Несостоявшийся император. Александр Михайлович: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шестидесятые годы XIX в. ознаменовались рядом реформ Александра II. Следует заметить, что по указанию брата Михаил Николаевич относительно успешно проводил общероссийские реформы на Кавказе. Речь идёт об освобождении крестьян, о введении крестьянского и городского самоуправления, учебной и судебной реформах и т.д.

Рассказ о завершении кавказских войн и реформах 60-х годов — тема отдельной монографии, а здесь я хотел бы коснуться только одной крайне актуальной темы — ситуации в Абхазии.

27 марта 1864 г. Михаил Николаевич отправил военному министру Милютину письмо, в котором предложил упразднить Абхазское княжество. Великий князь предлагал: «1) Владетеля и наследника его склонить отказаться от права владения. 2) Назначить владетелю и наследникам его содержание, их обеспечивающее. 3) Из Абхазии образовать военный округ, который вместе с Цебельдой подчинить особому военному начальнику на правах начальников отделов в областях, с подчинением Кутаисскому генерал-губернатору».

В апреле 1864 г. Александр II одобрил предложения наместника Кавказского края, и в мае к Михаилу Николаевичу уже поступили соответствующие указания, реализацию которых последний поручил Кутаисскому генерал-губернатору Д. Святополк-Мирскому и командующему войсками в Абхазии генералу П. Шатилову.

Робкие попытки абхазского князя Михаила Шарвашидзе передать власть сыну Георгию успеха не имели. Не посчитались и с его желанием остаться жить в Абхазии. 24 июня 1864 г. последовало официальное уведомление наместника Кавказа, в котором Михаилу Шарвашидзе напоминали все его прежние просьбы об освобождении от власти владетеля Абхазии и сообщали о решении императора России об увольнении Михаила и его потомков «от управления навсегда Абхазией» и введении там русского правления.

Как видим, Абхазия никогда не входила в состав Грузии, и лишь в 20-х гг. XX в. советское правительство, не посчитавшись с мнением коренного населения, автоматически включило её в состав Грузинской ССР.

От дел государственных мы перейдём к семейным делам великого князя Михаила Николаевича. В 1857 г. он женился на принцессе Цецилии-Августе Банденской, получившей при переходе в православие имя Ольга Фёдоровна. В то время Великое герцогство Баденское было независимым государством. Оно располагалось на правом берегу Рейна и представляло собой полосу длиной в 265 вёрст и шириной в 17-135 вёрст. Княжество находилось на границе с Францией и имело важное стратегическое значение. Таким образом, брак с Баденской принцессой, заключённый в 1857 г., имел политическое значение. Однако после французско-прусской войны 1870 г. княжество вошло в состав Германской империи, а власть великого герцога Баденского стала чисто символической.

Надо сказать, что великий князь Михаил Николаевич влюбился в Ольгу Фёдоровну и вскоре оказался под её каблуком. Государственный секретарь А.А. Половцов, по долгу службы каждый день являвшийся на доклад к великому князю и наблюдавший изнутри жизнь семьи, вспоминал об Ольге Фёдоровне, задававший тон и стиль общения в резиденциях великого князя в Петербурге и на Кавказе: «Принадлежа к Баденской фамилии, выйдя весьма молодою замуж за русского великого князя, поселясь в Тифлисе, где она поистине царствовала восемнадцать лет; найдя в муже лишь послушного исполнителя её велений, но ни в коем случае не руководителя своих действий, при чрезвычайно остром природном уме и при отсутствии солидного образования, при довольно естественном в таких условиях равнодушии к окружавшей её среде, Ольга Фёдоровна возбудила против себя почти всеобщее нерасположение. Никакого зла она, разумеется, намеренно, не делала, но будучи весьма невоздержанна в своих оценках и словах, она естественным образом делала себе врагов из людей высшего общества, у которых почти всегда интересы личного самолюбия стоят выше всего остального... Будучи равнодушна к мнению толпы, Ольга Фёдоровна не давала себе труда прикрыть это равнодушие какими-либо фразами, а постоянно заявляла, что всю теплоту чувств своих сосредотачивает лишь на семье и друзьях».

С друзьями также не ладилось. В большом кругу августейшего семейства Ольгу Фёдоровну немного побаивались за злоязычие, неукротимость нрава, пренебрежение к чужому мнению. Впрочем, ей часто прощалось многое за то, что в острые, критические моменты она всегда находилась рядом с мужем и делала всё для того, чтобы поддерживать его высокий моральный авторитет среди всей императорской фамилии.

14 апреля 1859 г., в три часа тридцать пять минут пополудни, пушечный салют в триста один выстрел возвестил жителей Петербурга, Царского Села и окрестностей о рождении первенца в семье великого князя Михаила Николаевича.

При крещении младенца в честь деда императора Николая I нарекли Николаем. Его крёстными и восприемниками были сплошь высокородные, царственные особы. Со стороны отца: дядя — император Александр II, вдовствующая императрица — бабушка Александра Фёдоровна, а со стороны матери — её брат, Баденский герцог Вильгельм-Людвиг, и её сестра, принцесса Мария Лейнингенская.

Через год в семье Михаила Николаевича родилась первая дочь Анастасия, а затем вновь пошли сыновья. В 1861 г. родился Михаил, в 1863 г. — Георгий, в 1866 г. — наш герой, в 1869 г. — Сергей и, наконец, в 1875 г. — Алексей.

Современные авторы очень много пишут о семействе Романовых. Но основное внимание уделяют Александру II, его детям и внукам, а о Михаиле Николаевиче и его потомстве упоминают вскользь, используя воспоминания Александра и Николая Михайловичей. Разумеется, оба брата писали о своём семействе лишь хорошее. Поэтому стоит привести и единственный негативный отзыв о семействе, принадлежащий С.Ю. Витте: «Государь император [Александр III] очень любил отца Александра Михайловича, Михаила Николаевича, своего дядю; это был единственный из его дядей, к которому он относился вполне благосклонно и любовно, главным образом именно потому, что великий князь Михаил Николаевич был образцового поведения как в семейной жизни, так и вообще как великий князь.

Но к сыновьям его, к детям великого князя Михаила Николаевича, император Александр III относился уже не так благосклонно; к жене великого князя, великой княгине Ольге Фёдоровне, император также относился не вполне благосклонно, вероятно потому, что, во-первых, великая княгиня Ольга Фёдоровна не была вполне образцовой супругой, а затем, во-вторых, главным образом потому, что она имела еврейский тип, ибо, как это известно в Бадене, она находилась в довольно близком родстве с одним из еврейских банкиров в Карлсруэ.

Этот еврейский тип, а пожалуй, и еврейский характер, в значительной степени перешли и к некоторым из её детей.

Однажды император Александр III, обратясь ко мне, говорит:

— Вы вчера видели детей ...зонов? — (Император произнёс одну еврейскую фамилию).

Я не понял, о каких детях с еврейским именем он мне говорит.

После мне объяснили, что он мне говорил о некоторых из Михайловичей.

Великий князь Александр Михайлович был очень красивый молодой человек; он и до сих пор красивый мужчина, несколько еврейского, хотя и красивого типа.

Я должен сказать, что, сталкиваясь с ним в моей государственной деятельности, я убедился, что у него не только внешний тип еврейский, но что он обладает, кроме того, вообще отрицательными сторонами еврейского характера»[3].

Спору нет, Сергей Юльевич Витте не любил Александра Михайловича, но в принципе он был прав. В Германии в XVII-XIX вв. довольно часто аристократы роднились с евреями, а зачастую богатые евреи правдами и неправдами получали титулы. Вспомним, что даже основоположник марксизма, будучи евреем, имел дворянский титул. А что касается самого Витте, то и он был женат на еврейке.

Детей своих Ольга Фёдоровна и Михаил Николаевич воспитывали строго — так было принято почти во всех великокняжеских семьях. До семи лет дети росли совершенно беззаботно, опекаемые многочисленными нянюшками. А затем начиналось суровое полувоенное воспитание.

Старший сын Николай вспоминал позднее, что воспитание это «больше напоминало прохождение боевой службы на фоне прекрасной кавказской природы»: вставали рано, принимали прохладную ванну, скромно завтракали и чуть ли не до самого полудня вместе с наставниками — строгими и придирчивыми — то уходили в горы, в поход за новыми экземплярами для коллекций трав и насекомых, то без устали упражнялись в верховой езде, то в искусстве владения саблей.

Программа, составленная строгими наставниками, дававшими каждый день подробный отчёт матери или отцу, была весьма обширна, почти что уникальна: языки, включая не только европейские, но и древнюю латынь, ботаника, химия, основы филологии и истории искусства, библиотечного дела или, например, истории флота, нумизматики.

Ему вторит и Александр: «...радости беззаботного детства внезапно оборвались для меня в тот день, когда мне исполнилось семь лет. Среди многочисленных подарков, поднесённых мне по этому случаю, я нашёл форму полковника 73-го Крымского пехотного полка и саблю. Я страшно обрадовался, так как сообразил, что теперь сниму свой обычный костюм, который состоял из короткой розовой шёлковой рубашки, широких шаровар и высоких сапог красного сафьяна, и облекусь в военную форму. Но прежде всего я должен заслужить честь носить её прилежанием и многолетним трудом.

Лицо моё вытянулось, но худшее было ещё впереди.

   — С завтрашнего дня, — объявил мой отец, — ты уйдёшь из детской. Ты будешь жить с братьями Михаилом и Георгием. Учись и слушайся своих учителей.

Прощайте, мои добрые нянюшки, мои волшебные сказки! Прощайте, беззаботные сны! Всю ночь я проплакал в подушку, не слушая ободряющих слов моего доброго дядьки казака Шевченки. В конце концов, видя, что его обещания навещать меня каждое воскресенье не производят на меня должного впечатления, он стал нашёптывать испуганно:

   — Вот будет срам, если Его Императорское Величество узнают и отдадут в приказе по армии, что его племянник, великий князь Александр, отрешается от командования 73-м Крымским полком, потому что плачет как девчонка!

[3] Витте С.Ю. Избранные воспоминания. М.: Мысль, 1991. С.280-281.