Когда мы встретимся снова: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Сейчас кто-нибудь отвезет вас домой, — сказал он. — На днях мне придется взять у вас письменные показания. Может быть, вы вспомните еще что-нибудь, когда оправитесь от шока.

— Не думаю, что я оправлюсь когда-нибудь, — с грустью произнесла Мюриэль. — На моих глазах обычная медицинская практика с двумя докторами выросла до такого солидного медицинского центра, какой он есть сейчас, и тут всегда было уютно и безопасно. Я и подумать не могла, что когда-нибудь увижу такое! Говорят, подобное часто случается в Америке, и вот теперь у нас. Мне страшно.

Глава вторая

В оконные стекла адвокатской конторы «Тарбук, Стоун и Алдридж», занимавшейся уголовными делами, барабанил сильный дождь, и Бет Пауэлл сидела за своим столом, надиктовывая письма клиентам на магнитофон. Было всего четыре часа пополудни, но за окнами уже стояла темнота, и настольная лампа отбрасывала золотистый круг света на разложенные перед ней папки и документы.

Люди всегда называли Бет «поразительной». Она была высокого роста, с темными вьющимися волосами, небрежно стянутыми в конский хвост, с кожей цвета слоновой кости, зелеными глазами и большим ртом. Девчонкой она ненавидела этот эпитет, считая его вежливой заменой слова «странный». Но теперь, в возрасте сорока четырех лет, ей уже было все равно, что под ним понимали люди и считают ли они ее высокомерной или холодной. Лучше быть поразительной, чем незначительной.

Втайне она гордилась своим видом и внешностью. Ее рост давал ей определенное преимущество, и она знала, что одевается хорошо и красиво. Бет научилась ценить резкий контраст между своими темными волосами и бледной кожей. Время от времени она принималась рассматривать свой крупный чувственный рот в зеркале и тогда ненавидела его, но она была реалисткой и знала, что поделать тут ничего нельзя, поэтому смирилась с этим.

Она также вполне отдавала себе отчет в том, что большинство тех, кого ей приходилось защищать в суде, были виновны в совершенных преступлениях и что, если ей удастся выиграть их дело, при первой же возможности они вновь примутся за старое. Но при этом она любила уголовное право: постоянный вызов себе и своим знаниям, разнообразие дел и ежедневное общение с необычными личностями.

Бет прожила в Бристоле всего один год Вся ее предыдущая взрослая жизнь прошла в Лондоне, и последние двенадцать лет она занималась адвокатской практикой в конторе на Чэнсери-лейн.

Мысль уехать из Лондона посетила ее после третьего подряд ограбления ее квартиры в Фулхэме. Покупка более безопасного жилья в Лондоне представлялась неразрешимой проблемой из-за невероятной дороговизны квартир, так что Бет разослала свои анкетные данные с просьбой о приеме на работу в несколько городов, надеясь, что перемена местожительства приведет и к счастливым переменам в личной жизни.

Собеседование с «Тарбуком, Стоуном и Алдриджем» поначалу было лишь одним из многих, для которых ей пришлось посетить столь разные и находящиеся далеко друг от друга города, как Йорк, Глазго и Эксетер. Бет остановила свой выбор на этой адвокатской конторе только потому, что она располагалась в большом и красивом здании эпохи короля Георга, на углу Беркли-сквера в Клифтоне, самой респектабельной и престижной части города. Была весна, и в парках и садах, разбитых в центре площади, вовсю цвели нарциссы. Бет обратила внимание на то, что здание конторы крайне нуждалось во внутренней отделке, тем не менее она не испытывала чувства клаустрофобии, которое часто посещало ее в крохотном офисе на Чэнсери-лейн. Еще одним плюсом можно было считать то, что жилье в Бристоле стоило намного дешевле. Ей удалось приобрести прекрасную квартиру на третьем этаже в пяти минутах ходьбы от конторы, откуда открывался великолепный вид на город.

Бристоль оказался намного более красивым и космополитическим городом, чем она ожидала. Его долгое и яркое прошлое города-порта, когда-то второго по значению после Лондона, до сих пор ощущалось в потрясающих старинных зданиях и в самобытном характере города. Она полюбила Бристоль за то, что он не забыл своего славного морского прошлого; ей доставляло удовольствие бродить по отреставрированным докам, где теперь разместились музей, картинная галерея и добрая дюжина баров и ресторанов. В районе торгового центра можно было найти все, что душа пожелает, а в Клифтоне было великое множество забавных магазинчиков, которые по всем статьям превосходили своих лондонских собратьев. Но это были отнюдь не безликие бетонные джунгли, здесь был свет, воздух и простор, а совсем рядом начиналась благословенная сельская местность. От своих клиентов и из случайно подслушанных разговоров молодых сотрудников конторы она знала, что ночная жизнь в Бристоле бьет ключом. Но вот заниматься ее изучением Бет как-то не тянуло. Она сказала себе, что уже вышла из того возраста, когда можно интересоваться дискотеками, ночными клубами и экскурсиями по кабачкам и ресторанам, пивным и винным барам, хотя правда заключалась в том, что для этого нужны друзья. Как раз друзей у нее и не было.

«Они тебе не нужны, — утешала она себя, как бывало всякий раз, когда в голову ей приходили подобные мысли. — Ты вполне счастлива тем, что имеешь».

Внезапно дверь кабинета Бет распахнулась, и в комнату ворвался Стивен Смит, еще один адвокат. Лицо его раскраснелось от быстрого бега вверх по лестнице и горело от возбуждения.

— Тебя вызывают в Брайдуэлл, — выдохнул он. — Дежурным адвокатом.

Бет уже знала, что это означало: пришел ее черед оказать юридическую помощь арестованному. Если полиция обнаруживала, что у арестованного нет собственного адвоката, то она сверялась со списком дежурств и вызывала очередного адвоката. В этот раз пришла очередь Бет, но с таким же успехом им мог оказаться Стивен или любой другой адвокат. Все зависело от случая.

— Ты сегодня подрабатываешь мальчиком на побегушках? — с сарказмом поинтересовалась она. Ей мог позвонить и дежурный клерк снизу. Но Стивен пользовался любой возможностью поговорить с ней, чего она никак не могла понять, поскольку неизменно вела себя с ним с холодной бесцеремонностью.

Похоже, он решил, что они непременно должны подружиться. Вскоре после того, как Бет стала работать в конторе, он заявил, что у них много общего. И хотя они действительно были одного возраста, оба одинаково любили уголовное право и происходили из одной среды, Бет не нравилось, как он жадно ловил каждое ее слово. Кроме того, Стивен был женат и имел двух маленьких детей, так что у нее не было ни малейшего желания поощрять его.

Она полагала, что отчасти проблема заключалась в том, что Стивен был неудачником. Он не принадлежал ни к настоящим мужчинам, ни к дамским угодникам. Бет даже подозревала, что в школе он был зубрилой. И хотя Стивен был достаточно привлекателен: высок и хорошо сложен, с сильной челюстью и красивыми голубыми глазами, — одежда его всегда выглядела мятой, и ему срочно нужна была приличная стрижка.

— Я поднялся сюда сам, чтобы сказать тебе об этом, потому что речь идет о женщине, которая сегодня утром застрелила двоих в Хотвеллзе, — ответил он.

Бет мгновенно ощутила тот же прилив нервного возбуждения, который, должно быть, испытывал и Стивен и который заставил его бегом преодолеть три лестничных пролета, чтобы лично сообщить ей новости. Но она была не из тех людей, кто признается в подобных слабостях.

— Вот как! — прохладно отозвалась она, вставая и протягивая руку к своему портфелю.

Известие об убийстве пришло в контору в полдень, вызвав настоящий шок и пересуды. Никто не мог вспомнить случая, чтобы женщина застрелила кого-нибудь в Бристоле. Еще более невероятным казалось то, что стрельба произошла в оживленном медицинском центре.

— Полагаю, она сумасшедшая, — заявил Стивен. — Насколько мне известно, она отказывается назвать свое имя и вообще не сказала ни слова с момента ареста.

— Знаешь, даже сумасшедшие имеют право на защиту, — отрезала Бет решительным тоном, надеясь, что он отстанет и даст ей уйти.

— Тебе уже приходилось защищать убийцу? — спросил он, похоже, не замечая, что ей хочется, чтобы он убрался как можно скорее.

— Да, приходилось, Стивен, — ответила она, одарив его ледяным взглядом. — А теперь мне нужно идти. Увидимся завтра.

Внизу, в коридоре, Бет остановилась, чтобы надеть плащ и взять зонтик из стойки. Днем она всегда оставляла свою машину в подземном гараже под домом, поскольку и до полицейского управления, и до здания суда можно было дойти пешком за пятнадцать минут, а с парковкой всегда возникали проблемы. Но на улице шел сильный дождь, и Бет надеялась поймать такси. Надежда, впрочем, была слабой — такси в Бристоле были такой же редкостью, как зубы у курицы.

Обменявшись парой слов с дежурным сержантом в Брайдуэлле, Бет задержалась на мгновение перед комнатой для допросов, где уже находилась обвиняемая, чтобы сначала рассмотреть ее сквозь маленькое окошко в двери.

Когда она увидела женщину, которая безвольно откинулась на спинку стула, то на какое-то мгновение та показалась ей неуловимо знакомой, но это ощущение быстро прошло, как только Бет поняла, что оно вызвано выдающейся заурядностью обвиняемой. Она была невысокого роста, полноватая, с круглым, испещренным красными прожилками лицом и всклокоченными каштановыми волосами. На ней были трикотажные слаксы цвета морской волны и мешковатый свитер, поношенные и вытертые. Она ничем не отличалась от сотен других потрепанных жизнью женщин, которые толпились в очередях на автобус, делали покупки в супермаркетах или подрабатывали уборщицами в конторах. Бет решила, что она была ненамного старше ее самой и уж никак не походила на убийцу, способную хладнокровно застрелить двух человек.

Дверь была специально открыта для Бет, поэтому она вошла внутрь.