— Ты про «Блю пойнтс» в ракушке со льдом? Обожаю их, — протянула Синтия. — Йан, ты как насчет ресторана?
— Открою тебе большой секрет, — Йан наклонился к сыну. — Устрица по виду очень похожа на штуку, которую хирург… — Встретив гневный взгляд жены, он замолчал, оставив сына в недоумении относительно устричных ассоциаций.
— Ладно, — вздохнул он, — идем в «Дал-Ки», но чур я беру стейк.
— И я! — закричал Уолтер.
Йан допил коктейль и повернулся к Синтии.
— Когда ты в последний раз готовила ужин, чтобы мы провели вечер дома, за столом, как нормальная семья?
— В пятницу были свиные уши, запеченные с рисом! — возмутилась она. — Большая часть отправилась в мусоропровод. Экспериментов мы не любим. Верно, милый?
— Рано или поздно эти бабы и туда доберутся, — не обращая на нее внимания, обратился Йан к Уолтеру. — Преимущество в том, что в Канаде послеродовые аборты запрещены. Милая, — позвал он супругу, — не обижайся. Во мне говорит молоко. Просто из-за новой серной добавки у меня крышу сносит. Если имеешь что-то против, обратись к адвокату. В общем, решай.
— Намекаешь на разъехаться? — Синтия злобно прищурилась.
— Папа забирает меня с собой! — гордо сообщил мальчик.
— И куда? — Она постаралась не выдать своего интереса.
— До конечной экспресса, — ответил Йан.
— Мы едем на остров Ванкувер в Канаде, — вставил Уолтер.
— Правда? — усмехнулась Синтия.
— Да, — подтвердил Йан после небольшой паузы.
— А мне что прикажешь делать? Идти официанткой в бар? На какие шиши оплачивать счета?
— Я буду регулярно присылать чек.
— Ну конечно! Как я сразу не догадалась! Чек.
— Поехали с нами, — предложил Йан. — Питаться будешь морепродуктами. Как нырнешь в Залив, и зубами, зубами. Много не ешь, просто загрызай насмерть. Враз избавишь Британскую Колумбию от угрозы избыточной популяции рыб. Проснутся люди, а весь берег в рыбьих трупах. Представь, плывут рыбки, ничего не подозревают, и вдруг на них нападает монстр с одним-единственным глазом во лбу и пожирает всех без разбора. Любимая, ты станешь настоящей легендой. Особенно среди выживших водоплавающих.
— Пап, а если погибнет вся рыба?
— Тогда будет очень обидно. Столько сил потрачено впустую. Хотя уверен, наша мама получит колоссальное удовольствие от мысли, что полностью истребила морскую фауну Британской Колумбии, которая снабжает рыбной продукцией весь мир.
— Но ведь тогда люди потеряют работу, — испугался Уолтер.
— Ни в коем случае, — успокоил его отец. — Они начнут закатывать мертвых рыб в банки и продавать американцам. Не переживай! В стародавние времена, задолго до того, как твоя саблезубая мамочка поселилась в Заливе, рыбу глушили с помощью палок. Теперь можно никого не глушить — спасибо нашей мамуле, — а вот упаковывать надо. Разовьется консервное производство, появятся новые рабочие места…
— Хватит вешать лапшу на уши. Ребенка пожалей! Верит ведь, — не выдержала Синтия.
— Заметь, я нисколько не соврал, просто выражаюсь аллегориями, — поправил Йан. — Так. Пора в ресторан. Синтия, возьми талоны на питание и одень ту прозрачную блузку. Вдруг удастся поесть на халяву, пока все там будут таращиться на твои дойки.
— А что такое дойки? — растерялся Уолтер.
— Такая штукенция, которая быстро приходит в негодность. Вроде «Понтиака ГТО», — пояснил Йан. — Сохраняется только внешний вид, а основополагающие функции утрачиваются.
«Вот и человек превратился в абсолютно никчемное существо, а виноваты исключительно мы сами. Добровольно подчинились подонкам, убивающим неродившихся детей».
— Дойка — это молочная железа в груди у женщины, — решила проявить педагогические навыки Синтия, — которая отвечает за выработку молока в период кормления новорожденного.
— Природа специально снабдила женщину двумя дойками, — пришел ей на подмогу Йан. — Первая как бы основная, а вторая про запас. С появлением культа аборта обе практически сидят без дела. Я предлагаю собрать все дойки и отправить в Передержку, пускай там из них отсосут молоко вместе с железами. Естественно, вакуумом. Все, проблема решена. Сиськи пустые, и младенцы спокойно умирают от голода.