— О Цаган, какое вкусное мясо дал тебе отец! Какие вкусные борциги! Давай сначала мы все будем есть твою еду, а потом все будем есть нашу еду.
Цаган согласилась. Старуха Сявда и ее дочка набросились на припасы Цаган и в два дня съели все. А верблюда старуха направила не по короткому пути, а по длинному, в обход.
Еще семь дней ехать. У Цаган нет ни крошки. А те едят, ее не приглашают.
Целый день просидела Цаган голодная, а на следующий день сказала:
— Тетушка Сявда, дайте и мне кусочек.
— Просто так ничего не дают! Хочешь есть — отдай один глаз!
«Как же я приеду к хану без глаза? — подумала девушка.— Нет, лучше потерплю». Но к вечеру ей так захотелось есть, что она решилась.
— Берите мой глаз, тетушка Сявда, только дайте поесть! Старуха выколола ей глаз, сунула его себе в карман и дала немного мяса.
Через два дня Цаган опять попросила:
— Дайте хоть кусочек... Дайте хоть глоточек.
— Отдай второй глаз и получишь сколько тебе угодно!
«Нет, совсем без глаз мне незачем и ехать к хану. Я не увижу его младшего чернобрового сына! Как бы мне ни хотелось есть, но я потерплю».
А старуха верблюда совсем не погоняет. Медленно тянется верблюд, останавливается, пасется. Нескоро еще ханский улус. Цаган лежит, совсем обессилела. Тогда старуха говорит:
— Вижу, вижу, ты очень хочешь есть. Знаю, ты согласна отдать второй глаз.
И она схватила нож и выколола второй глаз девушки. Дала ей поесть.
На другое утро старуха начала кружить по степи, искать старый колодец, чтобы туда сбросить Цаган. К полудню она нашла колодец, и они вместе с дочерью столкнули туда слепую девушку.
Скоро показался ханский улус.
Они подъехали к дворцу. Вышел хан. Дочь Сявды поднесла ему белую рубаху и белые шаровары, которые сшила Цаган.
— Хорошо ты шьешь,— сказал хан.— Мне нравится.
Дочь Сявды была некрасивая, и хан смутился.
Старухе поднесли трубку. Хан смотрит на дочь старухи и спрашивает:
— Почему у нее такие впалые глаза?
— Потому,— отвечает старуха,— что она все время вперед смотрела, встречи с вашим чернобровым сыном ждала.
— А почему у нее такой костлявый нос?
— Потому что она в пути все воздух нюхала, ждала, скоро ли ханский улус.
Хан пригласил их во дворец. «Уж если я дал обещание, я его сдержу,— подумал хан,— Будет она женой моего сына».
И устроил великий пир. Чернобровый сын хана не хотел жениться на дочери Сивды, но такова была воля хана. Они поженились.
В ханском улусе жили старик и старуха, у которых никогда не было детей. Старик пас ханский скот. Уже правил страной внук того хана, при котором старик начал работать. И вот уже женился чернобровый правнук великого хана.
Каждый день проходил старик мимо заброшенного колодца. И вот идет он однажды и слышит: из колодца доносится стон. Старик заглянул туда, испугался и погнал коров домой. Старухе он сказал:
— В старом колодце лежит девушка. Она живая. Стонет. Я испугался и убежал.