Мелкий снег (Снежный пейзаж): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После письма, которое та прислала ей в ответ на сообщение о болезни Таэко, в ней подспудно жило неприязненное чувство к Цуруко. Сатико предпочла бы на сей раз вовсе не появляться в «главном доме», но Тэйноскэ, конечно же, не одобрил бы этого. К тому же у Сатико были важные новости, которыми она не могла не поделиться с сестрой и зятем.

До позавчерашнего дня Сатико не возлагала особых надежд на очередную попытку Итани просватать Юкико, но с тех пор многое изменилось. Она увидела Мимаки, вчера на банкете познакомилась с четой Кунисима, которые охотно приняли на себя роль сватов, ощутила атмосферу заинтересованной доброжелательности — и страх перед новой неудачей оставил её.

Сатико чувствовала, что вчерашняя встреча совершенно неожиданно превратилась в самые настоящие смотрины, результатами которых остались довольны обе стороны. Особенно обрадовало её то, с какой симпатией и душевной теплотой отнеслись к Таэко Мимаки и Кунисима. Они держались и говорили с ней так, как будто её не за что было порицать, — любезно, предупредительно, причём в их тоне не было и следа нарочитости или высокомерия. В их обществе Таэко ощущала себя просто и естественно, забавляя присутствующих шутками и весёлыми выходками, на которые была мастерица. Безусловно, она старалась ради Юкико, и при мысли об этом у Сатико к глазам подступали слёзы благодарности.

Юкико, как видно, тоже была глубоко тронута сестринским участием, во всяком случае, такой оживлённой и разговорчивой Сатико никогда ещё её не видела. На банкете Мимаки снова повторил, что намерен обосноваться либо в Киото, либо в Осаке, но теперь уже этот вопрос не имел для Сатико решающего значения: она считала, что с таким мужем, как Мимаки, её сестре можно жить и в Токио.

Прикинув, что Тацуо уже ушёл на службу, Сатико позвонила в Сибую. Сообщив сестре об отъезде Итани за границу, Сатико рассказала, что они втроём приехали в Токио для участия в прощальном вечере и завтра утром намерены выехать домой. Вечером они идут в Кабуки, а перед этим хотели бы ненадолго заглянуть в Сибую — иного времени у них, к сожалению, не будет. Затем Сатико сказала, что появился новый претендент на руку Юкико, но переговоры о сватовстве пока находятся лишь на начальной стадии.

Всё утро сёстры провели в беготне по магазинам, потом пообедали в ресторанчике «Хамасаку» на Гиндзе, после чего поймали такси, чтобы ехать в Сибую. Таэко без конца жаловалась на недомогание и усталость. В ресторане, где сёстрам отвели отдельный кабинет, она сразу вытянулась на циновках, подложив под голову подушку для сидения.

Когда Сатико и Юкико стали садиться в такси, Таэко вдруг заявила, что не поедет с ними. «Главный дом» разорвал с ней отношения, сказала она, и её визит только смутит Цуруко. К тому же у неё нет ни малейшего желания встречаться с сестрой.

Как же так? — возразила Сатико. Неудобно, если Кой-сан не поедет вместе с ними. Что бы ни говорил Тацуо, Цуруко вряд ли изменила своё отношение к Кой-сан и будет рада её видеть, в особенности теперь, после перенесённой ею тяжёлой болезни. Кой-сан должна непременно поехать в Сибую. Таэко, однако, ответила, что валится с ног от усталости. Она выпьет где-нибудь чашечку кофе и оттуда потихоньку пойдёт в театр. Сатико не стала настаивать, и в результате они поехали в Сибую вдвоём с Юкико.

Остановив машину перед домом Цуруко, шофёр сказал, что ждать их не сможет. Сёстрам насилу удалось его уговорить, пообещав, что они будут отсутствовать самое большее двадцать минут и, разумеется, полностью оплатят время простоя.

Цуруко провела сестёр наверх, в гостиную. Здесь всё оставалось по-прежнему — и красный лакированный столик, и каллиграфическая надпись кисти Рая Сюнсуя над входом, и шкафчик с золотой росписью, и старинные часы на нём. Все дети, за исключением пятилетней Умэко, были в школе, и поэтому в доме стояла непривычная тишина.

— Не пойму, отчего вы не отпускаете машину?

— А вдруг мы не сможем поймать здесь такси? Как тогда добираться до театра?

— Да здесь сколько угодно такси. К тому же вы могли бы поехать и на метро. От станции «Оваргитё» до Кабуки буквально два шага.

— В следующий раз мы побудем у тебя подольше. Я уверена, скоро мы опять приедем в Токио.

— А что дают в Кабуки в этом месяце? — неожиданно спросила Цуруко.

— «Ибараки», «Хризантемовое поле»,[119] затем… Ну вот, забыла…

В комнату вошла маленькая Умэко. Юкико взяла её за ручку и увела играть вниз, оставив сестёр наедине.

— Как дела у Кой-сан?

— Она была всё утро с нами, но к тебе ехать постеснялась…

— Почему? Я была бы рада её видеть.

— Я так ей и сказала… Видишь ли, в эти дни у нас было много беготни, и она едва держится на ногах. Мне кажется, она ещё не вполне оправилась после болезни.

Стоило Сатико переступить порог этой гостиной, как смутная враждебность к сестре, не покидавшая её все эти месяцы, исчезла без следа. На Цуруко можно было сердиться только на расстоянии, а вблизи она была всё той же сердечной, радушной Цуруко. Сатико почувствовала неловкость, когда сестра поинтересовалась, какие пьесы идут в Кабуки. В самом деле, было жестоко не пригласить Цуруко в театр, тем более что сёстрам не так уж часто удаётся побыть всем вместе. Если бы Цуруко промолчала, можно было бы не придавать всему этому значения, но Сатико знала, что, несмотря на свою внешнюю степенность, сестра бывает по-детски импульсивна, — при одном упоминании о Кабуки ей наверняка захотелось пойти туда вместе со всеми. К тому же теперь, когда в результате падения курса акций капитал, которым они с Тацуо так дорожили, практически обесценился и бюджет семьи значительно сократился, Цуруко вряд ли может позволить себе часто бывать в театре.

Сатико поспешила загладить неловкость и перевела разговор на матримониальные дела Юкико, стараясь представить их в самом радужном свете. Жених, сказала она, выражает горячую заинтересованность в браке и ждёт лишь согласия семьи Макиока. На сей раз она уверена, что дело сладится, и в скором времени надеется порадовать Тацуо и Цуруко добрыми вестями. Как только Тэйноскэ встретится с господином Мимаки, они намерены обстоятельно обсудить этот вопрос с «главным домом».

— Господин Мимаки будет сегодня в театре. И Итани с дочерью тоже, — заметила Сатико напоследок и поднялась. — Я уверена, мы очень скоро увидимся.

Цуруко пошла её проводить.

— Юкико должна сделать над собой усилие и казаться хоть чуточку более оживлённой и разговорчивой.

— О, вчера ты её не узнала бы! Она держалась удивительно просто и естественно, охотно поддерживала беседу. Вот увидишь, на сей раз всё будет хорошо.

— Мне так хочется в это верить! Как-никак ей уже тридцать четыре года…

— До свидания, Цуруко, — сказала Юкико, когда сёстры спустились вниз, и, опережая Сатико, ринулась в прихожую.

— До свидания. Передайте привет Кой-сан, — ответила Цуруко и направилась вместе с сёстрами к машине. — Значит, Итани едет за границу… Наверное, мне тоже полагалось бы с ней проститься.

[119] «Ибараки» и «Хризантемовое поле» — танцевальные пьесы театра Кабуки. В пьесе «Ибараки» храбрый самурай Ватанабэ-но Цуна отрубает руку демону Ибараки, который потом является к нему в облике его старой тётушки, стремясь вернуть свою руку, но Ватанабэ-но Цуна в конце концов разоблачает обман.