Цитадель: читать начало книги онлайн

– И отец, и ты знаете больше, чем говорите, – задумчиво произнёс Леран, – Или он не всё тебе сказал? И почему твой сейф должен открывать я, а не ты сам?

– Столько вопросов… Очень много для старого больного человека. Ты знаешь, в моём паспорте опечатка. Там написано, что мне нет сорока. На самом деле мне в два раза больше, – Барт расслабленно улыбнулся, так и не открыв глаз.

Он помолчал, продолжая улыбаться, и сказал:

– Когда мне было чуть за двадцать, как тебе, я не понимал, что такое возраст. Многого не понимал. А Ирвин Кронин был человеком редкого сердца. У него чистые гены. У тебя с Ледой тоже. Но кровь Ирвина была настояна на доброй крепкой философии жизни. Дай Бог такого каждому. И он не любил говорить о том, что могло нанести вред или беспокойство хоть кому-нибудь. Мы с тобой договорились: наш разговор будет, но позднее.

– Да-а, – протянул гласные Леран, – Я опаздываю с пониманием. Мой долг перед отцом и матерью неоплатен. И Леда… Барт, мы найдём тех… И поможем Леде. Плохо знать о себе меньше других. Но знание придёт, ты прав. Когда это случится, тогда ты и Леда, – вы будете первыми, кто услышит правду.

– С болезнью Леды ты справишься, – тихонько сказал Эриксон, – И сам же разберёшься с легендами о золотом дожде и золотых людях. Ты займёшься ими…

– Выходит, они есть на Земле? И это не просто легенда? Но я всегда останусь Лераном Крониным…

Эриксон улыбнулся как-то тепло, по-ирвиновски, открыл глаза и взглянул на Леран светло и проясненно…

– Ухватитесь покрепче за сиденья, – прокричал им Хосе-Мария, бросая самолёт в крутой вираж, – Входим в долину, а здесь мешанина ветров!

Разговор прервался, оставалось наблюдать за развернувшейся внизу полосой пологих холмов, полускрытых серо-жёлтой пеленой наступающей с востока пустыни. Суша протягивала покрытый нездоровым налётом язык к близкому уже океану.

* * *

Самолёт мягко коснулся земли, пробежал метров тридцать, пилот заглушил двигатель, помог выйти пассажирам и, махнув в сторону десятка деревянных строений, скученных в ста метрах на юго-западе, темпераментно сплюнул под ноги и сказал:

– Не знаю, что вам надо в такой глуши, не моё дело. Искатели приключений не переводятся в этой сумасшедшей стране, – глаза его сузились, показывая непонимание и осуждение, – Вот ваш посёлок. Всё, что хотите узнать, вам скажут в магазинчике. Он тут один. Видите хибару справа? Желаю удачи. А я подожду попутчиков в обратную дорогу, кто-то тут заказал три места на сегодня.

Эриксон погрозил Хосе-Марии кулаком, – хитрый мексиканец проговорился, ему всё равно было лететь сюда, – но ничего не сказал. Леран поблагодарил пилота, и они двинулись к посёлку, за которым виднелись невысокие горы, уходящие на юг, к Сент-Себастьяну. За холмами на западе угадывалось море, до него оставалось менее десятка километров.

Селение выглядело безжизненным, как и природа кругом. Пристанище отшельников или тех, кто не в ладах с законом.

Противно проскрипела дверь, и они вошли в магазин, лишённый не только рекламы, но и вообще всяких опознавательных знаков. Скрип двери успешно заменял звонок или колокольчик, – их встретил маленький толстяк с заплывшими жиром глазками и обаятельной улыбкой.

– Привет, господа, я к вашим услугам.

Пока Барт налаживал контакт с толстяком, Леран изучал полки на стенах справа и слева. Стена напротив была девственно чиста, если не считать двери, ведущей, по–видимому, в жилой отсек строения.

По набору товаров магазин напоминал лавку для нужд мучеников Эльдорадо прошлого века. Домашняя хозяйственная утварь, мясные и овощные консервы, – вот и всё, что предлагалось в обмен на полновесно обеспечиваемые доллары. Лерана заинтересовали картонные ярлыки с наименованиями и ценами товаров. Удивление он выразил вслух:

– Простите, почему у вас на мясных консервах ярлыки овощных? А вёдра называются лопатами? Или это не магазин?

– Магазин! У меня лучший и единственный магазин на более чем пятьдесят миль в округе, – тонким голоском, улыбнувшись ещё шире, разъяснил владелец «овощного мяса», – Маленькая слабость, знаете. Благодаря ей тут нет ни грызунов, никаких других вредителей, даже муравьёв: они путаются в информации и уходят насовсем. Во-вторых, из-за этой причуды я получил широкую известность, заменившую дорогую рекламу.

– А как относятся к этому власти? – спросил Эриксон.

– Шериф в ста милях отсюда, я забыл его лицо. Он-то и есть власть. Думаю, и вы не из тех. А вреда от моей причуды никому, как вы считаете?

– Мой коллега молод и любопытен, – сказал Эриксон.

Ему не нравилось, что толстяк специально затягивает пустую болтовню, чтобы дать себе время для их изучения, и решил сразу перейти к делу:

– Мы здесь не по своей воле. Где-то в ваших местах научно-исследовательский центр. К сожалению, мы потеряли схему, и вынуждены теперь справляться. Нам надо именно туда.

Улыбка слетела с лица толстяка.

– Я не слышал ни о каком центре, господа. К тому же я человек маленький, моё дело торговля.

– Боюсь, ваша торговля не так прибыльна, как вам хочется, – Эриксон протянул руку к Лерану; тот понял его и вручил бумажник. Эриксон вынул зелёную бумажку с самой большой цифрой и мягко вложил её в руку толстяка, – Укажите человека, который мог бы нам помочь.

Изобретатель причуд вздохнул, рассмотрел цифру, и неуловимым движением фокусника спрятал банкноту куда-то в рукав.