Вспомнить всё: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Только это от тебя и слышу! — сварливо пробурчала Тельма.

— А я всегда только это и говорю, — отрезал Джек.

И буду говорить, подумал он. Пока не умру. Горькая мысль. В нем говорила обида. Да, он будет жить, пока находящийся в полубессознательном состоянии старик в больнице Балтимора, штат Мэриленд, не умрет. Или его не умертвят и не выкинут, чтобы освободить койку для какого-нибудь раненого рядового, которого в товарном вагоне привезли с фронта, — обожженного советским напалмом, парализованного нервным газом, обезумевшего от металлической пыли. Когда дряхлое тело выбросят — а это случится уже совсем скоро, — уже не получится вести дискуссии с генералом Баттерфордом.

Сначала он спустился к кладовым в подвале хибары. Дорис спала на своей угловой кровати: темные волосы паутиной раскинулись по кофейно-смуглому лицу. Одну руку она закинула за голову, смятая одежда небрежной охапкой валялась на кресле. Она открыла глаза и заспанно потянулась. Потом присела:

— Который час?

Джек поглядел на часы:

— Полвторого.

И он принялся открывать хитроумный замок, запирающий их сокровища. Потом он выкатил металлический ящик по рельсам вниз на бетонный пол. Подтолкнул поближе лампочку на шнуре и включил ее.

Девушка с интересом наблюдала за ним.

— Что ты делаешь?

Она откинула покрывала и поднялась на ноги. Потянулась и босиком прошлепала к нему.

— Ты бы сказал — я бы сама его тебе выкатила.

Их обложенного изнутри свинцом ящика Джек вынул аккуратно рассортированные кости и остатки личных вещей: бумажник, документы, фотографии, перьевую ручку, обрывки военной формы, золотое обручальное кольцо, мелкие серебряные монеты.

— Он трудно умирал, — пробормотал Джек.

Проглядел ленту с данными, проверил, что она нигде не оборвана, а потом с грохотом захлопнул ящик.

— Я сказал ему, что принесу это. Конечно, он не вспомнит…

— Каждый новый раз стирает память о прошлом? — И Дорис убрела одеваться. — Это и вправду как переживать одно и то же мгновение, раз за разом?

— Один и тот же период времени, да, — согласился Джек. — Но материал не повторяется.

Дорис покосилась на него и полезла в узкие джинсы.

— Как же, не повторяется. Всегда ведь вылезает одно и то же — что бы ты ни делал. Баттерфорд идет и представляет свои рекомендации Президенту.

Джек ее не слушал. Он уже переместился в прошлое — пошел назад по временной шкале, шаг за шагом. Подвал, полуодетая Дорис заколебались и отдалились — словно бы он смотрел на них через донышко стакана, постепенно заполняемого непрозрачной жидкостью. Тьма — переливчатая, неоднородная — шла вокруг волнами, но он упрямо двигался вперед, прижимая к себе металлический ящик. На самом деле он, конечно, двигался назад, а не вперед. Он отступал вместе с потоком: переходил из места в место вместе в более молодым Джоном Тримейном, прыщавым шестнадцатилеткой, который не прогуливал старшую школу в году 1962 от Р.Х. в городе Чикаго, штат Иллинойс. Он так часто менялся личностями… На самом деле эта самая ранняя сущность уже, наверное, умерла. Но он тщетно надеялся, что Дорис закончит одеваться к тому времени, как в подвале на его месте окажется мальчишка.

Тьма, которая была не-временем, рассеялась, и он замигал под неожиданным ливнем желтого солнечного света. Все еще сжимая металлическую коробку, сделал последний шаг назад и обнаружил, что оказался в центре большой, наполненной эхом человеческих голосов комнате. Люди ходили туда-сюда, некоторые вытаращились на него, не в силах двинуться от изумления. С мгновение он стоял и не никак не мог сориентироваться — куда попал. А потом нахлынула память с горько-сладким привкусом ностальгии.

Он оказался в школьной библиотеке — в свое время он провел там много времени. Знакомое место — кругом книги, юноши с улыбчивыми счастливыми лицами, ярко одетые девушки хихикали, что-то читали и успевали при этом флиртовать… молодежь и думать не думала о надвигающейся войне. О том, что скоро от этого города не останется ничего, кроме гонимого ветром пепла.

Он торопливо вышел из библиотеки, прекрасно сознавая, как переполошил увидевших его людей. Было всегда не очень удобно совершать обмен сущностями, когда рядом толпились люди. Резкая трансформация шестнадцатилетки-школьника в здоровенного тридцатилетнего мужчину вызывала законное удивление — даже в обществе, в котором теоретически псионики не были чем-то из ряда вон выходящим.

Теоретически — потому что к этому времени рядовые американцы еще не выработали целостного отношения к проблеме. Люди пугались, не верили глазам своим — на псиоников еще не возлагали большие надежды. Пси-способности казались чем-то сродни чуду — но использовать эти способности во благо государства еще не начали, это случилось лишь через несколько лет.

Он вышел на шумную чикагскую улицу и подозвал такси. Рев автобусов, машин, металлические отблески на зданиях, толпы народу, яркие плакаты — все это кружило голову. Вокруг было очень людно и все куда-то спешили: рядовые граждане — по своим обычным безвредным делам, совершенно не связанным со старатегическими планами, которые разрабатывались в верхах. Людей, сновавших вокруг, совсем скоро предадут — и обрекут на гибель во имя химерической идеи международного престижа… да, жизнь в обмен на метафизические абстракции. Он назвал таксисту адрес гостиницы, в люксе которой остановился Баттерфорд, и приготовился к уже знакомой беседе.

Начиналась она всегда одинаково. Он предъявлял документы целой армии вооруженных охранников, их внимательно рассматривали, потом его обыскивали и вели в номер. Пятнадцать минут он сидел в роскошной прихожей, нервно курил и ждал. Все как всегда. Здесь он не мог ничего изменить: все возможные перемены должны были случиться потом.

— Вы знаете, кто я? — напрямик спросил он, когда из гостиной высунулась маленькая голова геренала Баттерфорда.

Генерал глядел очень подозрительно. А Джек мрачно надвигался на него с ящиком в руках.

— Я двенадцатый раз к вам прихожу. Очень хочется добиться наконец результатов.