Пертурабо: Молот Олимпии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пламя, крики и дым.

Три неизменные величины в уравнении жизни Фортрейдона, чья сумма давала смерть.

Лохос горел. Жители в ужасе разбегались от своих неистовствующих сыновей, ибо Железные Воины убивали всех, кто попадался им на глаза. Люди падали ниц и молили о пощаде, надеясь, что родственные и дружеские узы остановят карающую длань Астартес. Они ошибались. Хоть город и был пристанищем стариков, женщин, детей и генетически ущербных калек, легионеры ни к кому не знали жалости.

Несчастных без разбора сгоняли к стенам и рвали на куски очередями реактивных снарядов. Дома предавали огню вместе с обитателями. Фортрейдон колебался перед каждым выстрелом и испытывал облегчение, когда его цель скрывалась из виду или гибла от руки другого воина. В какой-то момент он вообще прекратил стрелять, позорно дожидаясь, пока Занкатор или Фан закончат работу за него.

Так они вышли на площадь в стороне от богатых предместий внутреннего города. Здесь преобладали небольшие, но крепко сложенные домики. Огню, впрочем, было плевать, что на достаток, что на архитектурные изыски — он пожирал все одинаково жадно.

Космодесантники приблизились к первому зданию.

— Фортрейдон, Келлефон, сжигайте его и давайте дальше, — скомандовал Жальск.

Фортрейдон выбил дверь одним ударом сабатона. Келлефон действовал четко и быстро, все движения были отточены бесконечными тренировками, и неважно, что сейчас он уничтожал не кошмарных ксеносов, а беззащитных горожан. У порога дома он вскинул огнемет, затем чуть приопустил его и заглянул внутрь.

— Шевелитесь! — прикрикнул сержант.

Прикрывавший Генуса сбоку Фортрейдон обвел болтером скромно обставленную комнату. По полу были разбросаны небогатые пожитки. Похоже, обитатели готовились к завтраку, когда началась атака, и они бежали. На глиняной доске так и остались три куска хлеба-псами, мука рассыпалась белым пятном, а на плетеном коврике лицом вниз лежала кукла. Несмотря на все посулы Империума, с его приходом жизнь простых людей не особо-то и улучшилась.

Не увидев никого, Фортрейдон повернулся к собрату.

— Почему ты медлишь?

— Я вырос в похожем месте, — тихо ответил Келлефон.

Горелка на его огнемете злобно шипела. Вдруг он резким движением погасил ее и опустил оружие стволом к полу.

— Нет, — произнес легионер.

— Что? — переспросил Жальск. Его стальной голос потрескивал на вокс-решетке шлема.

— Так нельзя, — сказал Келлефон. — Эти люди нам не враги.

— Делай, что сказано, — мрачно потребовал Жальск. — У нас четкий приказ — убивать всех, не щадить никого. Мы должны преподать урок.

— Не буду. Урок уже получился более чем доходчивым. Пора остановиться. Сейчас.

— Живо!

— Нет, — повторил Келлефон и медленно, чтобы никто не принял его действие за внезапный порыв, вытянул руку в сторону и отбросил огнемет.

Отделение застыло в смятении. Братья молча смотрели друг на друга.

— Он прав. Так нельзя, — раздался голос Бардана.

— И ты туда же? — зарычал Занкатор. Напряженный, как струна, он жаждал хорошего боя, и теперь его инстинкты убийцы наконец почуяли выход. Он отложил болтер и вынул кинжал. Ясерону не нравились легкие смерти.

— Вы что творите? — В голосе Жальска зазвенело нечто, похожее на панику.

— Я согласен с Келлефоном, — сказал Дентрофор и встал рядом с братом.

— Неужели вы думаете, что господин, приговоривший свой родной город к смерти, вас за это по головам погладит? Из-за вас мы все окажемся на плахе! — Жальск попытался вразумить товарищей.

— Лохос никогда не был ему домом, — возразил Келлефон. — Нам всем хотелось так думать, хотя он сам снова и снова говорил, что это не так. Но здесь мой дом. Легион изменился. Это не наш путь. Куда подевалось наше милосердие? Взгляни на Фортрейдона. Неужели ты хочешь, чтобы он закалял в себе железо, думая, что мы — бездушные чудовища? Честь рождает железо! — Легионер поднял руку и обвел ей окрестности. В начале улицы показалась толпа вопящих гражданских, но, увидев Железных Воинов, он припустили прочь. — А где в этом честь?

— Такова воля примарха, и мы обязаны ее исполнить. Его слово — закон для нас. Подчинись или умрешь.

Но болтер сержант так и не поднял.