Благие намерения: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тот заткнулся. Ему и в голову не приходило, что кто-то способен поделиться находкой с остальными. Милл, может, и не поделился бы, но имел он слабость: совать в грязь носом тех, кто очень уж его доставал. Пусть даже и таким усложненным и дорогим способом.

– Сеглер, может, монеты нам, а артефакты, – он выделил слово, – тебе? Смешно, но как раз ровно делится на всех. А вот эту штуку я, как первооткрыватель, возьму себе. Есть возражения?

Промолчал даже Тимаш, что не помешает ему возненавидеть эльфа еще и за это. Сеглер наконец соизволил посмотреть, что там за артефакты… Как и следовало ожидать, ерунда, может, Деммела заинтересует. Сеглер отсылал ему все находки такого рода. Монеты эпохи Сатрам стоили весьма дорого, зато весили, как кирпичи, так что хитрюга Милл не просто так решил быть щедрым – такой груз ему, да и Дарби тоже, тащить не хотелось. Аккуратные кучки лежали на пятачке земли, очищенном от травы. Земля заметно отливала красным. Сматываться отсюда надо, дело сделано, и теперь неплохо бы пересечь Даарвелеш как можно скорее.

– Берите, ребята, – позвал Милл. – Только не спешите продавать, лучше оставить на черный день, чтоб не вызвать обвала цен. Если вдруг на рынке появится много сатрамских денежек, они могут резко подешеветь.

– А сколько стоит такая монета? – жадно спросил Тимаш. В первом же кабаке попытается загнать и продешевит, даже если найдет покупателя. Милл неопределенно повел плечами:

– Понятия не имею. Знаю, что редкость, а редкие монеты стоят дорого, если продавать их коллекционерам. По сотне, наверное, стоят.

Сатрамские таннеры? По сотне? Сеглер усмехнулся про себя. И этот, оказывается, не все знает.

– По сотне, – неожиданно сказал Риттер, – если антиквару оптом сдать. Если выйти на коллекционера, не меньше пятисот.

– Они золотые?

– Нет. Секрет этого сплава утерян… А из обихода они вышли довольно быстро, потому что неудобны – тяжелые слишком.

Милл слушал, полируя кусочком замши какой-то предмет. Тимаш наконец сгреб свою долю, крякнув от неожиданности. Ничего, и тяжелые попрет, раз можно получить лишнюю тысчонку.

– По двенадцать монет, – ответил на невысказанный вопрос Милл. – Неплохая прибавка к жалованью, а, Сеглер? Эриш, а это тебе… бонус.

Он протянул наемнице руку ладонью вверх. Шпилька с украшением из кеврита. Никак не одну сотню стоит, мог бы продать – причем в первом же городе, но решил сделать красивый жест.

– Почему? – недоверчиво нахмурилась Эриш. Эльф бесхитростно объяснил:

– Мне она не пойдет. Ну представь себе – собачьи уши и эта птичка посередке…

Даже Гратт смеялся. Эриш приняла подарок. Она уже не шарахалась от знаков внимания Милла. Перестала после того, как он подарил ей маленький букетик вейеса. Тоже уперлась сначала, зачем да почему, и была потрясена, когда он удивился: просто так, почему женщинам цветы дарят? А ведь за этим вейесом пришлось ему карабкаться на крутую горку, цветы редкие, запах хранят по целому году, если держать их в коробочке. Так Эриш и делала, пока ловкий карманник у нее эту коробочку не спер… Ох, в какую же она впала ярость, едва успокоили. Милл пообещал подарить ей что-нибудь другое. Все он понимал. Никто и никогда не дарил Эриш ничего просто так, а уж лезть для нее за цветами точно никому на ум не пришло бы. Рыжая! За счастье должна счесть, если мужчина решит ее на спину завалить. Не было иного пути у рыжих девчонок. Замуж не выйти никогда, а детей родит – отберут, если не рыжие, в ученицы никто не возьмет. Одна дорога – дешевый бордель при трактире, где клиенты напиваются так, что им все равно, какой масти девка достанется. Какой ценой Эриш достигла нынешнего положения, Сеглер не спрашивал. Случалось и такое. На цвет волос наемников внимания не обращали. Как правило.

– Идти будем быстро, – сказал Сеглер. – Надо убираться отсюда. Милл, ты как?

– Лучше всех, – хихикнул он. – Отрава, которой ты меня два дня поил, оказалась очень эффективной. Я так не хочу выпить ее еще раз, что точно не заболею в ближайшие полгода. Ты преследования опасаешься или цвет земли не понравился?

– То и другое. За несколько дней мы пересечем Даарвелеш. Если объявятся преследователи, договариваться не будем. Теперь мы вообще ни с кем не будем договариваться.

– Отлично, – потянулся Милл. – Раз пошла такая пьянка, может, ты расскажешь, за чем, собственно, мы охотимся? Ведь эти штучки у тебя интереса не вызвали, хотя есть тут кое-что любопытное, например шарьяма. Тебя нанял…

– Маг, – кивнул Сеглер. Собственно, особенного секрета тут и не было. Шарьяма – сущая мелочь сравнительно с целью Деммела. – Как ты понял?

– А кто еще может посылать гаарна для связи?

Сеглер рассердился.

– Ты следил за мной?

– Не поверишь, но нет. Понесло меня по нужде как раз во время вашей встречи… Ну я и задержался поглазеть на гаарна. Будь уверен, он меня почуял, но ведь опасным не счел.

Чтобы Дитя ночи счел опасным эльфа-недомерка? Сеглер фыркнул. Гаарны не боялись никого и ничего, ну может, драконов остерегались, но даже и при встрече с ними удирать бы не стали. В воздухе гаарны были не в пример ловчее, да и на земле двигались так, что никакому дракону даже и не уследить.

Гаарны порой служили людям, сами выбирая, кому именно; непременно расплачивались за долги, так что Сеглер полагал, что гаарн был чем-то обязан Деммелу, а у Деммела хватало ума обращаться с ним уважительно и дружески. У Сеглера тоже хватало, так что Дитя ночи и ему симпатизировал. Все найденные артефакты именно он передавал Деммелу. Так что, даже если кому-то пришла в голову мысль вроде Деммеловой, преследовать команду Сеглера смысла не было – получить артефакты не удалось бы.

А преследовать будут. Именно после Даарвелеша.

– И что мы ищем? – не отставал эльф. – Мне кажется, мы уже имеем право знать, за что нам платят офигенные деньги.

Сеглер развернул свою находку. Кусок глины. Всего лишь кусок глины. Милл непроизвольно шевельнул ушами. Сеглер выдержал паузу и разломил кусок.