Закат в крови: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

Литературовед и прозаик Георгий Георгиевич Степанов относится к числу известных советских писателей. В его книгах затронуты вопросы общечеловеческого характера, идет ли речь о судьбах русской классической литературы или событиях гражданской войны и строительства социализма в нашей стране.

Первая его книга (сборник рассказов) была издана в 1940 году Курским областным издательством. А до этого он, начиная с 1932 года, систематически выступал в партийной прессе — областной, краевой, республиканской — с очерками о колхозной жизни, промышленных стройках.

В писателе Степанове прекрасно уживался художник со страстным и талантливым пропагандистом.

Будучи лектором Центрального лекционного бюро РСФСР, он неустанно десятки лет кряду выступал в различных городах страны с большими литературно-художественными докладами. Выступал не только один, но и в содружестве с такими выдающимися писателями нашего времени, как А. С. Новиков-Прибой, А. Серафимович, Вяч. Шишков, Вл. Лидин и др. Он был другом и учеником С. Н. Сергеева-Ценского и по его рекомендации принят в Союз писателей. Огромное влияние на формирование писательского таланта Степанова оказала близость с этим известным русским писателем, с которым Степанов около двух десятков лет переписывался и неоднократно встречался.

В результате Георгий Георгиевич Степанов создал замечательные художественные произведения: «День из жизни писателя», «Письма и встречи», «Дорогой длинною», «Незабываемое», «На заре туманной юности», «Закат в крови», которые ныне известны широкому кругу читателей.

К сборнику художественно-биографических рассказов «День из жизни писателя», как пишет сам автор, «хотелось бы взять эпиграфом известные строки И. С. Тургенева: „В человеческой жизни есть мгновения, в которые прошедшее умирает и зарождается нечто новое“.

В этом сборнике речь идет о Радищеве, Пушкине, Лермонтове, Некрасове, Белинском, Салтыкове-Щедрине, Чехове, Короленко, Чернышевском, Куприне, Горьком, Есенине, Блоке, Маяковском, Новикове-Прибое и Сергееве-Ценском.

Данный сборник по праву можно назвать эпопеей о классиках русской советской литературы.

Член-корреспондент АН СССР В. Щербина в предисловии к пятому изданию сборника „День из жизни писателя“, выпущенному в 1981 году в Москве издательством „Просвещение“ в качестве пособия для учащихся, дал сборнику самую высокую оценку. Он писал, что это — „не просто сборник литературоведческих очерков и рассказов“, в этой книге речь идет „не только о „звездных днях“ из жизни писателей-классиков, но и о „звездных днях“ великой русской литературы“, то есть незабываемых „поворотных вехах“, имеющих непреходящее историческое значение».

Создавая и другие шедевры мемуарного и художественно-биографического жанров, такие как «Письма и встречи» с воспоминаниями о С. Н. Сергееве-Ценском и трилогия «Дорогой длинною» о жизненном и творческом пути этого писателя — «властелина словесных тайн», как назвал его А. М. Горький, Степанов использовал многочисленные документы, в том числе свои записные книжки, куда заносил мысли, высказанные Ценским при встречах, свою многолетнюю переписку с ним, изыскания, сделанные в архивах и музеях страны, записи бесед с теми, кто хорошо знал автора «Севастопольской страды» и «Преображения России».

В небольшой по объему, но емкой по содержанию книге «Незабываемое» Степанов повествует о своих встречах с такими выдающимися писателями современности, как Маяковский, Серафимович, Гайдар, Ставский, Пришвин, Алексей Толстой, Новиков-Прибой и опять Сергеев-Ценский. В содержании очерков, вошедших в эту книгу, явственно проступает авторская позиция, которую можно было бы охарактеризовать словами древнеримского философа Сенеки: «Воспоминания о великих людях не менее полезны, чем их присутствие».

Более пятидесяти лет работал Георгий Степанов в русской советской литературе и достиг больших успехов, особенно в области художественно-биографического и мемуарного жанров.

Он показал себя и талантливым писателем-прозаиком, автором прекрасных художественных произведений. Его автобиографический роман «На заре туманной юности» был замечен литературоведами сейчас же после выхода его в свет. Знаток литературного творчества и ценитель таланта Г. Г. Степанова, кандидат филологических наук Г. И. Кинелев писал, что роман этот, «пожалуй, можно считать одним из лучших произведений, написанных на Кубани о Кубани».

Наконец, Степанов создал эпический роман «Закат в крови» — трилогию о гражданской войне на Юге России. Этот роман можно считать его вершинным произведением. Он, несомненно, станет в один ряд с лучшими произведениями писателей нашей страны, созданными на эту тему.

Главная идея романа — интеллигенция и революция. В нем философски и психологически осмыслены заблуждения русской интеллигенции в период гражданской войны, предельно ярко показано, как лучшая часть интеллигентов, с душевной музыкой воспринявшая социальную революцию, идет к обновлению России, чему служит примером один из основных персонажей романа художник Алексей Ивлев.

Воспитанник Петербургской академии художеств, талантливый живописец, он не собирался носить военную форму и оружие, но был мобилизован в царскую армию и на фронте проявил себя как храбрый офицер.

Февральскую революцию и свержение царского самодержавия он, по примеру Александра Блока, принял восторженно. О большевиках и их партии имел самые смутные представления, вычитанные из газет антибольшевистского толка. Между тем неожиданно для него разбушевался океан многомиллионной солдатской массы. Фронт развалился. Поручик Алексей Ивлев узрел в этом лишь разрушение «порядка», разгул анархии и, считая себя патриотом, покинул фронт и тайком пробрался в родной ему Екатеринодар. В числе первых офицеров он становится под белое знамя, поднятое генералами Алексеевым и Корниловым.

В качестве одного из адъютантов командующего, а затем переводчика при иностранных военных миссиях Антанты Ивлев близко знакомится с Марковым, Деникиным, Врангелем и другими белыми генералами. Он — участник Ледяного похода и других сражений на Дону и Кубани. Медленно наступает и прозрение Ивлева, разочарование в белом движении, его безысходности. Он наблюдает сцены расстрела пленных, жестокости белогвардейцев.

Процесс его психологической перестройки вполне естественен. В этом смысле характерна его картина «Юнкера стоят насмерть». В образах, созданных кистью художника Ивлева, как в фокусе, собрана вся суть «Заката в крови». На этой картине показана обреченность белого движения. Свое полотно Ивлев создает, чтобы воодушевить добровольцев белого стана на новые ратные подвиги в тот момент, когда наступление белых достигло своего апогея. Но случилось нечто неожиданное для самого художника и парадоксальное: все с неопровержимой убедительностью вдруг выявило обреченность не только юнкеров, прижатых к казарменной стене, но и всей Добровольческой армии. А получилось это потому, что художник- реалист независимо от своей воли показал правду. И прав другой художник, Иван Шемякин, находившийся на стороне красных и создавший потрясающую картину штурмана Зимнего дворца. Рассматривая ивлевскую картину, он резюмирует, что при создании своего художественного полотна поручик Ивлев начисто перечеркнут талантливо-правдивой кистью художника Ивлева. Обреченность белого движения наличествует во всех компонентах ивлевского создания. Ивлевская картина — квинтэссенция романа.

В своей исторической трилогии «Закат в крови» Георгий Степанов рассказывает в подробностях, многие из которых не были до сих пор известны широкому читателю, историю возникновения белого движения на Дону и Кубани, историю первого Кубанского похода белых офицеров во главе с генералом Корниловым на Екатеринодар и разгром корниловцев на подступах к этому городу, историю объединения сил южной контрреволюции вокруг генерала Деникина, последовавшего за этим похода на Царицын и Москву и ликвидации деникинщины.

Еще до опубликования романа ближайший соратник С. М. Кирова, активный участник гражданской войны и большой знаток ее истории П. И. Чагин, прочитавший рукопись, дал самую высокую оценку этому произведению, говоря, что через призму восприятий основных его персонажей — офицера Алексея Ивлева и молодой революционерки Глафиры Первоцвет — «видится читателям вся панорама гражданской войны — одновременно, синхронно в двух враждующих лагерях. Читаешь о происходящем и как будто смотришь в стереоскоп — видишь не плоскостное, а рельефное изображение. И самое главное — всем ясна авторская позиция, постоянно видно отношение автора и к событиям, и к героям, и к их поступкам. Автор художественными средствами показывает превосходство и торжество революционного над контрреволюционным».

Оригинальность и своеобразие романа «Закат в крови» обусловлены не только профессиональными достоинствами Георгия Степанова как художника. Автор отлично знает, о чем пишет. Он черпает множество впечатлений из закромов своей памяти. Ведь он еще юношей оказался в самой гуще событий, потрясших Россию. К его услугам и огромная мемуарная литература, богатые документы, кропотливо, можно сказать, подвижнически изученные писателем, да и сами еще живые участники гражданской войны, с которыми Степанову довелось неоднократно встречаться и беседовать. Читая роман, непрестанно ощущаешь эту первооснову, которая и придает повествованию драгоценную достоверность.

Пожалуй, можно сказать, что Алексей Ивлев последовательней и логичнее развенчивает вожаков белого движения, нежели Вадим Рощин в «Хождении по мукам» Алексея Толстого, так как до конца несет на себе крест первопоходника. Его жизненный путь ничем не облегчен, от начала и до конца глубоко драматичен, порою трагичен.

В те дни офицеров бывшей царской армии белогвардейцы называли «продавцами шпаг», вероотступниками, если они переходили на сторону красных. Ивлев не был «продавцом шпаги». Он остался в Екатеринодаре, покидаемом последними силами белых, потому что к нему пришла Глаша на два дня раньше, чем Екатеринодар был сдан героическим всадникам в шлемах с красными пятиконечными звездами, и поверил, что по-прежнему любим Глашей не только как кубанский Левитан, но и как человек. Остался, чтобы отдать не шпагу, а свой талант новой России.

Сложен и тернист был его путь к прозрению. Но такая судьба типична для многих тысяч русских интеллигентов периода гражданской войны, и особенно она трагична для тех, кто покинул Родину.

Георгий Степанов — человек большой творческой энергии — сумел создать великолепную трилогию о гражданской войне, художественное произведение глубоко исторического характера.

Прочные творческие связи с выдающимися писателями современности, беспредельная преданность отечественной классике, заинтересованность в судьбах нашей Родины на ее исторически важных поворотных пунктах, самоотверженный труд, несгибаемая стойкость в служении истине позволили Степанову вырасти в крупнейшего писателя страны.

Г. Чучмай,

кандидат исторических наук