Ничего не происходило. Я медленно повернулась по кругу. Посмотрела вверх на кроны деревьев, сквозь которые было видно солнце. Что же ещё?
– Уйди с поляны, – сказала я.
Драгомиру это не понравилось, он хотел возразить, но видя моё непреклонное выражение лица, медленно ушёл, держа меня в поле зрения и зорко оглядывая все вокруг.
И опять никакого результата. Я замерла, не зная, что же ещё сделать.
– Что ты делала, когда перенеслась сюда? – спросил Драгомир, стоя между деревьями на краю поляны.
– Ничего: шла по лесу, в задумчивости вороша листву. А потом неожиданно появился туман, который резко сгустился.
– Туман! – воскликнула я в понимании. – Это он меня перенёс!
Я оглянулась по сторонам, но день был ясный, и даже никакого намёка на туман не было.
– Мы возвращаемся! – отрывисто сказал Драгомир. Хотела бы я с ним поспорить, но сердцем чувствовала, что он прав – без тумана мы просто теряли время.
Осторожно, идя по своим следам, я подошла к Драгомиру и мы двинулись в обратный путь.
Без приключений мы вышли из леса. Я села на траву, смотря вдаль. Мыслей не было. Драгомир присел рядом.
– Как часто бывает туман? – спросила я.
– За всё время что я живу, туман в лесу был впервые когда ты появилась, – осторожно произнёс он.
Я задрожала. Видя что меня трясёт, Драгомир снял свой плащ и укутал меня. Он был нагрет его телом и меня окутало теплом. Так мы и сидели. Слёз у меня не было, лишь в груди свернулся ледяной ком. Это был конец всем моим надеждам. Я застряла в этом незнакомом мире надолго.
Не знаю, сколько прошло времени, но собравшись, я встала. От долгого сидения моё тело затекло и я пошатнулась. Драгомир тут же меня поддержал. Я вернула ему плащ и пошла обратно в деревню. Он двинулся за мной. Подойдя к дому, я повернулась к нему:
– Спасибо, что пошёл со мной, – сказала я безжизненным голосом и пошла к дому, из которого навстречу мне вышли все – наверное, увидели нас в окно. Видя моё перевёрнутое лицо, они всё поняли.
– Можно, я побуду одна? – попросила я и зашла в дом. Войдя в комнату Уланы, я бросила на пол рюкзак и рухнула на кровать, свернувшись калачиком. В голове было пусто. Я лежала, ничего не чувствуя. Не знаю через сколько, я провалилась в беспамятство.
Очнулась я ближе к вечеру, чувствуя себя как после болезни. Я пошевелилась и с плеч сполз плащ, который почему-то пах Драгомиром. Очень хотелось пить. Нехотя я встала. Возле кровати стояли сапоги, хотя не помню, чтобы их снимала. Я вышла из комнаты.
– Очнулась? – с облегчением сказала Улана.
– Вроде да, – слабым голосом ответила я. – А где все?
– Радомир баню готовит, Лада побежала за ключевой водой, для обливания. Януш ещё не вернулся.
– Вы париться будете? – немного растерянно сказала я.
– Не только мы, но и ты.
– Я?
– Тебе пропариться надо. Много на тебя свалилось, девонька. От душевных переживаний хворь с телом приключиться может, а мы вот её – берёзовым веничком выгоним.
Я зачерпнула холодной воды и выпила, пытаясь всё осмыслить.
– Драгомир несколько раз заходил, беспокоился, – между прочим сказала Улана.
– Это его плащ? – я кивнула на комнату.
– Да. Ты дрожала во сне.
– А сапоги он снял, или я? Ничего не помню.