Трех зятьев посадили рядом. Перед каждым поставили большой тавак мяса. И Зальта-Мерген начал рассказывать:
— Жил на свете хан. У хана была любимая кобыла, и он хотел вырастить ее жеребенка. Но каждый год, когда кобыла жеребилась, жеребенка кто-то похищал. И вот подошел черед его двум благородным зятьям стеречь эту кобылу. Когда с неба рванулась страшная птица-гаруда, чтобы унести жеребенка, зятья испугались и побежали, а третий зять выстрелил в птицу. Его стрела отрезала у жеребенка хвост. Вот он этот хвост.
И Зальта-Мерген вытащил из-за пазухи рыжий хвост жеребенка.
— А ведь верно,— промолвил великий хан.— Рыжий-то конь без хвоста...
А Зальта-Мерген продолжает:
— Зятья поехали искать жеребенка. У Внешнего океана я их догнал. Они не могли переправиться через него. Я знал, что жеребенка им не достать. Я знал, что они коварны и злы; знал, что если я приведу им жеребенка, они постараются меня уничтожить, чтобы славу присвоить себе, И тогда я взял с них плату за куцего жеребенка: по два пальца с правой руки и по ремню со спины. Вот они, эти пальцы и ремни!
И Зальта-Мерген вытащил пальцы и ремни и отдал хану. Хан посмотрел и насупился.
— Верно,— сказал он,— нету у каждого из старших зятьев этих пальцев на правой руке.
— Но коварные ваши зятья, — продолжает Мерген, — чтобы скрыть свое бессилие и глупость, вырыли яму в девяносто девять саженей и сбросили меня туда. Три года я в этой яме мучился и страдал, солнца не видал, но мой мудрый конь Золь-Цоохор спас меня. Он привез дочь Номин-хана, девушку с косой в девяносто девять саженей. По этой косе я выбрался из ямы. Эта девушка сейчас сидит у меня в джолуме. Сейчас каждый из нас троих пустит вверх по белой свистящей стреле. Если все, что я рассказал, неправда, то пусть моя стрела меня поразит, а стрелы старших зятьев упадут в таваки с мясом. Если же все, что я рассказал, правда, пусть моя стрела упадет в тавак, а стрелы зятьев попадут им в головы.
Хан промолвил:
— Да будет так.
Зальта-Мерген пустил свою стрелу. Высоко вверх ушла стрела, а достигнув неба, повернулась и полетела вниз. Прямо в мясо, точно в тавак попала она. Тогда старшие зятья выпустили вверх по стреле. Стрелы, достигнув неба, повернулись и каждая попала в голову своего хозяина. Зятья упали. Жалко их хану, но делать нечего. Хан говорит:
— Нет у меня наследника, а я уже стар. Переезжай ко мне во дворец, храбрый Зальта-Мерген: скоро я умру и ты будешь ханом вместо меня.
— О нет, мой любезный хан. Добрый конь всегда скучает по своему табуну, а добрый батыр всегда скучает по родной земле. Я владею землями и водами. Я должен вернуться в свой улус.
— Что ж, воля твоя,— ответил хан.
Зальта-Мерген забрал обеих своих жен — и смуглую ханскую дочь и дочь Номин-хана с косой в девяносто девять саженей — и поехал домой.
И вот он приехал в свои земли. Но ни одной живой души не встретил. Там, где стоял его дворец, разрослась густая трава...
Делать нечего. Соорудил Мерген жилище для своих жен и сказал:
— Живите здесь. А я поеду к Алачи-хану отбивать свой улус и скот.
Приехал Мерген к Алачи-хану. А его дома нет, уехал он кого-то грабить. И увидел Мерген свою бывшую жену, которую когда-то забрал Алачи-хан вместе со всеми подданными и скотом.
— Здравствуй, жена!
— Здравствуй, храбрый Мерген. Зачем ты сюда пришел? Скорей уходи! Ведь я теперь жена Алачи-хана. Скоро вернется мой муж, а он злой разбойник и убийца. Он убьет тебя. Уходи, Мерген! Я уже пропала, а тебе зачем пропадать!
Тут подбежал к нему табунщик Ак-Сакал, упал перед ним, обнял его колени и говорит:
— Прости меня, храбрый Мерген, виноват я перед тобой! Спаси нас, храбрый Мерген, спаси нас от злого хана!
Медноклювая ведьма на тонких козьих ногах подбежала к Мергену и говорит:
— Прости меня, добрый батыр!— И заплакала, и поклонилась ему.
— Я вас прощаю,— ответил Зальта-Мерген.— Я вас всех уведу домой. Только надо сначала узнать, где хранится душа Алачи-хана. Иначе его не победить.
— Как мне узнать, где хранится его душа? — спросила жена.
— У тебя есть маленький сын. Ты его не жалей, ведь он сын Алачи-хана. Ты его не корми. Пусть он начнет громко плакать. Хан спросит у тебя: «Почему он плачет?» Ты ответь, что ребенок хочет соединить свою душу с его душой. Спроси, где его душа.
Вечером возвратился Алачи-хан. Ходит туда-сюда, принюхивается.