Черный смерч промелькнул мимо, а затем Хастур вошел в холл уже в своем человекоподобном облике. На этот раз на нем была золотистая не сшитая с боков туника, перехваченная на талии тяжелым поясом и черные шаровары.
— Не ждал меня, Джарет? — он замолчал, увидев Селину. — О-о-о, ты не один.
— Познакомься с моей женой, — не слишком любезно ответил Джарет, обнимая Селину за талию.
— Весьма рада, — она протянула чуть дрогнувшую руку. — Тем более, что наша предыдущая встреча была слишком мимолетна.
— Действительно, это большое упущение с моей стороны, — улыбка Хастура была настолько джаретовской, что Селине стало не по-себе. Он поцеловал ее пальцы, задержав взгляд на кольце. — Уверен, что нам будет о чем поговорить.
— Но сейчас вы, должно быть хотите остаться наедине, — Селина улыбнулась мужу. — Я буду в библиотеке.
Хастур проводил ее легким поклоном.
— Я смотрю, у тебя весьма разнообразная личная жизнь, — он приподнял бровь.
— Зато у тебя она, похоже, вообще отсутствует, — парировал Джарет. — Что, Эйден сбежал?
— Об этом мы еще поговорим, — Хастур без усилий подхватил за ручки одну из амфор. — Напомни, где здесь твой кабинет?
Джарет страдальчески закатил глаза и отворил перед отцом дверь.
Лайонел тихонько сдул с лица каштановый локон. Тирра что-то пробормотала во сне. Он осторожно повернулся и всмотрелся в ее лицо. Тирра изменилась за эти сто лет. Она похудела, черты лица заострились, в темных волосах появилась седина. А ведь стихийные маги не должны меняться внешне. Что же ей пришлось пережить? Лайонел не удержался и поцеловал Тирру в кончик носа. Она улыбнулась, не открывая глаз, и обняла его.
— Притворщица, — Лайонел, уже не осторожничая, склонился над ней и принялся целовать. — А знаешь, ты мне с первой встречи понравилась.
— Да? — она потерлась о его бедро коленом.
— Да, но ты была с Инной.
— А на тебя положил глаз Эйден, — Тирра вздохнула. — Я не жалею о прошлом, Лайонел. Но то, что мы снова встретились — это прекрасно.
— Нет, это восхитительно, — поправил он, и Тирра с ним согласилась.
Джарет вынужден был признать, что никакие вина Подземелья не сравнятся с подарком Хастура. Пить темно-рубиновое вино хотелось очень маленькими глоточками, растягивая удовольствие. Хастур рассеянно смотрел сквозь свой хрустальный бокал. Молчание затягивалось.
— Так что у вас там вышло с Эйденом? — напомнил Джарет. — Или точнее будет сказать, не вышло?
— В мои планы вмешались, — Хастур глотнул вина. — Но это поправимо. Я хотел поговорить с тобой о другом. Во-первых, ты уже не считаешься учеником Дея.
— Он жив?
— Да, — Хастур остро взглянул на Джарета. — Во-вторых, я хочу чтобы ты знал — это мое последнее пробуждение.
Джарет удивленно поднял брови.
— Разве древние не бессмертны?
— Даже у бессмертия есть предел. Мой наступит лет так примерно через двести.
— А потом?
— Я усну навсегда. А теперь слушай меня внимательно, Джарет. Ты — мой наследник.
Джарет поперхнулся вином.
— Что?! Но я думал… Ты ведь даже не признал меня. Почему?
— Потому что ты — мой самый удачный эксперимент, Джарет. И я не хотел, чтобы тебя уничтожили. К сожалению, твое детство совпало с очередной войной древних и старых богов. А потом я вынужден был уснуть, чтобы восстановить силы. Так что тебе пришлось выживать без моей помощи. В общем и целом ты неплохо справился.