ПРОЛОГ
далёком феврале 1933 г. в маленьком домике в городке Ментона на Лазурном Берегу медленно угасал шестидесятисемилетний эмигрант. Французы называли prince Alexander, сам он подписывался «Александр, Великий Князь Русский», а много лет назад в бывшей Российской империи — «Его Величество Великий Князь Александр Михайлович».
Кто он такой? 99,9% жителей Российской Федерации никогда и ничего не слышали о нём. Для остальных он — внук императора Николая I, товарищ детских игр цесаревича Николая Александровича и автор остроумных мемуаров.
Для историка он интересен тем, что всегда был в гуще событий. Перефразируя Вольтера, можно сказать, что если бы Александра Михайловича не было, то его следовало бы выдумать. Как, к примеру, Лев Толстой отправил Андрея Болконского под Аустерлиц, а Пьера Безухова — на Бородинское поле. Солженицын послал полковника Воротынцева в Восточную Пруссию, в армию Самсонова. Их герои всё видят, всё слышат, но ничего не могут изменить. Ну, добежал бы Болконский со знаменем до рядов французов, разве мы выиграли бы Аустерлицкое сражение?
Однако в отличие от литературных героев Александр Михайлович не только всё видел и всё слышал, но и мог всё изменить. Он мог реформировать русский флот и разгромить японцев в 1904 г. Спустя 10 лет мог построить в России мощнейший воздушный флот. В 1905-1907 гг. и в 1915-1916 гг. у него были реальные шансы стать императором или даже диктатором, радикально изменить государственный строй России и тем самым направить мировую историю по другому руслу. Но он не сделал ни первого, ни второго, ни третьего. Объективные причины для успеха были налицо, но помешали субъективные: неуёмная страсть к прекрасному полу, отсутствие настойчивости, а главное — страх «испачкать перчатки».
Великий князь умирал в полном одиночестве. На родине его ждал застенок НКВД, белые эмигранты не хотели иметь с ним дела, для французов он был лицом без гражданства, законная жена жила в полном здравии в Лондоне (она переживёт его на 27 лет), но не испытывала никакого желания видеть мужа.
А может, он вечный неудачник? Не знаю... Но не думаю, что надо жалеть человека, почти всю жизнь прожившего во дворцах, многократно объехавшего мир на крейсерах и собственной яхте. Человека, женатого на очаровательной дочери императора Александра III, родившей ему шестерых сыновей и дочь. И, наконец, человека, любимого множеством красивейших женщин, от японских гейш до высочайших особ европейских династий.
Александр Михайлович — человек своей эпохи. Тем он нам и интересен. И, да простит меня читатель, что повествование о его жизни я буду перемежать с рассказами об его эпохе. Без этого мы никогда не поймём феномена князя.
Глава 1
ДЕТСТВО НА КАВКАЗЕ
— Это даже перестаёт быть забавным, — сказал старый генерал, сумрачно глядя на висевший перед ним календарь. — Мне уже этим успели надоесть за всё утро. Забавляйтесь вашими первоапрельскими шутками с кем-нибудь другим, или же я доложу об этом Его Императорскому Высочеству.
— Вы ошибаетесь, Ваше Превосходительство, — нетерпеливо перебил адъютант, — это не шутка. Я иду прямо из дворца и советовал бы Вам исполнить приказ Его Высочества немедленно!
Комендант пожал плечами, ещё раз кинул взор на календарь и отправился во дворец проверить новость.
Полчаса спустя забухали орудия, и специальное сообщение наместника оповестило взволнованных грузин, армян, татар и других народностей Тифлиса о том, что новорождённый великий князь будет наречён при крещении Александром в честь его дарственного дяди императора Александра II.
2 апреля 1866 г., в возрасте 24 час. от роду, я стал полковником 73-го Крымского пехотного полка, офицером 4-го стрелкового батальона императорской фамилии, офицером гвардейской артиллерийской бригады и офицером кавказской гренадерской дивизии. Красавица мамка должна была проявить всю изобретательность, чтобы угомонить обладателя всех этих рангов»[1].
Так спустя 60 лет описал своё рождение великий князь Александр Михайлович. Думаю, сразу же следует объяснить, что по законам Российской империи титул великого князя автоматически присваивался при рождении сына и внука императора, а дочери императора получали титул великой княжны. Если великий князь вступал в брак с представительницей царственного рода, то его супруга получала титул великая княгиня. Если же великий князь вступал в неравноправный (морганатический) брак, то император был волен дать какой-нибудь выдуманный титул, например, княгиня Палей, княгиня Юрьевская и т.д. либо вообще не признать этот брак.
Все же правнуки императора по мужской линии и внуки по женской линии получали титул князей и княжон императорской крови, но никогда не могли стать великими князьями и княжнами. Так что многочисленная компания великих князей и княгинь, обитающая ныне за границей, не что иное, как дети лейтенанта Шмидта. Кстати, если верить Ильфу и Петрову, у бедного лейтенанта были и дочки — «глупые, немолодые и некрасивые».
После рассказа о рождении младенца положено переходить к рассказу о его родителях. Отец, великий князь Михаил Николаевич, был четвёртым сыном императора Николая I. Михаил родился 13 октября 1832 г. В 13 лет его произвели в первый офицерский чин, а в 15 лет он поступил на действительную службу в 3-ю батарею 2-й лейб-гвардейской артиллерийской бригады. В 20 лет Михаил был произведён в генерал-майоры и назначен генерал-фельдцейхмейстером.
Тут следует сделать небольшое отступление и попытаться объяснить, кто такой генерал-фельдцейхмейстер, тем более что это нам пригодится далее. Раскроем «Военную энциклопедию», том VII, страницу 233. Там сказано: «Генерал-фельдцейхмейстер, как титул начальника артиллерии и всего к ней относящегося». Как видим, написано коротко и неясно. При большевиках такие функции исполнял замнаркома по вооружению М.Н. Тухачевский. Но в отличие от замнаркома права и обязанности генерал-фельдцейхмейстера никогда чётко не были закреплены законом. Генерал-фельдцейхмейстер подчинялся императору, но не подчинялся военному министру, причём власть обеих тоже не была разграничена. Так, управление армией и флотом в России в XIX в. осуществлялось не по закону, а, как сейчас говорят, «по понятиям». Причём, «понятия» эти определялись лично императором, генерал-фельдцейхмейстером и военным министром.
Самым приятным в должности генерал-фельдцейхмейстера была полная безответственность в закупках вооружения. Таким образом, эта должность стала самой «хлебной» в империи. Екатерина Великая назначала на эту «хлебную должность» своих любовников, начиная с Григория Орлова (с 1765 г.) и кончая Платоном Зубовым (с 1793 г.).
Вступив на престол, Павел I немедленно вышвырнул вон Платошу и в сердцах вообще упразднил должность генерал-фельдцейхмейстера. Но 28 января 1793 г. у Павла родился сын Михаил, и на радостях император произвёл младенца в генерал-фельдцейхмейстеры. В этом звании великий князь Михаил Павлович и был до своей смерти в 1849 г.
Забегая вперёд, скажу, что великий князь Михаил Николаевич состоял в должности генерал-фельдцейхмейстера целых 57 лет, то есть до самой своей смерти в 1909 г. В 1910 г. обязанности генерал-фельдцейхмейстера были разделены между генерал-инспектором артиллерии и начальником Главного артиллерийского управления (ГАУ).
Понятно, что двадцатилетний генерал-майор не мог полноценно руководить всей русской артиллерией, и по приказу Николая I Михаил командовал только гвардейской конной артиллерией, то есть пятью батареями. А фактически должность генерал-фельдцейхмейстера исполнял инспектор артиллерии барон Н.И. Корф. Во время Крымской войны Михаил вместе с братом Николаем «находился при действующей армии».
25 января 1856 г. двадцатичетырёхлетний Михаил вступил в исполнение обязанностей генерал-фельдцейхмейстера и был назначен генерал-адъютантом[2]. 25 августа 1860 г. великий князь Михаил Николаевич был произведён в генералы от артиллерии, а 6 декабря 1862 г. назначен наместником Кавказским и командующим Кавказской армией.
Как можно было управлять артиллерией империи из Тифлиса, не имея ни железной дороги, ни телеграфной связи с Петербургом, понять невозможно. Но, увы, в многострадальной России и не такое бывало. Однако, несмотря на отсутствие генерал-фельдцейхмейстера, а может, и в связи с этим, наша артиллерия в 1863-1867 гг. делает невиданный в истории технический скачок и переходит от гладкоствольных пушек с деревянными лафетами образцов 1805 г. и 1838 г. к нарезным пушкам образца 1867 г. с клиновыми затворами и железными лафетами. А в начале 1877 г. наша артиллерия вслед за Германией переходит на орудия образца 1877 г., то есть орудия с каналом современного образца. Таким образом, 6-дюймовым снарядом от пушки образца 1877 г. можно стрелять из любой современной нашей 152-мм пушки и наоборот. Идя в фарватере фирмы Круппа, русская артиллерия на 10-20 лет опередила страны Западной Европы. К примеру, британский флот перешёл на казнозарядные орудия лишь в 1885-1886 гг. Но, увы, Михаил Николаевич никакого отношения к прогрессу в нашей артиллерии не имел.
Зато Михаил Николаевич довольно успешно продолжал борьбу с горцами и в конце концов покорил Кавказ. В 1869 г. Россия начала войну с Хивинским ханством. Поскольку в операции участвовали войска двух военных округов — Туркестанского и Кавказского, командующий Кавказским военным округом (и он же наместник на Кавказе великий князь Михаил Николаевич) попросил брата Сашу поручить ему руководство захватом Хивы. При этом великий князь не собирался покидать Тифлис.
Туркестанский генерал-губернатор Кауфман взбеленился и направил резкое письмо Александру II. Тот сообразил, что вопрос слишком сложный, и не стал устраивать оперетту с дистанционным управлением, наподобие управления артиллерией, и отказал брату.
[1] Здесь и далее приведены цитаты из мемуаров великого князя Александра Михайловича по изданию И.В. Захарова (Москва: Захаров, ACT, 1999). Впервые опубликованная на английском языке в США в 1932 г., на русском языке книга впервые вышла в Париже в 1933 г.
[2] Генерал-адъютант — должность в свите императора.