Линейные корабли типа «Кинг Джордж V»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Опрометчивое требование возможности стрельбы прямо по носу на нулевом угле возвышения привело к сильной заливаемости передней башни. Уплотнения орудийных портов оказались неудовлетворительными, и в бое с "Бисмарком" прислуге перегрузочного отделения (в которое стекала вода из башни) приходилось работать по колено в воде. Впоследствии система уплотнения была улучшена, хотя башни продолжали оставаться "мокрыми".

Решение поместить снарядные погреба под зарядными обосновывалось изменением "направления главной опасности". Ближе к второй мировой войне стало очевидным, что сила подводного взрыва мины или торпеды, несмотря на наличие ПТЗ, может с гораздо большей вероятностью вызвать детонацию боеприпасов, чем снаряды противника, от которых по крайней мере можно было обеспечить более надежную защиту при помощи брони. Поскольку снаряды имели меньшую склонность к детонации, чем заряды, их разместили ближе к бортам и днищу, переместив зарядные погреба в центр броневой цитадели. Такое решение применялась на ряде крупных кораблей различных наций, но в силу отсутствия практического опыта в виде боевых повреждений трудно сказать, насколько он был лучше традиционного, при котором зарядные погреба размещались на 1 палубу ниже снарядных, что по крайней мере обеспечивало естественный порядок размещения элементов выстрела в поданном устройстве.

Снаряды в погребе перемещались из стационарного хранилища в специальную кольцевую структуру, находившуюся в нижней части трубы барбета, в которой помещалось по 4 снаряда на каждое орудие (т.е. всего 16 в четырехорудийной башне). Из этого кольцевого хранилища снаряды загружали уже непосредственно в блок подачи, перемещавшийся вертикально вверх до самого орудия. Разделив процесс подачи на 2 этапа, удалось избежать прямой зависимости от скорости загрузки блока подачи, поскольку в нижнем рабочем отделении всегда имелось несколько резервных снарядов в кольцевом промежуточном хранилище. Однако неудачное техническое решение приводило к заклиниванию тяжелых снарядов при их перемещении в это хранилище, в особенности при больших ускорениях (например, при резком повороте). Именно так вышла из строя башня на "Принс оф Уэлс" в бою с "Бисмарком", причем вновь наводиться она смогла только спустя несколько часов.

Интересное решение было применено в подъемном механизме зарядного устройства. Он состоял из двух независимых, но взаимодействующих частей: камеры для снаряда и двух камер для 4 частей заряда (обычно подъемник для снарядов и зарядов либо делался единым, либо применялись полностью независимые устройства. Для синхронизации движения обоих камер применялась лебедка с барабанами различного диаметра, подобранными таким образом, что при подъеме снарядов и зарядов из хранилищ, расположенных на разных палубах, они "догоняли" друг друга непосредственно у казенной части орудия. Напротив, при спуске на примерно 7 м камера для зарядов опускалась на 2,4 м ниже снарядной, причем обе камеры останавливались одновременно.

Управление огнем главного калибра вполне соответствовало весьма высоким требованиям конца 30- х годов. Британская система центральной наводки, последовательно развивавшаяся в течение 30 лет, достигла на "Кинг Джордж V" очень хорошего уровня, в особенности аналоговые вычислительные устройства. Во всех трех артиллерийских боях системы управления огнем линкоров этого типа хорошо удерживали цель, добиваясь на дистанциях около 6-8 миль 5-7% попаданий.

356-мм орудия могли управляться из трех основных пунктов, двух главных и одного вспомогательного. Главными являлись два КДП, а вспомогательным - пункт, оборудованный в возвышенной башне "В", в которой устанавливался сдвоенный 9-метровый дальномер. Основная башенка управления огнем ГК находилась в носу, а бронированный запасной пункт управления - в корме. В обоих директорах двух первых кораблей размещались 15-футовые (4,57-м) дальномеры, а на остальных трех линкорах в передних директорах устанавливались 22-футовые (6,7-м) дальномеры. Кроме того, в каждой башне имелись развитые средства автономного управления стрельбой. Они включали пост местного наведения (LDS - local director sight) состоящий из бинокулярного прицела и сервопривода, а также аналоговую ЭВМ, аналогичную установленным в ЦАП, но несколько упрощенного устройства. Пост располагался между левой парой орудий (в 4-орудийных башнях), а вычислительное устройство - в так называемой "камере тишины", звукоизолированном помещении, располагавшемся в барбете под левым внутренним орудием. Дистанцию определяли с помощью дальномеров, расположенных в задней части башен. В четырехорудийных башнях "А" и "Y" размещались 12,5-метровые дальномеры, в возвышенной башне "В" - сдвоенный 9-метровый. В общем местное управление огнем оценивалось весьма высоко, хотя в автономном режиме оно было лишено данных от радиолокационных станций. Впрочем, дистанция стрельбы при местном управлении не превышала 6-8 миль ввиду относительно небольшого возвышения постов над уровнем воды.

Бурно развивавшаяся в начале 40-х годов радиолокационная аппаратура немедленно занимала свое место на КДП "кингов", заменяя оптические визиры и дальномеры в качестве основного средства определения исходных параметров для стрельбы. Эволюция РЛС в составе вооружения описана ниже. Однако даже при высокой насыщенности радиолокационными средствами английские артиллеристы даже в конце 1943 г. (в бою с "Шарнхорстом") предпочитали вести стрельбу при традиционных методах наблюдения за целью и всплесками. Радиолокаторы использовались главным образом как средства обнаружения и сопровождения целей, а полностью стрельба по их данным велась только в условиях плохой видимости.

Выбор 133-мм калибра для вспомогательной батареи являлся результатом едва ли менее серьезного изучения, чем выбор ГК. С самого начала предполагалось, что вспомогательные пушки должны быть универсальными. Здесь британцы шли на шаг впереди своих будущих противников - немцев и итальянцев. Наличие на корабле, создаваемом в условиях столь жестких ограничений по водоизмещению, двух отдельных калибров, противоминного и зенитного, было бы непростительной ошибкой.

В 30-х годах калибр приемлемых универсальных орудий с точки зрения специалистов Адмиралтейства лежал в весьма узком диапазоне. С одной стороны, 152-мм установки "Нельсона" и "Роднея" (вес снаряда 45,4 кг), теоретически обладавшие возможностью вести огонь по воздушным целям, показали себя слишком тяжелыми и малоскорострельными, и этот путь был отвергнут. С другой стороны, удачное 114-мм орудие, установленное на модернизированных линкорах типа "Куин Элизабет" и линейном крейсере "Ринаун", представлялось слишком слабым для действия по эсминцам и крейсерам противника (вес снаряда около 25 кг). Оставался диапазон калибров от 5 до 5,5 дюймов, из которого была выбрана "золотая середина" - 5,25 дюйма, или 133 мм. Британцы разработали самые крупные из универсальных орудий, ожидая, что они смогут стрелять достаточно быстро для эффективного действия по самолетам, обладая при том сильным останавливающим действием по отношению к легким кораблям. Ожидания однако оправдались лишь в незначительной степени. Теоретически 133-мм полуавтоматические пушки могли давать 12 выстрелов в минуту, однако в ходе разработки указывался уже цикл стрельбы в 6 секунд (10 выстр./мин), а на практике удалось достичь скорострельности в 7-8 выстрелов в минуту. Причиной являлось использование раздельных снаряда и заряда. Последний, хотя он и заключался в металлическую гильзу, требовал отдельной операции досылания. Кроме того, вес самого снаряда (36,5 кг) был слишком велик для того, чтобы подающий персонал смог поддерживать высокий темп в течение хотя бы нескольких минут. Необходимость нескольких ручных операций (вкладывание снаряда в ствол, его досылание, вкладывание заряда) сводила на нет применение полуавтоматики в остальных элементах цикла стрельбы.

Само расположение универсальной артиллерии можно признать весьма удачным и рациональным. Установки, расположенные в два яруса, имели хорошие углы обстрела практически во всех направлениях и позволяли сосредотачивать или разделять огонь как по морским, так и по надводным целям. Угол возвышения равнялся 70°, снижения - 9°. Максимальная дальность составляла 115 каб. - достаточно для боя с любыми легкими кораблями и даже с линкорами. На практике англичане пытались применить 133-мм пушки во всех трех боях с германскими линкорами (с разным, но всегда весьма небольшим успехом, что обуславливалось размером и бронированием противника). По менее крупным надводным кораблям их опробовать так и не удалось, но судя по действиям вооруженных теми же пушками крейсеров ПВО, они выглядели бы на средних дистанциях вполне убедительно.

Для целей ПВО 133-мм орудия оказались менее пригодными. Большая досягаемость по высоте (почти 15 км) позволяла развивать эффективный огонь по высоколетящим целям. Сбить самолет удавалось крайне редко, но многие из них получали более или менее серьезные повреждения. Даже в ходе крайне неудачного боя "Принс оф Уэлс" с японской авиацией свыше половины атаковавших с высоты "Неллов" и "Бетти" имели осколочные попадания, но все они вернулись на базы, расположенные на большом расстоянии, что свидетельствует о незначительности повреждений. Зенитный снаряд имел механический дистанционный взрыватель (часовой механизм), достаточно надежный, но уже неэффективный по скоростным самолетам. Автоматический прибор установки дистанции располагался рядом с орудием и позволял быстро вводить скорректированные данные, но всегда с запозданием на один залп. Ни до войны, ни в ее ходе англичанам не удалось создать ничего подобного американскому радиолокационному взрывателю - единственному средству, позволявшему вести неприцельный по дальности, но при этом высокоэффективный огонь по воздушным целям.

133-мм спаренная установка Mk II

Еще хуже обстояло дело при стрельбе по низколетящим самолетам. Большая скорость сближения при небольшой дальности эффективного обнаружения атакующих торпедоносцев делала несущественными достоинства относительно крупнокалиберного орудия (дальность и вес снаряда), подчеркивая его недостатки (низкая скорострельность, большой вес, и, как следствие - малая скорость наведения в обоих плоскостях). Последний бой "Принс оф Уэлс" продемонстрировал это особенно наглядно. При отражении атаки низколетящих торпедоносцев 133-мм орудия могли сделать два-три нацеленных по направлению выстрела, практически без надежды на правильную установку по дистанции. В этом отношении они были не много полезнее любых других пушек среднего калибра, которые вели огонь по воде на постоянном прицеле в километре-двух от корабля, ставя завесу из всплесков и осколков. Ситуация ни в коем случае не исключительная, напротив, чрезвычайно характерная для линкоров всех стран (за исключением может быть США).

Система управления универсальным калибром по проекту состояла из четырех КДП HACS Mk III, расположенных по "схеме прямоугольника": по 2 директора с каждого борта на передней и задней надстройках. Однако уже при вступлении в строй оборудование заметно отличалось от проектного. Недостаток директоров для универсальных орудий, с одной стороны, и справедливое желание улучшить возможности ПВО с другой, привели к отклонениям от проекта. На первых двух единицах ("Кинг Джордж V" и "Принс оф Уэлс") были установлены по 4 директора HACS Mk IV с полной стабилизацией в двух плоскостях. Остальные корабли серии получили директоры HACS Mk V, отличавшиеся от предшествующей марки более просторными помещениями для установки радиолокационной аппаратуры, которая теперь органически входила в состав комплекса. (Директоры Mk IV оказались слишком тесными для размещения электроники). На "Энсон" в ходе модернизации 1944-1945 годов КДП Mk V заменили на следующую модель Мк VI, принципиально отличавшуюся от предыдущих, которые являлись последовательным развитием одной и той же схемы. "Энсон" стал единственным большим кораблем ВМС Великобритании, имевшим эту совершенную для своего времени систему.

Основу автоматического зенитного вооружения новых линкоров составили многоствольные "пом- помы". Эти 2-фунтовые (40-мм) пушки восходят к старому орудию Виккерса времен первой мировой войны, автоматика и принцип действия которого почти полностью повторяли пулемет Максима. Несомненным достоинством его являлась довольно высокая скорострельность (практическая 100-115 выстр./мин), в свое время превосходившая скорострельность любого легкого орудия. Еще одним существенным фактором для англичан был огромный запас боеприпасов для этих пушек, оставшийся со времен 1916-1918 годов. Разработанная в 1927 г. многоствольная установка превосходила все зарубежные зенитные средства ближнего действия, и за этим успехом как-то отошел на второй план тот факт, что она не имела перспектив. Коренными недостатками являлась малая начальная скорость. При длине ствола в 40,5 калибров они равнялась всего 701 м/сек - достаточно для борьбы с "этажерками" 20-х годов, но слишком мало для скоростных монопланов конца 30-х и тем более 40-х годов. Из-за низкой начальной скорости дальность составляла всего 4500 м, причем прицельная - вдвое меньше. Вторым фатальным недостатком являлась подача боеприпасов. Удачная по идее (непрерывная лента), она была нелепой по осуществлению: снаряды помещались в ячейки брезентовой ленты, которую на практике постоянно заедало. В этом отношении обойменное питание 40-мм "бофорсов" и 37-мм немецких автоматов оказалось значительно более надежным. Кроме того, сам снаряд, имевший контактный взрыватель, был неудовлетворительным, поскольку требовал прямого попадания. При действии по японским торпедоносцам "пом-помы" просто не успевали развить прицельный огонь до момента сброса торпед.

Сама 8-ствольная установка Мк VI имела большой вес - 16 тонн, что обуславливало наличие механического привода, а, значит, зависимости от источников энергии. Скорость вертикальной и горизонтальной наводки равнялась 25 град./сек - слишком мало для быстро перемещающихся в поле прицеливания пикировщиков. Боезапаса (1800 снарядов на ствол) хватало на 15-20 минут ведения огня, чего при продолжительных операциях в зоне действия авиации противника было недостаточно.

Первоначально предполагалось иметь на линкорах по четыре 8-ствольных установки Мк-VI и столько же 4-ствольных 12,7-мм зенитных пулеметов, однако еще в ходе постройки последние заменили на две дополнительные установки Mk-VI. 48 стволов представлялись проектантам достаточной защитой, однако первые же бои с авиацией показали, что даже такое количество автоматов не дает полной гарантии. Рассматривались различные варианты усиления зенитного вооружения, но выбран был наихудший из них. Англичане отдали предпочтение экстравагантному и совершенно непроверенному средству: зенитным неуправляемым ракетам UP. Пусковые установки представляли собой огромные коробчатые блоки из 20 направляющих, похожие на ПУ противолодочных торпедо-ракет "Асрок", из которых залпами отстреливались невращающиеся (отсюда название UP - Unrotated Projectile) 76-мм ракеты, которые несли 127-мм антенную "воздушную мину". На высоте 300 м мина разрывалась, выпуская 3 парашюта и 120-метровую проволоку, на конце которой находилась небольшая бомба, имевшая возможность свободно скользить по проволоке. Предполагалось, что самолет будет попадать в сеть из проволочных антенн, после чего бомба подтягивалась бы к нему и взрывалась. Излишне говорить, что эта остроумная идея оказалась совершенно непрактичной, как и многие другие полуфантастические "средства ПВО". Невращающиеся ракеты имели слишком нестабильную траекторию, а парашюты были сильно подвержены влиянию ветра. Тем не менее, в 1940 г. головной корабль серии, "Кинг Джордж V", получил 4 блока UP - один на возвышенной носовой башне "В", два на кормовой башне "У" и еще один вместо расположенного в самой корме "пом-пома", который все равно испытывал сильную тряску на большом ходу. "Принс оф Уэлс" имел на одну установку меньше (на башне "Y" устанавливался только один пакет направляющих). Ни один из линкоров ни разу не применял это сомнительное оружие, весившее несколько десятков тонн и исключительно пожароопасное. (Запасные ракеты хранились в железных ящиках рядом с установками. Практически достоверно, что на линейном крейсере "Худ", также вооруженном этими ракетами, имел место пожар, связанный именно с боезапасом для установки UR, хотя маловероятно, что он стал причиной взрыва корабля.) Сразу после боя с "Бисмарком" ракетные установки с "Принс оф Уэлс" и "Кинг Джордж V" сняли, а на остальных кораблях серии они не монтировались вообще.

После фиаско "проволочной минной сетки" англичане перешли к более разумным путям усиления зенитной мощи своих новейших линкоров. Хорошо зарекомендовавшие себя лицензионные шведские 40- мм автоматы "Бофорс" и швейцарские 20-мм "Эрликон" в одинарных установках не требовали силового привода и могли устанавливаться практически в любом удобном месте большого корабля. (Впоследствии одноствольные "эрликоны" были почти полностью вытеснены спаркой на установке, аналогичной установке для одноствольного "бофорса"). Кроме того, эффективная дальность "бофорсов" вдвое превышала показатели для 2-фунтовок, а "эрликоны" имели вчетверо большую скорострельность при примерно той же досягаемости по высоте. Здесь уместно отметить, что "импортные" автоматы оказались единственным видом зенитного вооружения, способным участвовать в отражении последней атаки японских самолетов на тяжело поврежденный "Принс оф Уэлс" (см. ниже историю службы). Их использование ограничивалось только острым дефицитом самих орудий, поэтому наряду с ними продолжали усиливать ПВО при помощи дополнительных "пом-помов". В ходе войны линкоры типа "Кинг Джордж V" неоднократно проходили мелкие модернизации с установкой дополнительных зенитных стволов. Сводные данные по их зенитному вооружению в различные периоды приведены ниже.

При вступлении в строй в декабре 1940 г.: 4 8- ствольных "пом-пома" и 4 установки "UP".

В декабре 1941 г.: Установлены дополнительные "пом-помы" Мк VII на задней башне и Мк VI на возвышенной передней башне, а также 18 20-мм автоматов. Ракетные установки сняты. К концу 1943 г. добавлено еще 20 "эрликонов".

"Кинг Джордж V" в 1940 году (верх) и после модернизации 1944 года (низ) Зенитное вооружение значительно усилено.

После модернизации в Ливерпуле в первой половине 1944 г. к июлю произошли следующие изменения: 4-ствольный "пом-пом" Мк VII на задней башне заменен на 8-ствольный Мк VI. Еще два "пом-пома" Мк VI установлены на задней надстройке. Два 4- ствольных 40-мм лицензионных "бофорса" американского производства (Мк II) размещены на той же задней надстройке. Сняты 12 одноствольных "эрликонов"; вместо них появилось 6 двухствольных установок Мк V, так что общее количество 20-мм стволов не изменилось. К концу войны вместо двух одноствольных "эрликонов" было установлено два одноствольных "бофорса" с ручным приводом.

При вступлении в строй в марте 1941 г.: 4 8- ствольных "пом-пома" и 3 установки "UP", а также одна установка "Бофорс" Мк III на квортердеке.

В ходе переоборудования в Розайте в июне- июле 1941 г. перед отправкой на Дальний Восток добавлены два 8-ствольных "пом-пома" на задней и возвышенной передней башнях вместо снятых установок "UP".

При вступлении в строй в ноябре 1941 г.: шесть 8-ствольных "пом-помов" Мк VI и 6 одноствольных "эрликонов". В апреле 1942 г, добавлено еще 8 таких же 20-мм установок.

При переоборудовании в Розайте в конце 1942 - начале 1943 г. добавлено 14 "эрликонов" (всего стало 28 20-мм автоматов). К середине 1944 г. два одноствольных "эрликона" заменены на двухствольные установки Мк V.

В ходе модернизации в Ливерпуле с сентября 1944 г. по апрель 1945 г. добавлены две 8-ствольные 40-мм установки Мк VI (на задней надстройке), два 4- ствольных 40-мм лицензионных "бофорса" американского производства (Мк II) (там же), и шесть 4- ствольных "пом-пома" Мк VII (2 на сигнальном мостике, 2 по бокам от возвышенной башни и 2 на квортердеке. Кроме того, дополнительно установлено шесть спаренных "эрликонов" Мк V и 15 одноствольных "эрликонов".