— Я ничего не думаю, — холодно прервал его Андрей.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ,
в которой горячие надежды разбиваются о холодное безразличие
Об этом смешном приключении поговорили, поговорили, да и забыли. Оно всегда так: что одному во вред, то другим на потеху. Идет человек по дороге, поскользнется, шлепнется «всем прикладом», а те, кто увидит, хохочут, заливаются. Так и Миколке с Андреем: им пришлось ночью в холоде на стружках дрожать, а Конопельскому смешочки.
— Крысы вас там не загрызли? — все допытывался он.
А когда на другой день ребята шли в мастерскую, он посоветовал им:
— Вы теперь изнутри запритесь, а то опять тараканов кормить будете.
Шутил, посмеивался, будто не он устроил такую подлость.
Андрей на это не обращал никакого внимания, а Миколка, когда остались одни, разошелся:
— Смеется, гад, а кроме него с Масловым замкнуть некому. Думает, я не понимаю, не вижу...
— А может, и не они.
— Они! Бегали за мастерскую курить, вот и увидели. Даже ключ закинули. Хорошо, что у Марата Ниловича другой нашелся.
Марат Нилович охотно консультировал ребят, что и как делать, разрешил продолжать работать в мастерской.
Ребята только советовались с учителем, но все делали сами. Уж больно хотелось им смастерить настоящую раму, которая, на зависть всем остальным, будет вставлена в новом доме.
Многие интересовались их работой. Но друзья неохотно об этом говорили, а то и вовсе отшучивались, приглашали вступить к ним в кружок: приходи, мол, увидишь. Были такие, что приходили. Их не впускали. Надо будет, позовем. Чем они там в мастерской занимались, стало чуть не для всех тайной, кое-кто даже слушок пустил, будто они всамделишную ракету строят, на Луну лететь собираются.
Как-то вечером повстречал Миколка Карину. Хотя было уже поздно, но в мастерской работали, отдыхать не собирались. Им что-то понадобилось, и Миколка прибежал в свою спальню. Карина как раз в это время возвращалась из кухни, там они засиделись, составляя завтрашнее меню.
Девочка была рада встрече:
— Привет, Миколка! Что это тебя нигде не видно?
— Почему не видно? — удивился Миколка. — Я в школе.
— А верно говорят, что вы ракету строите?
— Строим.
— И на Луну собираетесь?
— Собираемся.
— А меня не забудете взять?
— Ты же не помогала ракету строить.
— Ведь вы не позвали.
Миколке было бы приятно, если б и Карина с ними работала, но он ее все же не пригласил. Не девичье это дело — рубанком да фуганком орудовать.
— Поздно, поздно уже. Мы совсем уж заканчиваем. К чужой славе примазаться хочешь?
Нет, совсем неузнаваемым стал Миколка за одну эту осень. Даже постригся по-человечески и с девчонками, гляньте, шутит, где-то вычитанные фразы в ход пускает.
Каринке, видимо, нравится такой разговор.
— Но я надеюсь, вы хоть покажете, что там сделали?