Агрессия США против Мексики. 1846–1848: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После вторжения армии генерала Скотта народная война охватила и южные штаты Мексики. 15 мая 1847 г. американская дивизия под командованием генерала Уорта (4200 человек при 13 орудиях) вступила в Пуэблу, второй по величине город Мексики, резиденцию духовенства. Городские власти не организовали никакой обороны, хотя в их распоряжении имелись богатейшие средства и людские резервы. Более того, навстречу генералу Уорту аюнтамиенто (городской совет) Пуэблы выслал депутацию, которая униженно заявила о своем смирении и покорности и просила гарантий своей собственности. Вступление американских войск в город муниципальные власти приветствовали салютом. Епископ Пуэблы Васкес немедленно нанес визит американскому генералу. Уорт издал манифест, в котором обещал гарантировать собственность церкви. Ходили слухи о том, что высшее духовенство не будет возражать против присоединения Мексики к США[200]. Раболепие церковников Пуэблы явилось еще одним ярким примером предательства господствующих классов Мексики в годы войны с Соединенными Штатами. По словам Уорта, «с самого начала своего прибытия в Пуэблу американцы ни в чем не испытывали нужды, потому что маклеры, всякого рода дельцы и помещики открыто предлагали им все, в чем они нуждались. Даже из Мехико приезжали торговые агенты и заключали контракты с командованием американской армии на поставку продовольствия и предоставления кредита»[201].

Но большинство мексиканского народа продолжало героическую борьбу против оккупантов. Особенно широкий размах народная война приняла в штате Веракрус. В районе дороги, идущей от города Веракрус до столицы Мехико, по которой следовали войска и обозы американской армии, развернули боевые действия десятки партизанских отрядов. Один из первых отрядов организовал полковник Хуан Ребольедо. Известны имена таких предводителей партизан, как полковник Хуан Климако, полковник Мариано Сенобио, священник Хосе Антонио Мартинес, Хуан Абурто, Леонардо Ликон и многих других. Общая численность партизан составляла примерно 800 человек. Особенно прославился отряд, возглавляемый бедным священником Селедонио Домеко де Хараута. Американским войскам «почти на каждом шагу приходилось встречаться с более или менее сильными их (герильясов) партиями; все горные теснины, все переправы должно было брать силою»[202]. В конце мая 1847 г. отряды Харауты, Сото, Гарсии и Васкеса напали на один из американских отрядов, убили 102 человека, захватили шесть повозок, 126 лошадей и мулов, четыре ящика с оружием, 28 баррелей вина и водки, 23 тюка с товарами. 31 мая отряд Ребольедо атаковал американский отряд в ранчо Лас Анимас, в окрестностях Халапы, и отбил у американцев более 200 мулов и лошадей.

В эти дни ни одна американская повозка, ни один отряд не могли проехать от Веракрус до Мехико, не подвергнувшись нападению герильясов. Партизаны зорко сторожили дорогу. В начале июня 1847 г. из г. Веракрус отправился большой американский обоз в составе 400 повозок и более тысячи мулов, груженных продовольствием, снаряжением, деньгами (300-500 тыс. долл.) для армии. Обоз конвоировали 1200 человек с 6 пушками под командованием полковника Макинтоша. В Пасо де Овехас на конвой напали партизаны. Завязался ожесточенный бой. Партизаны убили и ранили много американцев, сожгли 40 повозок, захватили знамя, 40 палаток и проч.[203]. На помощь обозу из г. Веракрус был послан большой отряд под командованием генерала Кэдуоладера, а вслед за ним отряд генерала Пиллоу. С большим трудом и потерями обоз был доставлен в Пуэблу. Это событие обсуждалось на заседании американского правительства 13 июля 1847 г. Президент обвинил во всем Скотта, который, по его мнению, оставил тыл незащищенным, чем и воспользовались партизаны[204].

В июле 1847 г. другой отряд в 3 тыс. человек под командованием генерала Пирса[205] на пути из г. Веракрус в Халапу был атакован пять раз. Когда Пирс прибыл в Пуэблу, численность его отряда сократилась до 2429 человек. Около 600 человек пали от рук партизан или заболели желтой лихорадкой. 6 августа из г. Веракрус вышла бригада в тысячу человек с двумя шестифунтовыми орудиями под командованием майора Лалли. Бригада эскортировала 64 повозки. Ей понадобилось целых две недели, чтобы покрыть расстояние всего в 100 километров. 20 августа Лалли прибыл в Халапу, потеряв 106 человек убитыми и более 200 ранеными в результате четырех атак: в Пасо де Овехас, в Пуэнте Насьональ, в Серро-Гордо и в Лас Анимас. Потери же партизан, которыми командовал Хуан Сото, участник обороны Альварадо, были ничтожны.

Поле действий партизан не ограничивалось окрестностями главного пути от г. Веракрус к столице. «Где бы ни были американские войска, они везде встречали герильясов»[206]. Партизаны держали постоянную связь с жителями окружающих городов и деревень и пользовались их всесторонней поддержкой. Жители города Веракрус, например, снабжали партизан сведениями о продвижении американских войск и содержании их обозов, а так как партизаны всегда имели своих разведчиков в городах, то информацию они получили еще до отправления конвоя.

Массовый характер приняло партизанское движение и в штате Табаско, который летом 1847 г. вновь подвергся нападению флота США. В 1847 г. коммодору Перри удалось, наконец, овладеть почти всеми портами в южной части Мексиканского залива. Американцы снаряжали экспедиции на полуостров Юкатан с тем, чтобы использовать в интересах США разгоревшуюся там гражданскую войну (крупные помещики-латифундисты Юкатана пытались отделиться от Мексики в столь трудный для нее час, когда она вела борьбу против североамериканской агрессии).

Захватывая южномексиканские порты, Перри одновременно собирал по поручению правительства США информацию о практической возможности прорытия морского канала через перешеек Теуантепек. В середине июня 1847 г. эскадра Перри, получив значительное подкрепление, вновь появилась на реке Грихальва в штате Табаско. Пока американские суда поднимались по реке, местные партизаны, укрывшись в густом чаппарале[207] по берегам реки, подвергли их обстрелу.

В девяти милях от столицы штата Табаско Перри высадил десант в 1100 человек с десятью орудиями, который тут же атаковали партизаны, пытавшиеся преградить ему путь. В ответ на эти действия американские суда подвергли город орудийному обстрелу.

22 июля Перри покинул Табаско, оставив здесь гарнизон в 420 человек и несколько судов. Партизаны окружили город и открыли огонь по врагу. Тогда по приказу Перри оккупанты сожгли 250 домов, угрожая уничтожить оставшуюся часть города.

Стремясь разгромить основные силы партизан, американские части направились 30 июня 1847 г. в селение Тамультэ, где находилась партизанская штаб-квартира. Деревня была занята и разрушена. Но, однако, дальше этого пункта морским пиратам Перри продвинуться в штате Табаско не удалось. Более того, вскоре пришлось оставить и столицу штата, так как американский гарнизон все время чувствовал себя там на положении осажденного.

До самого конца войны флот США в Мексиканском заливе удерживал в своих руках лишь побережье и некоторые порты, да и то с большим трудом, так как все время подвергался атакам партизанских отрядов.

Для борьбы с партизанами американское командование создало специальный отряд в составе 400 человек из уголовных преступников во главе с неким Домингуэсом, который до этой войны был предводителем шайки разбойников. «Генерал Скотт, зная, чего можно ожидать от этого сборища опытных и знающих страну разбойников, назначил им жалованье, определил форму (зеленые мундиры и круглые шляпы, красный шарф, кривую саблю, карабин и пику) и употреблял их для всех возможных разведываний…»[208]. В американских войсках этот отряд называли «спай компани» (шпионская рота). Он принял участие в походе армии Скотта на Мехико. Шайка Домингуэса возбудила в стране всеобщую ненависть. Сами американцы, в том числе и генерал Скотт, признавали, что никому из этой шайки нельзя будет после окончания войны остаться в своем отечестве[209].

По мере продвижения американской армии в глубь страны патриотическое движение нарастало и война против захватчиков принимала все более народный характер. Величайший энтузиазм и готовность идти на жертвы царили в мексиканском народе особенно накануне и во время боев за столицу Мехико.

В июне — июле 1847 г. перед началом сражений в долине Мехико вновь состоялись тайные переговоры между представителями Санта-Анны и уполномоченными американского правительства. Посредниками выступили члены британской миссии в Мексике. Тактика английского правительства в это время сводилась к тому, чтобы склонить Мексику к уступкам Соединенным Штатам и поскорее добиться заключения мира, чтобы по крайней мере предотвратить захват всей страны. Особое рвение в этих переговорах проявлял британский генеральный консул Макинтош, владевший в Мексике многими рудниками и получивший от Санта-Анны монетные дворы в аренду на несколько лет.

От имени правительства США переговоры вел старший клерк госдепартамента Никлас Трист, специально присланный в мае 1847 г. в армию Скотта с проектом мирного договора, содержавшим требования США. Характерно, что Трист был снабжен инструкциями действовать тайно и добиваться уступки мексиканских территорий путем подкупа, взяток. Для этой цели президент Полк добился через конгресс специального ассигнования в 3 млн. долл. При обсуждении билля об этих трех миллионах в конгрессе сенатор-виг Миллер возразил: «Я нисколько не сомневаюсь в том, что Санта-Анна или другие подобные друзья президента возьмут эти деньги. Но получим ли мы подобным путем честный, почетный мир? Этот мир будет запятнан подкупом и предательством»[210]. Однако в феврале 1847 г. билль все-таки прошел 115 голосами против 106. Рипли вынужден признать, что «такова была обычная практика ведения дипломатических дел, санкционированная правительством США»[211]. Было также решено, что ответственность за расходование этих денег перед комитетом конгресса, в случае если таковой будет назначен для расследования дела, возьмет на себя командование армии, отнеся эти средства на счет одного из полков[212]. Все это свидетельствует о том, к каким низким и нечистым приемам прибегала дипломатия США при совершении сделок о так называемых «покупках» чужой территории, столь часто практиковавшихся в истории США («покупка» индейских территорий, Луизианы, обеих Флорид и т. д.).

Агенты Санта-Анны потребовали сначала уплатить 1 млн. песо, причем 10 тысяч немедленно, в качестве предварительного условия для открытия официальных переговоров, указав, что эта сумма «необходима для подавления сопротивления в конгрессе, где Санта-Анна не имеет большинства голосов, готовых его поддержать при заключении мира»[213]. Источники свидетельствуют о том, что Санта-Анна получил от американского командования свои 10 тыс. долларов[214]. Затем, чтобы запугать своих соотечественников и склонить общественное мнение страны в пользу заключения мирного договора на американских условиях, Санта-Анна в письме к Скотту в конце июля 1847 г. предложил ему вновь начать военные действия, занять одно из внешних укреплений мексиканской линий обороны, а затем уже вывесить флаг перемирия и открыть переговоры[215]. Однако героическая оборона Мехико, стойкость и самопожертвование, которые проявили мексиканские патриоты, защищая сердце своей родины, расстроили все эти планы.

Большинство историков считают, что Санта-Анна уже тогда был готов совершить акт открытого национального предательства и продать американцам требуемую ими часть мексиканской территории, но не смог этого осуществить в обстановке всеобщего патриотического подъема и ненависти к захватчикам, а также в результате подозрений его в измене, которые были тогда широко распространены в Мексике. Впрочем, то, что не удалось ему в 1846—1848 гг., Санта-Анна осуществил в 1853 г., продав США долину Месильи.

В начале августа 1847 г. почти вся армия генерала Скотта, за исключением гарнизонов, оставленных в г. Веракрус, Халапе и Пероте, была сконцентрирована в городе Пуэбла. С прибытием из Веракрус 6 августа последнего подкрепления под командованием генерала Франклина Пирса армия США в Мексике насчитывала около 14 тыс. человек. В сражениях за столицу приняли участие 10,5 тыс. человек, сформированных в четыре дивизии под командованием генералов Уорта, Твигга, Пиллоу и Куитмана.

Мексиканская армия состояла из регулярных частей, батальонов национальной гвардии, прибывших из разных штатов защищать столицу, партизанской дивизии крестьянского вождя Хуана Альвареса, курсантов военного училища и, наконец, батальона иностранцев. Общая численность мексиканской армии составляла примерно 20 тыс. человек. Армии помогали трудовое население столицы и крестьяне из близлежащих индейских селений; они рыли окопы, сооружали баррикады на подступах к столице и даже изготовляли оружие и обмундирование для солдат. Видную роль в организации обороны столицы играл губернатор штата Мехико Олагуибель, член партии пурос. Но мексиканцам по-прежнему не доставало оружия и боеприпасов. На каждого солдата приходилось в среднем не более 15 патронов. К тому же план сражения, составленный Санта-Анной, носил чисто оборонительный характер. Дивизию Альвареса он умышленно отправил на второстепенный участок, изолировав ее от других частей и лишив всякой инициативы. Санта-Анна отказался вооружить население столицы и соседних районов (Толука, Акапулько и другие), которые посылали отряды для защиты столицы. В ряде мест было сорвано строительство укреплений. «План Санта-Анны, — пишет Роа Барсена, — был рассчитан на поражение»[216].

Город Мехико лежит в долине, носящей то же название, и окружен болотами, озерами и холмами вулканического происхождения. Дорога, по которой следовала армия Скотта, идет от побережья через Халany и Пуэблу в горах, а затем спускается в долину. Продвигаясь прямо по этой дороге, американская армия могла бы быстрее всего подойти к городу. Санта-Анна ждал Скотта на перешейке между двумя озерами Чалько и Хочимилько, к востоку от Мехико. Наиболее сильные укрепления были возведены в 8,5 мили от столицы, на холме Эль Пеньон, полностью контролировавшем путь с востока, а также у деревушки Мехикальсинго. На Эль Пеньоне находилась и штаб-квартира Санта-Анны.

Обогнув холм Эль Пеньон направо, можно было достигнуть Мехико по северной дороге через Гуадалупе-Идальго, но этот путь был более тяжел, так как надо было проделать 40-мильный марш вокруг озера Тескоко. К тому же северные подступы к Мехико хорошо охранялись частями регулярной мексиканской армии и национальными гвардейцами под командованием генерала Валенсии. Что касается юго-западных и западных подступов к столице (наибольшее значение из них имел замок на скале Чапультепек в двух милях от города), то они были гораздо слабее укреплены. Как и предвидели мексиканские инженеры, заранее предупреждавшие об этом Санта-Анну, Скотт не стал атаковать мексиканские позиции в направлении Эль Пеньона и Мехикальсинго. Он повернул со своей армией на юг по утопающей в грязи дороге между озерами и склонами гор и затем вышел на проезжую дорогу, ведущую из Мехико в Акапулько.

Вечером 15 августа 1847 г. американцы двинулись к югу от озер Чалько и Хочимилько. 17 августа Уорт занял городок Сан-Августин. Мексиканское командование, узнав о том, что Скотт собирается атаковать юго-западные и западные подступы к столице, стало поспешно перебазировать свои войска и строить укрепления на пути американских войск — на мосту и у монастыря Чурубуско, в четырех милях к югу от столицы. Штаб-квартира Санта-Анны была переведена в Сан-Антонио. Наперерез американским войскам была послана дивизия генерала Валенсии, которая заняла позиции близ деревни Контрерас. Три американских бригады под командованием генералов Смита, Кэдуоладера и Райли в ночь с 19 на 20 августа обошли дивизию Валенсии с флангов и зашли ей в тыл, отрезав от столицы. Утром подошли другие американские войска и окружили Валенсию со всех сторон. Почти вся армия Скотта приняла участие в сражении при Контрерас.

Санта-Анна, будучи осведомлен о том, в каком тяжелом положении оказался Валенсия, не пришел к нему на помощь. В результате дивизия Валенсии была полностью разгромлена подавляющими силами противника. «Дорога на столицу, — пишет Рипли, — на протяжении мили от лагеря Валенсии была буквально завалена убитыми и ранеными»[217]. Случай с Валенсией еще раз убеждает в предательстве Санта-Анны.

После разгрома Валенсии Санта-Анна оставил Сан-Анхел и Сан-Антонио и стремительно отступил к укреплениям в Чурубуско, где в тот же день, 20 августа, произошло новое кровопролитное сражение. Во время этой битвы мексиканцы заняли позиции на реке Чурубуско, берега которой были искусственно приподняты для предотвращения наводнения и усажены рядами агав. К югу от реки в нескольких стах метрах лежали разбросанные дома деревни Чурубуско, а среди них — монастырь, построенный из камня. Монастырь прикрывал правое крыло мексиканских позиций. Этот пункт удерживал генерал Ринкон, имевший в своем распоряжении 3 тысячи человек и семь орудий. Главные силы армии во главе с Санта-Анной были размещены на левом фланге, у моста через реку Чурубуско, а также вдоль реки и в кукурузных полях к северу от нее. За исключением позиции Ринкона, мексиканская армия не успела как следует подготовиться к обороне, так как она только что присыла из Сан-Анхела и Сан-Антонио.

Еще не все мексиканские части подошли, как уже завязался бой. Сначала он шел у моста Чурубуско, затем у монастыря. Американцы поставили цель — вклиниться и отрезать защитников монастыря от основных сил, расположившихся у моста. Вскоре основные силы под командованием Санта-Анны отступили к асьенде Лос Порталес (1,5 мили от Чурубуско), но героические защитники монастыря, окруженные со всех сторон, продолжали сражаться с непреклонной решимостью, несмотря на то что их положение было уже безнадежным. За мексиканскую свободу сражались и иностранцы.

В битве у монастыря Чурубуско покрыл себя славой батальон Сан-Патрисио, состоявший из англичан, немцев, ирландцев, поляков и американских солдат регулярной армии, перешедших на сторону мексиканцев. Батальон Сан-Патрисио возник в первые дни войны и принимал участие почти во всех сражениях на стороне мексиканской армии. В битве у Чурубуско сан-патрисианцы, сражавшиеся вместе с двумя батальонами мексиканской армии, три раза срывали белый флаг, который приказал выставить мексиканский командир генерал Ринкон, чтобы прекратить кровопролитие[218]. Многие сан-патрисианцы погибли в этом бою. Над теми, которых удалось взять в плен (65 человек), по приказанию генерала Скотта была учинена жестокая расправа[219]. Сражение у Чурубуско закончилось поражением мексиканской армии. Однако победа дорого досталась врагам. За один день армия Скотта потеряла 1052 человека, в том числе 76 офицеров. По свидетельству сенатора Рамиреса, главной причиной поражения все считали предательство Санта-Анны и бездарность и трусость мексиканских генералов и военачальников[220].

После поражения у Чурубуско Санта-Анна собрал в Национальном дворце своих министров и заявил о необходимости заключить перемирие. Посредниками при переговорах с американским командованием снова выступили английские дипломаты (Макинтош, Торнтон и др.). 23 августа было заключено перемирие и в Толуке начались переговоры о мире. Американские представители во главе с Тристом предъявили ультиматум, потребовав передать США более двух третей всей территории[221], не считая Техаса. Грабительские условия, предложенные американцами, вызвали бурю негодования среди населения Мехико. Толпы народа собирались на улицах, забрасывали камнями появлявшихся американцев с криками: «Смерть янки!»

По условиям перемирия Санта-Анна согласился обеспечить американскую армию продовольствием, фуражом и проч. Но, когда спустя два дня после перемирия на улицах Мехико появился первый обоз из американских повозок, его немедленно окружили толпы городской бедноты и забросали камнями. Возницы вынуждены были повернуть назад. И только под охраной присланного Санта-Анной отряда уланов обоз еле добрался до места назначения.

Чтобы не усиливать недовольство народа, Санта-Анна предложил американцам вывозить продовольствие ночью на мулах в сопровождении американского конвоя[222].

Народ продолжал требовать отклонения ультиматума и организации энергичного отпора захватчикам. Патриоты выражали готовность идти в армию, чтобы защищать родину. Отдельные граждане, хунты, города, штаты посылали в столицу протесты: в них осуждалась политика Санта-Анны, которого все считали виновником поражений и позорных переговоров с американским командованием. 22 августа группа депутатов конгресса, членов партии пурос, во главе с Фариасом приняла в Толуке протест. Подписавшие его депутаты отказались прибыть в Мехико, «поскольку их вызвали ратифицировать договор, заключенный под пушками врага». Губернатор штата Мехико Олагуибель в своем протесте писал о желании и способности мексиканцев вести войну до полного изгнания захватчиков. Одновременно он опубликовал обращение к населению своего штата, призывая его оказать сопротивление интервентам[223]. Всеобщее возмущение народа поведением Санта-Анны выразил депутат конгресса Рамон Гамбоа, который в своей речи от 27 августа обвинил главнокомандующего в измене и потребовал привлечения его к суду[224]. Боясь всенародного восстания, правительство Санта-Анны вынуждено было отвергнуть американские условия.

[200] См. «Documentos ineditos…», t. III, p. 239.

[201] J. М. Roa Barcena, Recuerdos de la invasión norteamericana, vol. 2, p. 141-142.

[202] «Отечественные записки», 1851, т. LXXVI, № 5, отд. VIII, стр. 11.

[203] J. М. Roa Barcena, Recuerdos de la invasión norteamericana, vol. 2, p. 105.

[204] J. К. Polk, Diary, p. 250.

[205] Франклин Пирс был одним из трех генералов, участвовавших в войне с Мексикой и ставших потом президентами. В 1852 г. он прошел в президенты от демократической партии.

[206] R. S. Ripley, The War with Mexico, vol. 2, p. 130.

[207] Колючие кустарниковые заросли.

[208] «Отечественные записки», 1851, т. LXXVI, № 6, отд. VIII, стр. 80.

[209] См. J. М. Roa Barcena, Recuerdos de la invasión norteamericana, vol. 2, p. 146.

[210] «Congressional Globe», 29 congress, 2d session, p. 114.

[211] R. S. Ripley, The War with Mexico, vol. 2, p. 154.

[212] См. там же.

[213] J. М. Roa Barcena, Recuerdos de la invasión norteamericana, vol. II, p. 156-157.

[214] См. C. Castaneda, Relations of General Scott with Santa-Anna («The Hispanic American Historical Review») November, 1949, vol. XXIX, N 4, p. 460, 468.　

[215] См. R. S. Ripley, The War with Mexico, vol. 2, p. 161-162.

[216] J. М. Roa Barcena, Recuerdos de la invasión norteamericana, vol. II, p. 175.

[217] R. S. Ripley, The War with Mexico, vol. 2, p. 245.

[218] См. Edw. S. Wallace, The Battalion of Saint Patrick in the Mexican War, — «Military Affaires», vol. XIV, N 2, Washington, 1950, p. 88.

[219] Расправой с сан-патрисианцами Скотт заслужил себе печальную славу. Во время президентской кампании 1852 г. эта история была широко использована его противником Ф. Пирсом для возбуждения общественного мнения и во многом способствовала поражению Скотта на выборах.

[220] См. «Documentos iniditos…», t. III, p. 299.

[221] «Algunos documentos sobre el tratado de Guadalupe», Mexico, 1930, p. 17.

[222] R. S. Ripley, The War with Mexico, vol. 2, p. 333.

[223] См. там же, p. 335.

[224] См. J. М. Roa Barcena, Recuerdos de la invasión norteamericana, vol. II, p. 367-368.