– Ты не спишь?
– Нет, конечно. Это же тебе не как в кино: голова коснулась подушки, взмах ресниц – и готово!
– Нас обстреляли утром в поезде, забыла тебе рассказать.
Молчание.
– Ты слышишь?
– Слышу-слышу.
Повисла очередная пауза.
– Везет же тебе! – наконец отозвалась Клэри неприязненным тоном. – А еще ты не рассказывала, что ела на обед.
– Закуску, лосося с майонезом и мороженое. А перед этим – херес.
– М-м.
– Ты могла бы поехать с нами!
– Ты же знаешь, я ненавижу ходить за покупками, тем более – за одеждой. А что происходило, когда обстрел начался?
– Ничего особенного, как-то быстро закончилось. Один из наших истребителей сбил самолет, и пассажиры обрадовались.
– А… Ну вот, теперь ты все рассказала.
Некоторое время она сердито взбивала подушки.
– Спасибо, что помогла с бровями, хотя если всегда так больно, то ну его к черту!
– Можешь помазать их перекисью, и у тебя будет блестящий белый пушок.
– Полли, ты не понимаешь! Одно дело – плевать на собственную внешность, другое – выглядеть как помесь короля Лира с Граучо Марксом!
Полли нашла это сравнение ужасно забавным, и какое-то время девочки, давясь от смеха, выдвигали разные предложения.
– Или они срастутся, и получится одна длинная бровь!
– Попробуй коровью мочу, как дамы времен Боттичелли – у них такие гладкие белые лбы, ни волосинки.
– Осталось только уговорить корову пописать в баночку! А если я побреюсь, то к вечеру у меня появится щетина, как у дяди Эдварда.
– Придется тебе стать грабителем – в маске ничего не видно!
И так далее.
Наконец обе выдохлись и умолкли. Полли лежала в темноте, слушая далекий гул самолетов (воздушную тревогу объявили несколько часов назад – в последнее время она стала уже привычной), иногда прерываемый приглушенным откликом зенитных орудий с побережья. На душе было легко: к счастью, сегодня обошлось без саги «Дядя Руп во Франции». Мать здорова (это всего лишь выдумки тети Рейч), а на выходных ей привезут обновки. Как странно: казалось бы, война, а она радуется таким простым вещам! Может быть, она – несерьезный, пустой человек? Впрочем, даже эта мысль не слишком обеспокоила Полли, и вскоре она заснула, умиротворенная.
К концу недели положение ухудшилось: немцы продолжали массированные бомбардировки по всей стране. В новостях сказали, что ежедневно в воздух поднимается до тысячи вражеских самолетов.
– Мы сбили сто сорок четыре самолета! – объявил Тедди с сияющими глазами.
– Но и потеряли двадцать семь, – возразил Саймон.
– Это не так много в сравнении.
– Зависит от того, сколько их у нас вообще.