ЗНАК ВОПРОСА 2003 № 04: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В уединенном месте купались две сестры. Как положено для резвящихся красавиц, они поспорили, кто из них милее и неотразимее. Под прикрытием густого кустарника наблюдал за ними юноша-сиракузянин. Услышав спор прелестных девушек, он не выдержал Выбежав из-за прикрытия, преклонил колено перед старшей сестрой и заявил, что именно она достойна предпочтения.

Перепуганные прелестницы убежали. Взволнованный молодой человек рассказал дома брату о случившемся. Тот предложил посвататься к сестрам, соглашаясь жениться на младшей. Отправились к их отцу. Оказалось, что младшая заболела от огорчения и обиды. Она уверяла, что юноша был невнимателен, что кусты помешали ему рассмотреть все как следует и настаивала произвести повторный осмотр.

Теперь уже оба брата, посовещавшись, прознали победительницей младшую, так как судья «в первый раз видел ее только спереди». А как прояснилось, именно вид девушки со спины и ниже оба брата признали прелестным и восхитительным. Состоялась общая свадьба. В память о том приключении и значении той части тела, что определила судьбу, и появился храм со знаменитой статуей.

На Руси для веселья причин было предостаточно. И над собой подшучивали, и других умели подкузьмить да подъегорить. И шла слава-молва с городов и весей. Рязанцы таковы, что без шутки и с лавки не свалятся. «В Рязани грибы с глазами, их едят, и они глядят». В Москве тоже за таким товаром далеко в карман не лезли. Сюда, в белокаменную столопрестольную мужик для поговорки пешком ходил, за песнями ездил. И видели ее издалека при кислятине да сквозь жидкий чай. А показать Москву в решето — значило и вовсе нагло одурачить, обмухлевать. По слухам, в ней и грязь не маралась, и звону на всю Ивановскую, и «была бы догадка, а в Москве денег кадка» и каждый день праздник. Так вот и били в доску — поминали Москву. Но дат же москвичи дивились иногда долетавшим вестям о пошехонцах. Всех, наверное, пере-дурачили, переплюнули эти самые пошехонцы. Они дым решетом из избы выносили, в трех соснах заблудились, на городскую колокольню лазили — на Москву поглядеть.

А то медведь откусил голову одному из пошехонцев, и жена его долго не могла вспомнить, была у него голова или нет. Потом-таки припоминает, что в минувшем году купил он себе шапку-малахайку к празднику, и только тогда убедилась, что голова-таки действительно у него была. Понадобилось немало времени и для того, чтобы прийти к определенному выводу: всякому свои ноги ближе к коленкам…

Что же это за край такой и за что напраслина на его обитателей? Неужели такие недотепы? «У людей дураки — загляденье каки, а свои во каки».

Вопрос о глупцах не так прост, как покат жегся на первый взгляд. Действительно они таковыми являются или только прикидываются простаками, придуриваются? И нужно ли им уступать дорогу? А глупость — что это, недостаток или болезнь? И какими путями пришла? Что за состязание — кто кого дураковатее? Попробуй ответь на все заковыки!

Народная мудрость по этому поводу не категорична. То она определяет безнадежность болванов тупоголовых (если нет в голове — в аптеке не купишь), то представляет целую классификацию дураков: добродушных, Богом обиженных, набитых, круглых, отпетых, беспросветных.

Конечно, места наибольшего скопления глупцов определить трудно. Хватало их на востоке и на западе. Там, смотри, поссорились умники на мосту из-за барана не купленного. В другом месте в полнолуние месяц скрылся за тучей и жители подумали, что его украли у них соседи. Вооружились, двинулись в поход, но луна показалась и пришло убеждение, что ее от страха возвратили враги.

Пошехонцы вроде бы и не показывали такой воинственной прыти. Они ведь только блоху миром давили, а мешком солнышко ловили…

Тексас на юге США.

Название штата индейско-племенного происхождения. «Добрый друг» (техиа) — так будто бы индейцы ответили на вопрос, какого они племени. Штат «добрых друзей-приятелей» можно назвать и одним из самых веселых в Америке. Обычно смеются до слез, до колик, до упаду штанов, в Техасе шутки и веселые истории в салунах и барах нередко сопровождались выстрелами. В широкополых «десятигаллонных» шляпах, и с не менее широкими натурами взрывно-темпераментные, задиристые техасцы любят по-ковбойски немного прихвастнуть, похвалиться своими просторами, как и своей сообразительностью. Поэтому и пришелся им по душе Дэви Крокет с его чудесными историями и невероятными приключениями.

Нет, Дэви не мог похвалиться тем, что он, когда бывал голодным, то отгрызал носы живым медведям, как это делал его приятель старый Джим. Не приходилось ему и нырять в Ниагарском водопаде и выныривать на другом краю земли, как это делал Сэм Пэтч. Не придумал он и такое лассо, как Билл Пекос, что укротил им смерч торнадо и пришпорил, как дикого мустанга Но кое-что умел и сам Дэви. Стоило ему один раз улыбнуться еноту, когда заметил его на дереве, как тот свалился наземь к его ногам. А то случилось так, что за зверька принял сучок на дереве. Ну, и ему улыбнулся. Никакого отзвука. Улыбнулся вторично — осыпалась вся кора.

Тяжеловато приходилось Дэви во время его скитаний. То холод, то жара неимоверная. Лихорадку подцепишь, не сразу отвяжется. У одного приятеля от нее, от дрожи высыпались зубы, у другого полезли ткани одежды. А третий дрожал так, что завалилась его хижина. С Дэви обошлось: дрожать тоже, видно, надо умеючи. Неунывающим парнем был этот Дэви Крокет. Жизнь сама заставляла не вешать носа. Он и при встречах с приятелями, при состязаниях на лучшего вру… пардон, лучшего рассказчика выходил первым.

Во многих местах побывал и был известен Крокет, а навечно остался в Техасе. Одни говорили, что погиб он в 1836 году на фронтире — границе в стычке с мексиканцами. Другие утверждают, что при каком-то «веселье»: ведь нравы тогда были особенно горячие и любой спор заканчивался пальбой из пистолетов. Только вот говорят, что после гибели такого парня, как Дэви, стрелять стали меньше. Ведь глупо же так зазря терять такую мудрую прекрасную штуку, как жизнь.

Большой Каньон, глубокая и узкая долина реки Колорадо в американском штате Аризона. Открыт испанскими конкистадорами в 1540 г. (буквальный перевод с испанского «каньон» — труба). Он имеет 217 миль длины и является классическим примером подобного эрозионного образования как в системе каньонов реки Колорадо, так и в других местах. Это очень известное «чудо природы» издавна было отмечено американским юмором.

Один старожил Дальнего Запада рассказывал, как он вышел охотиться к озеру, сплошь усеянному утками. Пять миллионов уток на одном озере! Как зашло солнце, стало так неожиданно холодно, что вода враз замерзла, и утки оказались во льду. Услышав шаги охотника, они, естественно, испугались и взлетели все разом. И при этом они так рванули лед, в котором сидели, что все замерзшее до дна озеро взлетело вместе с ними и на его месте осталась огромная дыра. Люди назвали ее Большим Каньоном.

Аризона, штат на юго-западе США Наг зван от индейского словосочетания «ари» — малый, небольшой, «зон» — источник, вода. Жители этой «страны с малым источником» суровых горно-пустынных маловодных мест заверяют, что они всегда рады заезжему чело веку, гостям. А пошло это еще от легендарного знаменитого техасского ковбоя Пекоса Билла. После многих приключений забрел он в Аризону и решил здесь обосноваться. Всю Аризо ну он обнес забором, устроил огромное ранчо. Такое обширное, что от въездных ворот до дверей дома не один день езды. Вдоль пути Билл поставил станции с перекладными лошадьми для гостей. Как настоящий истый техасец и аризонец он любил веселую компанию. У него было так много приятелей ковбоев, что его пекарям приходилось запружать ручьи и замешивать тесто прямо в лощинах Они ссыпали в них фургоны муки, ведерки дрожжей и тонны соли. Затем запрягали коней и месили тесто плугами и скреперами. По сей день кое-где в лощинах осталась соль. Люди назвали такие места солонцами.

Бухара, один из древнейших городов Средней Азии, известный с I века н. э. находящийся в долине реки Зеравшан. Был он столицей и Бухарского ханства, и Бухарского эмирата, и Бухарской ССР, после размежевания которой образовались Узбекская ССР, Туркменская ССР, Таджикская ССР. Нынешний центр Бухарской области славится своим богатым прошлым, мавзолеями Самани и Улугбека и поэтому неслучайно его нередко называют городом-музеем.

А еще, говорят, на широко известных бухарских восточно-колоритных базарах витает дух архипопулярного самого Ходжи Насреддина… Слава Аллаху, забыть его невозможно, поскольку связан он с такими историями и приключениями, которые вселяют веру, что восторжествуют не глупость и зло, а добро, мудрость и шутка…

Рассказывают, как Насреддин, увидев, как дорого продают говорящего попугая, продал думающего индюка. Как доказал, что бедность лучше богатства — богатых грабят, а бедных нет. Как готов был взять, если в одной не могут совместиться несколько качеств, трех жен. Доказал, что жена — зло, но необходимое. Спешил женить сына, пока тот не поумнел. Просил заранее деньги, причитающиеся ему на похороны. Хотел умереть, чтобы не платить за лечение.

Читая медицинскую книгу, находил у себя признаки беременности. Выздоровев, благодарил лекаря, который отказался его лечить. Сам излечивал больных, пригрозив сжечь одного из них на лекарство. Искал утонувшую тещу вверх по течению. Плакал во время молитвы, так как борода муллы напомнила ему о пропавшем козле.

Надев чужую папаху, принимал себя за другого. Кукарекал, чтобы день наступил раньше. Чтобы ослу было легче, ехал на нем с мешком на плечах. Надевал ослу зеленые очки, чтоб тот принял щепки за траву. Засыпал заново, чтобы вернуть приснившиеся деньги.

Как известно, за право называться родиной Гомера спорили семь городов. Вдвое-втрое больше городов и народов называют своим Ходжу Насреддина. В турецком Акшехире показывают даже его могилу, в Хорто знают место, где зарыт его пуп… Знатоки доподлинно выяснили, что бывал он в Багдаде, Тегеране, Тифлисе, Эчмиадзине, Дамаске, Трапезунде и многих других городах.

Но авторитетный его «биограф» Леонид Соловьев доказал в двух томах, что «возмутитель спокойствия» — сын седельщика из Бухары, одного из самых базарно-говорливых веселых городов Востока. Народная молва утверждает, что именно здесь некогда встречались собратья Насредцина таджик Мушфики, араб Джоха, уйгур Молла Зайдин, Туркмен Кемине, русский Балакирь, индус Бирбал, еврей Гершеле Острополер, немец Эйленшпигель, армянин Пулу-Пути и многие другие весельчаки, хитрецы, шуты, остроумцы. Ученые мужи и до сих пор спорят, в каком они родстве с Ходжой Насреддином и кто у кого какие шутки, хохмы и анекдоты заимствовал.

Существует мнение, что самая лучшая девушка не может дать больше того, что у нее есть. В лучшем случае она может повторить: «Что такое секс по-одесски?» — «Это смех не только до и после, но и во время…»

По поводу обилия памятников архиоснователю (а были уже, говорят, и такие: он в кепке, а вторую кепку держит в кулаке и все призывает) в Одессе спрашивали: «Почему нет памятника Ленину на Коне?» Так знатоки-историки объясняли: потому что Ленин не мог ездить верхом. «Но тетя Роза тоже не может, но ей памятники не ставят».

Говорят, в Одессе по-еврейски любят отвечать вопросом на вопрос. Но это не всегда так. «Что б я так жил, как я это знаю». А потом вынуждают обстоятельства. «Чего вы испугались? — удивляются хозяева. — Разве вы не знаете, что если собака лает, то она никогда не кусает?» — «Я-то знаю. А вот знает ли собака?»

Встретились две давних знакомые. «Вы не знаете, где теперь живет Борис Григорьевич?» — «Как же, он давно в Париже!» — «Это далеко от Причепиловки?» — «Пять тысяч км, не меньше». — «Хме, такой умный одессит и заехал в такую глушь!»

Когда речь заходит о запорожском казачестве, даже со случайным собеседником, почти всегда поминается «Письмо турецкому султану». Оно вошло в присловье, известно как выверенный временем, «хрестоматийный» анекдот. Такой славе поспособствовали и Н. В. Гоголь со своей знаменитой повестью, и И. Е. Репин с его немеркнущей картиной, излучающей, пожалуй, как ни одно полотно, животворящий смех. И кто хоть раз присмотрелся даже не к оригиналу в Эрмитаже, а к репродукции, тот надолго запоминал этих колоритных весельчаков, «хохмачей», собранных Репиным в такую нескучную компанию.