Ислам. образ жизни и стиль мышления: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Само название вероучения Мухаммада отразило отношения подчинения — господства. «Ислам» значит «покорность», от глагола «аслама» — «быть покорным». (Для сравнения можно привести и другие отглагольные имена того же корня: например, «таслим», «истислям» — сдача неприятелю, капитуляция.) В Коране сказано: «религия пред Аллахом — ислам», то есть покорность (3 : 17; 5:5). При этом ислам не всегда отождествляется с верой (иман), мусульманин, то есть покорный (муслим), — с верующим (мумин). «Сказали бедуины: «Мы уверовали!» Скажи: «Вы не уверовали, но говорите: «Мы покорились» (то есть «Мы приняли ислам как подчинение». — Д. Е.), ибо еще не вошла вера в ваши сердца» (49: 14).

Ислам — идеология многоукладного общества.

Анализ Корана, позволивший составить представления о социальных отношениях в аравийском обществе начала VII века, приводит к заключению, что это общество было многоукладным: рабовладельческий и патриархальный уклады постепенно вытеснялись укладом феодальным. Об этом’ говорят и другие исторические источники. К аналогичному выводу пришли многие исследователи. Так, А. Ю. Якубовский, по сути, указал на три уклада: арабы при возникновении ислама «представляли собой классовое общество, в котором, наряду с рабовладельческим укладом, уже зарождались первые признаки феодальной эксплуатации, хотя основная масса бедуинов... еще оставалась свободной»[27]. По мнению Л. И. Климовича, ислам «начал оформляться в период зарождения и развития феодальных отношений, когда еще сохранялись остатки первобытнообщинного строя и рабовладельческого уклада»[28] Л. И. Надиразде считает, что в этот период феодальный способ производства, хотя и прогрессировавший, существовал в условиях сильных пережитков первобытнообщинного строя и сравнительно малоразвитого рабовладельческого уклада[29]. В последних двух формулировках «остатки (пережитки) первобытнообщинного строя» означают не что иное, как патриархальный уклад. В первой же он сформулирован как «свободная масса бедуинов».

Вывод о многоукладности аравийского общества VI — VII веков позволяет по-новому взглянуть на прежние концепции происхождения ислама. А их только в марксистском исламоведении несколько. Авторы этих концепций-гипотез находили социальные корни возникновения мусульманской религии в самых различных формационных базисах. Существуют «торгово-капиталистическая», «рабовладельческая» и «раннефеодальная» теории зарождения ислама. А если добавить еще доктрину о «социалистическом первородстве» ислама, выдвинутую сторонниками мусульманского социализма, то развернется целый спектр формаций, каждая из которых, по мнению создателей этих теорий, могла породить новую мировую религию.

Любая религия как часть надстройки определяется ее базисом. Исходя из этого, авторы торгово-капиталистической концепции — М. А. Рейснер и другие — видели в раннем исламе идеологию преимущественно торгово-купеческой элиты Мекки и Медины. Исторические факты о значительном развитии в Аравии товарно-денежных отношений, отраженные и в Коране, послужили им основой для выдвижения данной теории. При этом они опирались на представления «школы М. Н. Покровского» о торговом капитализме как особой социально-экономической формации. Однако и купеческий и ростовщический капиталы характерны как раз для докапиталистических формаций — рабовладельческой и феодальной. При капитализме их вытесняют более развитые формы — торговый капитал, ссудный капитал, банковский капитал, финансовый капитал. Сторонники рабовладельческой концепции — С. П. Толстов, Е. А. Беляев — считали, что в идеологии ислама нашло отражение становление в Аравии рабовладельческого строя; а защитники раннефеодальной концепции — Н. А. Смирнов, Л. И. Климович, Л. И. Надирадзе — рассматривают ислам как идеологию формировавшегося феодального общества.

Следует отметить, что все эти теории опираются на добросовестное изучение исторических фактов. Да и доктрина «мусульманского социализма» исходит из элементов эгалитаризма (уравнительности), которые действительно имеются в изначальном исламе, как, впрочем, и в других мировых религиях — буддизме, христианстве, особенно на ранних этапах их развития, в различных пуританских, протестантских и еретических течениях, также апеллирующих к первоначальным формам вероучения, насыщенным патриархальностью.

Итак, торгово-капиталистическая, рабовладельческая, раннефеодальная, эгалитарно-патриархальная... Четыре концепции. А если предположить, что каждая из них опирается не на всю полноту исторической действительности, а лишь на определенную часть ее — на один из общественно-экономических укладов? И рассмотреть эту проблему под углом зрения многоукладности аравийского общества VI — VII веков? Тогда, возможно, снимутся противоречия между этими гипотезами...

Действительно, хотя ислам возник в среде городского населения Мекки, он, как уже отмечалось выше, не мог не отразить всего сложного переплетения социально-экономических отношений Аравии тех времен. Мекка, как и ее соперница Медина, была лишь связующим звеном между двумя основными типами хозяйства Аравийского полуострова — кочевым скотоводством и орошаемым земледелием. Причем ведущая роль принадлежала первому.

Общество кочевых скотоводов, как показали исследования Г. Е. Маркова и других советских этнографов, — многоукладной[30]. Например, у кочевых арабов даже на рубеже XIX — XX веков существовали патриархальный, даннический, феодальный, рабовладельческий уклады; развивался в связи с внешними влияниями и капиталистический уклад. Важнейшую роль в жизни номадов всегда играл торговый обмен. При развитом товарно-денежном обращении было неизбежно выделение слоя купечества. Купеческий капитал и тесно связанный с ним ростовщический обслуживали довольно развитый товарооборот.

Все аравийские уклады — патриархальный, рабовладельческий, раннефеодальный, выраставший из даннического, — отразились в идеологии ислама. Получилась своего рода «многоукладная надстройка». Быть может, именно в этом состоит идеологическая гибкость и приспособляемость ислама — в многогранности его юридических и этических норм.

Идеологию какого же общества в целом отразил ислам в период своего возникновения? Представляется, что это была идеология раннеклассового общества, с довольно развитым уровнем товарно-денежных отношений, вступившего на путь феодального развития, общества многоукладного, где еще ни один из укладов не стал ведущим. И лишь позже в борьбе между патриархальным, рабовладельческим и феодальным укладами последний одержал победу.

Социальные факторы распространения ислама.

Анализ Корана проливает свет и на проблему социальных сил ракнеисламского движения, в частности на вопрос, почему новая религиозная идеология нашла отклик во многих слоях аравийского общества. Имущественное и социальное расслоение, становление классов вели к росту противоречий в аравийском обществе. С одной стороны — феодализирующаяся родо-племенная верхушка, рабовладельцы и работорговцы, крупные купцы, ростовщики; с другой — рядовые общинники, обедневшие члены рода — са‘луки, изгои-тариды, рабы, мелкие и средние торговцы. Мухаммад хорошо ощущал рост этих антагонизмов, о чем говорит содержание его ранних проповедей — мекканских сур. Первый период деятельности пророка отмечен попытками борьбы с богатыми курай-шитами, главным образом из рода умаййа. Сам Мухаммад, как известно, был тоже курайшитом, но из другого, обедневшего рода — хашим. Проповеди этого периода, с которыми Мухаммад обращался, видимо, к бедноте — членам оскудевших родов, са‘лукам, таридам, рабам, — осуждают богатство (89:21; 43:32 — 34), ростовщичество, обман в торговле (17:37; 83:1 — 3), призывают творить добрые дела (95 : 6), кормить бедняков (69 : 34; 90 : 16), помогать сиротам (90: 15), освобождать рабов (90: 13), честно торговать (И : 85 — 86).

Эти обращения если и находили отклик у обездоленных, все же не вызвали сколько-нибудь широкого социального движения, тем более что конкретных и понятных мер для устранения имущественного и социального неравенства Мухаммад не предложил, ограничившись обещаниями воздаяния в загробном мире: праведным — рай, неправедным — ад. Такое призрачное решение вопросов социальной справедливости предлагало и христианство, довольно хорошо знакомое арабам. Но и эти проповеди посланника Аллаха навлекли на него ненависть мекканских богатеев, почему он и переселился в Медину. Бессилие Мухаммада в этот период отразилось на стиле мекканских сур, основной тон которых — жалобы и сетования.

В Медине содержание проповедей Мухаммада изменилось. Создав общину верующих, он нашел выход из социальных противоречий в том, что направил основную эксплуататорскую деятельность верхушки общества вовне уммы, на иноверцев. Практически это вылилось в перманентную войну против инаковерующих, грабеж их имущества, обложение их данью. Менее чем за два года, после Худайбийского соглашения с мекканцами в 628 году и до сдачи Мекки в 630 году, войско Мухаммада предприняло 17 военных экспедиций. Затем войска медино-мекканской общины, в которых основную силу составили ополчения бедуинских племен, начали завоевание соседних стран. Численность воинов-бедуинов, сторонников ислама, все увеличивалась. Как писал Ибн Исхак, уже в 630 году на стороне Мухаммада выступили племена суляйм, музайна, тамим, фазар и другие.

Доходы от военной добычи, дани, а затем от податей и налогов на иноверцев потекли широким потоком в общину. Они обогащали главным образом ее верхний слой, но и рядовым мусульманам доставалась какая-то часть, что затушевывало противоречия внутри уммы. Конечно, не следует преувеличивать размеры тех доходов, которыми могли воспользоваться простые мусульмане, например рядовые воины. Так, при халифе Умаре один арабский поэт сетовал на то, что знатные люди присваивают непропорционально большую часть добычи: «Мы участвуем в одних и тех же походах; почему же те живут в изобилии, а мы остаемся в нищете?»

Видимо, стремясь устранить недовольство беднейших слоев населения, Мухаммад вменил в обязанность богатым мусульманам выделять часть средств на милостыню — «очищение» (9 : 60; 22 : 42, 78; 24 : 55; 58 : 14). Позже этот обычай был узаконен в форме благотворительного («очистительного») налога (закят) на богачей, поступления от которого должны были расходоваться на вспомоществование беднякам. В закяте отразилась и трансформированная идея родо-племенной взаимопомощи. Только вместо единоплеменников или сородичей здесь уже фигурировали единоверцы, члены уммы.

Завоевания соседних стран, поступление в Аравию военной добычи, рост доходов феодализирующейся верхушки стимулировали, естественно, и аравийскую торговлю. Расширялись ее рынки, рос оборот. Это отвечало интересам купцов, а заодно и ростовщиков, финансировавших торговые операции. (Запрет ростовщичества обходили, маскируя его под якобы торговые сделки, а проценты — «лихву» — под якобы торговую прибыль.)

Призывы Мухаммада к освобождению рабов, оформившиеся затем юридически в положение мусульманского права о предоставлении свободы принявшим ислам невольникам, привлекли к движению и эту социальную группу, особенно многочисленную за пределами Аравии.

Итак, идеология Корана отразила социальную структуру современного ему аравийского общества. Объединив под знаменем ислама многие социальные слои и классы Аравии, она не только выразила их интересы, но и примирила их на какое-то время, направив наиболее жестокие формы раннефеодальной эксплуатации вовне общины мусульман, на инаковерующих. При этом были использованы традиции и психология родоплеменного общества, но уже в трансформированном виде, объединившем в умме кочевых и оседлых аравийцев. Вот почему эта идеология привела в движение значительные массы арабов, прежде всего кочевые племена.

Глава IV Ислам как образ жизни

Догматика и культ.

Основной догмат ислама — единобожие (таухид) — выражен простой формулой исповедания веры: «Нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммад — посланник Аллаха» (Ля иляха илль Аллаху ва Мухаммадун расулю-л-лахи). Она называется шахада, или ташаххуд, что значит «свидетельство». Произнося эту формулу, мусульманин как бы свидетельствует о принятии принципа монотеизма. Троекратное произнесение шахады перед духовным лицом составляет ритуал обращения в ислам Шахада входит во многие молитвы, в азан — призыв к молитве, совершаемой пять раз в день; ее изображение каллиграфическим арабским письмом украшает мусульманские орнаменты.

Остальная догматика мусульманства тоже довольно проста. Вера во всемогущего, строгого, но справедливого Аллаха связана с представлениями о конце света, Страшном суде и посмертном воздаянии — загробной жизни в раю или аду, смотря по земному поведению. Эти догматы, как уже отмечалось выше, перешли в ислам из более ранних религий — иудаизма и христианства и мало чем отличаются от своих прежних, иудейских или христианских, трактовок.

Мусульманский монотеизм лишь более строг, чем христианский. Он не допускает такого, например, понятия, как троица — распадения единого бога на три ипостаси. Более абсолютно у мусульман и учение о предопределении — кадр. Оно доведено до полного фатализма, слепой покорности судьбе. Кстати, на этом основании некоторые мусульманские богословы осуждают страхование жизни и имущества от несчастных случаев («ибо нельзя обмануть предопределение судьбы»).

Если догматика ислама (иман) проста, то этого нельзя сказать о его культовой практике (дин)[31], которая включает в себя пять основных обязательных положений — пять «столпов» религии (аркан уд-дин): произнесение и признание истинности шахады, ежедневная пятикратная молитва, соблюдение месячного поста, уплату благотворительного налога, паломничество в Мекку.

Некоторые мусульманские богословы рассматривают в качестве еще одного — шестого — «столпа» религии войну против «неверных» — джихад, или газават, которая была одной из главных обязанностей мусульманина, всей мусульманской общины на первом этапе истории ислама. Однако начиная с IX — X веков понятие «джихад» (первоначальное значение — «старание», «усердие») наполнилось новым содержанием. Появилось представление о высшей форме джихада как внутреннем, духовном самоусовершенствовании на пути познания Аллаха. Впрочем, о расширительном толковании этого понятия свидетельствует и раннеисламская поэзия.

Так, поэт Джамиль в своих стихах заявляет, что его любовь к воспеваемой им Бусайне — не что иное, как джихад... Ныне во многих мусульманских странах джихадом называют борьбу за преодоление экономической и культурной отсталости, за прогресс в общественных отношениях. Больше того, исходя из текста Корана, понятие «джихад» можно трактовать в равной мере и с равным основанием не только как военные действия, но и как «мирные усилия». Однако в период арабских завоеваний джихад чаще означал войну с противниками ислама. Такое толкование джихада использовалось и позже (газават Шамиля в борьбе против экспансии царской России на Кавказе в XIX веке), используется и теперь (мусульманскими экстремистами, моджахедами в Афганистане и т. п.).

Молитва.

Мусульманин должен пять раз в сутки совершать молитву — салят: на рассвете, в полдень, во второй половине дня, после захода солнца и в начале ночи. Существует мусульманское предание о том, что во время чудесного путешествия Мухаммада на небеса Аллах заповедовал ему молиться 50 раз в день, но позднее смилостивился и сократил это число в десять раз. Однако скорее всего обычай пятикратной молитвы перешел к мусульманам от зороастрийцев, соблюдавших точно такое же расписание в своих молитвенных ритуалах. Не случайно кроме арабского слова «салят» для обозначения молитвы есть и другое — иранское — слово «намаз». Оно больше распространено именно в том регионе, где до ислама господствовал зороастризм — в Средней Азии, Иране, Афганистане.

[27] Тревер К. В. Якубовский А. Ю. Воронец М. Э. История народов Узбекистана. Ташкент, 1950. Т. 1. С. 153.

[28] Климович Л. И. Ислам. М., 1962. С. 32.

[29] Ацамба Ф. М., Надиразде Л. И. Развитие феодализма в Араб-ском халифате//Историография стран Востока. М., 1977. С. 254.

[30] Марков Г. Е. Кочевники Азии. С. 276.

[31] В данном случае термины «иман» и «дин» приведены в своих узких значениях, хотя вообще-то их смысл весьма широк и разнообразен. Так, «иман» значит не только «догматика», но и «вера» в расширительном смысле этого слова и вместе с тем «вера в истинность ислама». Кроме того, «иман» — «доверие», «уверенность», «безопасность», «гарантия» и т. п. «Дин» обозначает не только культовую практику, но и совокупность религиозных обязанностей мусульманина. В Коране это слово употребляется и в других значениях — религия, вера, воздаяние, долг, суд, в том числе «Страшный суд», например в словосочетании «йаум-уд-дин» — «день (Страшного) суда» (1 :3).Такая многозначность обоих терминов породила в мусульманском богословии самые разнообразные их толкования.