Мои дорогие девочки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Виктория вытянула руки над головой и сделала несколько глубоких вздохов, а потом достала из багажника сумку и начала медленно подниматься вверх от пляжа по узкой петляющей улочке. Возле узкого дома с номером пять, зажатого между другими домами, она остановилась. Он был выкрашен бледно-голубой краской, с большим окном, вытянутым по горизонтали на нижнем этаже и надстройкой, похожей на корабельное «воронье гнездо». Отперев темно-синюю дверь, Виктория оказалась в гостиной, которая из-за очень низкого потолка напоминала каюту. Толстые стены покрашены белой краской, слева – большой встроенный кирпичный камин с кованой решеткой в обрамлении тяжелых деревянных балок из черного дерева. Почувствовав застоявшийся запах дыма, Виктория поморщилась.

Бросив чемодан и сумку на пол в центре гостиной, она прошла в кухню в задней части дома, выходящей окном на задний двор. Кухня оказалась маленькой и скромно оборудованной: в ней уместились лишь раковина из нержавеющей стали, варочная панель и холодильник. И все же она содержалась в идеальной чистоте, и там было все, что могло понадобиться Виктории.

Она заглянула в шкафы и обрадовалась, обнаружив чайные пакетики, соль, перец, оливковое масло и еще кое-что необходимое, включая стиральный порошок. Позднее она купит хлеб, молоко и другие продукты.

Виктория замерла, прислушиваясь, и с удивлением поняла, что слышит лишь звук собственного дыхания. Интересно, когда она в последний раз находилась в полном одиночестве? У нее слегка закружилась голова, и она сделала несколько глубоких вдохов.

Распахнув заднюю дверь, чтобы впустить немного свежего воздуха, Виктория и потащила чемодан вверх по крутой лестнице, которая сначала упиралась в ванную, а затем круто поворачивала влево в спальню хозяев. К счастью, эта комната оказалась просторной, тоже с белыми стенами и скромной обстановкой: широкая кровать, квадратное зеркало над небольшим камином, деревянный гардероб и комод.

Виктория откинула кремовое хлопковое покрывало и увидела под ним накрахмаленное белое постельное белье. Она уже готова была задернуть шторы и нырнуть в кровать, натянув одеяло на голову, но устояла перед соблазном. Как бы ей ни хотелось сейчас забыться, это не поможет. Нужно придумать, как пережить то, что произошло. По крайней мере, Ральф не имеет представления, где она, и не сможет связаться с ней. Виктория больше не хотела ни видеть, ни слышать сына.

Распаковав вещи и положив немного денег и платежную карту в задний карман, Виктория решила отправиться на прогулку. Больше ей ничего не потребуется, только джемпер – она повязала его вокруг талии – и старые кроссовки.

Чайки, сидевшие сверху на красных столбах, призванных предупреждать о наводнениях, казалось, следили за ней с надменным видом. Их резкие вскрики были похожи на насмешки над ее усилиями. Виктория быстрым шагом вошла на пирс, заметив несколько пожилых пар, отдыхающих на деревянных скамейках, и рыбаков на брезентовых стульях с вещами, сложенными за спинами. Они грели чай на примусах и беседовали. Когда Виктория проходила мимо, они молча кивнули в знак приветствия.

Виктория дошла до кафе в самом конце пирса и постояла там, вглядываясь в морскую даль. Вода была грязно-коричневой, и хотя Виктория очень любила плавать, сегодня море показалось ей темным, холодным и непривлекательным. Вздрогнув, она оглянулась на дома, расположенные вдоль берега, и от близости цивилизации вдруг почувствовала себя еще более одинокой и напуганной.

Смерть Лео и все, что она узнала о нем в последнее время, потрясли ее. И все же ей удалось пережить это. А сейчас она сомневалась, что сумеет продержаться еще какое-то время.

Виктория представила, что смотрит на себя сверху: крошечная фигурка женщины, почти комично противостоящая огромным, накатывающим на нее волнам. Как она может надеяться оседлать эти яростные порывы ветра и справиться с течением? Гораздо проще было бы сдаться.

Виктория натянула джемпер и оглянулась назад: маленькие фигурки рыбаков сгрудились рядом со своими примусами – им не нужно было многого, чтобы наслаждаться жизнью. «Нет, – решила Виктория. – Сдаваться я не намерена». Твердым шагом, засунув руки в карманы джинсов, она направилась в сторону берега. «Не останавливайся», – приказала она себе. Движение – единственный выход.

Вернувшись на берег, Виктория почувствовала, что там гораздо теплее. Городок, наконец, начал просыпаться. Из маленьких магазинов и кафе выходили люди, кто-то улыбался Виктории, но она отводила взгляд, боясь, что прохожие заговорят с ней. Она шла мимо пабов и гостевых домов с ящиками ярко цветущей герани и лобелии на окнах и наконец оказалась около толстых каменных стен замка.

Внезапно Виктория вспомнила сына. Ему тогда было пять лет. Вот он, счастливый, бежит по темному тоннелю крепости Тюдоров. Ральф был полон детского задора и хотел, когда вырастет, стать солдатом и жить в такой крепости.

Мимо прошла маленькая девочка со светлыми волосами. Она держала за руку мать, и Викторию вдруг словно током ударило. Фиби, дочь Мэдди! В последнее время она почти не думала об этой девочке, дочери Лео, которая была немного моложе Саломеи. А вот Ральф, похоже, регулярно видится и общается с ней и уже хорошо ее узнал. Это внезапное открытие стало для Виктории таким же болезненным, как новость о том, что он состоит в странных отношениях с Мэдди.

Что они делают вместе? На мгновение образы Мэдди и миссис Гэннон слились у нее в одну отвратительную картинку. Не обращая внимания на взгляды прохожих, Виктория опустилась на корточки у забора, который окружал замок, и спрятала голову в колени. Она еще кормила Саломею грудью, когда Лео спал с Мэдди, и из его семени потом появилась Фиби – единокровная сестра Ральфа. И теперь Ральф…

– Вы в порядке?

Виктория подняла голову и сквозь слезы увидела пожилого седого мужчину, который смотрел на нее сверху вниз. Она поднялась, покачиваясь.

– Могу ли я… – Мужчина готов был предложить ей помощь, но Виктория покачала головой и направилась дальше, с облегчением чувствуя порывы ветра, дувшего ей в лицо. Рев волн постепенно успокаивал ее.

Она миновала центр города и оказалась в Уолмере. Здесь береговая тропинка стала уже. Виктория шла вдоль длинного ряда красивых старых домов, окна которых выходили на широкую полосу блестящей зеленой травы.

Виктория снова остановилась, чтобы прочитать слова, высеченные на камне, – это было место, где в пятьдесят пятом году до нашей эры высадился Юлий Цезарь со своими войсками. На пляже их встретило большое войско британцев, включая воинов на колесницах, запряженных лошадьми. О чем они думали, когда корабли римлян показались на горизонте? Скорее всего, предвкушая битву, испытывали смесь страха, ужаса и, возможно, восторга.

Как бы ей хотелось сейчас обнаружить в себе хотя бы часть того мужества, хоть каплю адреналина, который, вероятно, бушевал в венах воинов, когда они проверяли оружие и готовились к битве. Виктория считала, что должна нанести ответный удар и сражаться за то, во что верила. Но как это сделать?

Может, прямо сейчас сесть в машину, поехать к Мэдди, дождаться ее появления… Но что потом? Заколоть ее? Задушить? Виктория не собиралась лишать Фиби матери, какой бы отвратительной она ни была. Но она бы с удовольствием причинила Мэдди боль, если бы смогла придумать способ.

А Ральф? Виктория задумалась о своих чувствах к сыну и осознала, что не может ненавидеть его. Он являлся ее плотью и кровью, и она всегда будет любить его. И все же Виктория хотела наказать Ральфа, чтобы он понял, как жестоко поступил. И лучший способ, который могла придумать, – причинить вред Мэдди.

Виктория покачала головой. Даже в самых смелых мечтах, до всех этих событий, она не могла вообразить, что начнет планировать жестокую месть. И ненавидела ту женщину, в которую превратилась, практически так же, как Мэдди.

Виктория снова отправилась в путь, вскоре свернула с тропинки направо и оказалась в деревне Верхний Уолмер. Побродила между домами, не зная, что именно ищет, пока не увидела маленькую старую церковь из темно-серого камня. Около крыльца росло огромное тисовое дерево. Дверь оказалась заперта, и Виктория зашла на пустое кладбище, где практически невозможно было пройти, не задев шероховатый могильный камень. Некоторые уже поросли мхом, лишайником и плющом, а надписи были едва различимы, но попадались и новые, чистые камни.

Имена, которые Виктории удавалось разобрать на могильных плитах, вызывали у нее легкую улыбку: Филлис и ее горячо любимый муж Артур, Эдит Масгрейв, Авраам Гриббл. Сейчас уже никто не носит имя Авраам. Интересно, как смотрелось бы тут ее имя – Виктория Ройс? Назваться Брук было бы неправильно. Но кто такая Виктория Ройс?

Ей вдруг пришло в голову, что здесь она ни с кем не знакома. И, если захотеть, она могла бы назваться как угодно и придумать о себе любую историю. Виктория чувствовала себя какой-то другой женщиной. Все, что она раньше думала о себе, оказалось неверным. И теперь ей представлялось, что она, нагая, стоит в самом центре кладбища – чужестранка, выброшенная волнами на берег.

Виктория вдруг сорвалась с места и начала пробираться между могилами и сквозь заросли, поскальзываясь на заросших травой плитах и неровностях, пока не оказалась около церковных стен. Приложив ладони к холодным камням и прижавшись щекой к их жесткой поверхности, она опустилась на колени, ощутив рядом с этим древним строением всю мягкость и хрупкость собственного тела. Закрыв глаза, Виктория принялась молиться о том, чтобы найти путь назад. Ей хотелось ждать и надеяться. Но небеса молчали: ни разряда молнии, ни громогласного голоса, зовущего ее по имени. Лишь пение птиц и равнодушный шелест листьев.

Понедельник, 28 июня