— Почему я должен это делать?
Один из них ухмыляется.
— Заткнись, — резко говорит ему лидер. Затем он поворачивается ко мне. — Твой брат уж очень миленький, а здесь имеются мужчины, которым это очень нравится.
У меня волосы встают дыбом. Я тут же забираю у него ножницы. У меня руки начинают дрожать от его слов.
— Спасибо.
— Меня зовут Сергей Кошкин. Это моя банда. Нас называют ночными ходоками. Ты можешь присоединиться к нам, если хочешь.
— Чем занимается твоя банда?
— Мы присматриваем друг за другом. Здесь есть крутые, директор использует их для поддержания дисциплины. Ты должен остерегаться их. Они нас не трогают, и если ты присоединишься к нам, то они не тронут и тебя.
— А почему ты хочешь, чтобы я присоединился к тебе?
Парень улыбается.
— Потому что тебя тоже привезли со связанными руками. Мы так все и прибыли сюда.
Я улыбаюсь ему в ответ. Он настоящая родственная душа.
— Меня зовут Николай Смирнов.
— Встретимся тогда здесь завтра ночью.
Один из мальчиков протягивает мне печенье. Я беру и благодарю его. С ножницами спешу обратно в спальню. Я трясу Павла, пока он не просыпается. Он потирает глаза и со стоном вздыхает. Я тут же закрываю ему рот рукой, пока он не открывает глаза и не встречается с моим взглядом.
Я прикладываю палец к своим губам, показывая ему, что он не должен издавать ни звука, он кивает.
Я сажаю его и протягиваю печенье. Пока он ест, я начинаю его стричь, отрезая, как можно больше волос. К моему ужасу, от этого не становится ужаснее, наоборот. Глаза становятся еще больше, а личико похоже на ангельское. Я поднимаю ботинок, провожу по подошве и начинаю размазывать грязь с ботинка по его лицу.
— Что ты делаешь? — спрашивает он с ангельской невинностью, что я снова прихожу в ужас.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Стар
Менее чем за час мы обходим фактически весь дом.
— Ты можешь самостоятельно получше исследовать места отдыха, — говорит Селин, закрывая дверь бассейна. — Теперь позволь мне отвести тебя в зал для завтрака. Мистер Смирнов уже должен быть там.
Зал для завтрака выходит на восток. Здесь три двойные двери и все они открыты. Вид потрясающий, но я вижу только Николая, сидящего за столом и читающего газету. Он одет в бледно-серый костюм, светло-серую рубашку и белый галстук. Он выглядит отстраненным и недостижимым. Я не могу даже сравнивать этого безукоризненно ухоженного мужчину ни с сексуально опытным мужчиной, который заставил меня кончить вчера на журнальном столике, ни с разъяренным зверем, который разбил мой телефон.
Я глубоко вздыхаю и делаю шаг в комнату. Он поднимает свои потрясающе серебристые глаза, отрываясь от газеты, которую читает, и окидывает ими меня с головы до ног. Он сворачивает и откладывает газету в сторону.
Появляется Григорий со своим особым чувством времени. Молча он отодвигает в сторону стул рядом с Николаем. И ждет меня. Я сажусь, он мягко пододвигает стул.
— Доброе утро, — приветствует Николай.
— Доброе, — немного смущаясь отвечаю я, положив телефон на стол. — Спасибо за новый телефон.
Он кивает.
— Не следовало тебе покупать мне такой дорогой.
Он хмурится и, кажется, раздраженным.
— Не следует быть такой скромницей.