как многие сильно пожилые одинокие люди, она сразу же принялась есть лакомые блюда, забыв обо всем остальном. Ела Изольда быстро, но не жадно, красиво управляясь ножом и вилкой. Сама себе наливала водку в маленькую аккуратную стопочку и, смотря на Лиду, лихо опрокидывала ее себе в рот. «Интересно, сто граммов — это для нее как? Не слишком-ли? Не дай бог будет пьяненькая, как тогда с ней разговаривать.» Лида уже немного пожалела о графинчике. Но, нет, Иза похоже вовсе такой дозой напиться не могла, несмотря на преклонный возраст. Наоборот, все ее чувства стали острее, настроение сделалось отменным. Ей явно хотелось поговорить. Лида видела, что интересует ее все больше и больше. Надо, чтобы инициатива разговора принадлежала клиентке, она видела себя начальством и привыкла сама направлять разговор. Что ж … наелась, сейчас что-нибудь скажет, не может не сказать.