— Я отказалась не потому что не хотела тебя. Для меня ты дороже всей Вселенной, Джарет. Так было и так есть.
Он обернулся и тут же оказался рядом с ней.
— Правда?
— Клянусь, — она обняла его за шею. — Не знаю, сколько мне еще осталось прожить, я ведь не чистокровная наяда, но я останусь с тобой, пока буду тебе нужна.
— Ты будешь нужна мне всегда. А сейчас — особенно сильно!
— Подожди, — Селина прижала ладонь к его губам. — Нам нужно кое-что обсудить. Это действительно важно. Тебе не кажется, что игра, в которую нас втянул Дей, была какая-то… нелогичная, что ли?
— В каком смысле? — Джарет поцеловал ее руку.
— Сам посуди. Мое воскрешение отняло у дракона много сил, но я почти не сыграла никакой роли в игре. Он так и не объяснил, почему не отдал мне артефакт сам, а отправил с ним Дарину. И ее путь — я сейчас прикинула, где «Большие надежды», а где лес Вольха. Это даже не крюк, это такой зигзаг, что сразу становится ясно — Дей хотел, чтобы они встретились. И опять же, Дарина почти ничего не сделала для победы. По-настоящему играли только ты и Лайонел.
— К чему ты клонишь?
— Дей всё делал ради тебя. Тебе нужно с ним поговорить, Джарет. Он может стать тебе очень ценным союзником.
— Возможно, — неохотно ответил Джарет. — Вот только, где он сейчас? Хотя, это я могу узнать.
На этот раз всё было по-другому. Хастур не пытался подавить волю Эйдена, только прижимал его руки к постели, пока огненному магу не расхотелось сопротивляться. Страсть Хастура сменялась нежностью так непредсказуемо, что Эйден уже не понимал, что чувствует. Но желания умереть больше не возникало.
— Ты снова скажешь мне «нет», солнышко? — Хастур поцеловал его за ухом.
— Нет… то есть, я… — Эйден зажмурился, потом решился и выдохнул: — Я останусь.
Хастур поднял свободную руку и щелкнул пальцами.
— Пей, — у губ Эйдена оказался резной медный кубок. Напитка в нем было совсем немного, на вкус — как роса.
— Что это?
— Ихор, — Хастру слизнул каплю с губы Эйдена.
— Кровь богов?!
— В переносном смысле. Люди называют его по-разному, даже напитком бессмертия. На самом деле он всего лишь продлевает жизнь. Теперь ты будешь со мной всё оставшееся мне время.
Эйден неуверенно положил ладонь на грудь Хастура. Рядом с древним богом он терялся, не зная, что делать. И нужно ли что-то делать? Хастур вроде бы предпочитал играть в постели исключительно активную роль. Подтверждая это предположение, древний бог развел руки Эйдена в стороны и склонился над ним.
— Завтра мы отправимся в путешествие по Царству Грез. Начнем со столицы. Кадат должен тебе понравиться. Это город льда и тайн. Возможно, ты захочешь остаться там надолго, — Хастур перемежал слова поцелуями, — Или в Шаркоманде. Или в Дилат-Лине. Мир древних богов велик, и для мага в нем найдется множество занятий.
— А ты?
— Иногда я буду тебя оставлять. У меня есть дела в других местах Вселенной.
— С Джаретом?
— И с ним тоже. Но я буду скучать по тебе, Эйденн.
Огненный маг закрыл глаза. Заключенная сделка таила в себе неправильность. Ведь он не любит Хастура и не полюбит, а плата уже получена. С другой стороны, всё, наоборот, честно. Ведь Хастур тоже его не любит.
— Ты слишком много думаешь, — Хастур сдул прядь волос со лба Эйдена и поцеловал в висок. Его пальцы исследовали тело любовника, обнаруживая такие чувствительные точки, о которых Эйден и не подозревал. Маг ощущал себя музыкальным инструментом, на котором играют в четыре руки.
— Я не потребую от тебя ничего невозможного, моё сокровище. Просто будь рядом, когда ты мне потребуешься. Согласись, это не слишком обременительное ограничение свободы. А взамен ты получишь всё, что захочешь.
«Кроме любви. Ну и ладно. Хватит, налюбился уже», — Эйден выкинул из головы все мысли и расслабился, отдаваясь умелым рукам.