Линейные корабли типа «Кинг Джордж V»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Боевую деятельность линкоров типа "Кинг Джордж V" в течение 5 лет войны можно условно разделить на три этапа. Построенные в качестве основной силы Флота метрополии, они с момента вступления в строй оставались в водах Северного моря. Их главным противником являлись германские линейные корабли - построенные до войны "Шарнхорст" и "Гнейзенау" и входившие в строй новейшие "Бисмарк" и "Тирпиц". Прорыв в 1939 - 1940 годах крупных немецких кораблей в Атлантику, на пути следования жизненно важных для Англии конвоев, заставило использовать в отечественных водах все наиболее современные линкоры и линейные крейсера. Тактически задача Адмиралтейства по предотвращению прорыва выглядела весьма сложной, поскольку британские корабли индивидуально заметно уступали противнику либо по скорости, либо по защите. Неудивительно, что новейшим линкорам пришлось вступить в дело прямо "с колес", не достигнув полной боевой эффективности. Базируясь в основном на Скапа-Флоу, они действовали в основном в водах к северу от Шотландии, перекрывая "дорогу" в Атлантику для "Бисмарка" и "карманных линкоров" и путь домой - застрявшим во Франции "Шарнхорсту" и "Гнейзенау". Главным событием данного этапа стала охота за "Бисмарком", закончившаяся гибелью крупнейшего из германских рейдеров.

После потопления "Бисмарка" и рейда британских сил на Лофотенские острова в мае 1941 г. произошла существенная перегруппировка надводных сил Кригсмарине. Опасаясь высадки союзников в Норвегии, Гитлер и командование флота (ОКМ) сосредоточили в северных портах этой страны практически все крупные боевые корабли. Немедленно возникла угроза северным конвоям, осуществлявшим поставку вооружения по "ленд-лизу" в Советский Союз. Британским линкорам пришлось переориентироваться на действия в Арктике. Там требовались быстроходные единицы с современным радиолокационным оборудованием. Этим требованиям удовлетворяли только "кинги". Им пришлось провести почти два года в походах в тяжелейших погодных условиях, но и здесь их деятельность увенчалась существенным успехом - потоплением "Шарнхорста".

Затем для последней серии английских линкоров настала передышка. Уничтожение или вывод из строя на продолжительное время всех линейных сил Германии и капитуляция Италии позволили осуществить в 1944 - начале 1945 г. наиболее существенные модернизации кораблей этого типа. Главным противником на море теперь стала Япония. Англичане желали принять участие в ее разгроме, вернуть захваченные колонии и отомстить за позор падения Сингапура. Для этой цели опять-таки реально подходили только новейшие корабли, и все уцелевшие 4 "Кинг Джордж V" в 1945 г. перекочевали на Дальний Восток. Отсутсвие на британском оперативном направлении сколь- нибудь значительных морских сил японцев позволило провести линкорам третий основной этап своей военной службы без потерь и даже без боевых столкновений.

Хотя английские линкоры провели в море гораздо больше времени, чем их германские и японские противники, действуя в трех океанах, в общем их службу нельзя считать чрезмерно напряженной. Даже наиболее активно использовавшиеся единицы за 5 лет не совершили и двух десятков дальних походов. Не только боевое столкновение, но и просто обнаружение противника являлось чрезвычайным событием. Ни один из кораблей серии не исчерпал ресурса стволов своих орудий главного калибра. Зато очень много времени им пришлось провести в базах в состоянии боевой готовности, чтo сильно изматывало команду и оставило у всех служивших на них впечатление о годах войны, как о тяжелейшем времени.

Боевая история последней серии английских линкоров началась в начале декабря 1940 г. Адмирал Форбс уступил свое место в качестве командующего Флотом метрополии адмиралу Дж.Тови. В этот момент "Home Fleet" включал 3 линкора и 2 линейных крейсера ("Кинг Джордж V", "Нельсон", "Родни", "Худ", "Рипалс") и 11 крейсеров. Только что вошедший в строй "Кинг Джордж V" (официально зачисленный в списки действующего флота 11 декабря) прошел ходовые испытания в море у Оркнейских островов. Линкор еще совершенно не был готов к боевым действиям. Его первым заданием был представительский рейс в США, куда он должен был доставить нового посла Великобритании, лорда Галифакса. 15 января 1941 г. "Кинг" был послан в дальний поход из Скапа-Флоу в зал.Чезапик на другой стороне Атлантики. 24 января он прибыл на место и на следующий же день вышел обратно в Англию, охраняя конвой, состоявший из 24 нефтеналивных судов.

Поскольку "Кинг Джордж V" был занят конвоированием, первый серьезный выход Флота метрополии в конце января 1941 г. на перехват "Шарнхорста" и "Гнейзенау" состоялся без нового линейного корабля. Этот выход немцев (операция "Берлин") окончился безрезультатно. Между тем головному кораблю серии удалось опробовать свои пушки. В начале марта 1941 г. состоялся рейд британского флота на занятые немцами Лофотенские острова. "Кинг Джордж V" находился в прикрытии и открыл огонь с большой дистанции по германскому разведывательному самолету.

В конце марта оба боеспособных германских линейных корабля - "Шарнхорст" и Тнейзенау" - вновь вышли в Атлантику. Угрожаемое положение важных атлантических конвоев заставило задействовать все еще не вполне боеготовый "Кинг Джордж V". Он был послан через океан в район о.Ньюфаундленд прикрывать конвой "НХ-115". По данным разведки Адмиралтейство предполагало, что "Шарнхорст" и "Гнейзенау" сделают попытку вернуться в Германию через северные проливы, поэтому южнее Исландии с 17 по 20 марта находился ЛК "Нельсон", крейсер "Нигерия" и 2 эсминца. Явная слабость этого отряда заставила отозвать со своих позиций другие линкоры, в том числе "Кинг Джордж V", который проделал обратный путь через Атлантику на большой скорости. Механическая установка линкора работала вполне нормально, однако недостаточный запас топлива постоянно напоминал о себе: необходимо было все время пересчитывать остающийся запас и менять режимы хода. Впрочем, усилия оказались напрасными, поскольку немецкие корабли вернулись в Брест 28 марта, и британские силы вернулись на свои базы.

До наиболее серьезного испытания в судьбе новых британских линкоров оставалось всего 2 месяца. Хотя "Шарнхорст" и "Гнейзенау" находились в ремонте во Франции, новейший германский линейный корабль "Бисмарк" был готов выйти в море уже к 1 мая. Линейные силы Флота метрополии располагались следующим образом. В Скапа-Флоу сосредоточились "Кинг Джордж" и только что вошедший в строй "Принс оф Уэлс", а также малоскоростной "Родни". "Худ" базировался на Исландию, обеспечивая конвои южнее этого острова. Командовал Home Fleet адмирал Тови, флаг которого развевался на "Кинг Джордж V".

Британская разведка по различным каналам вовремя получила донесения о выходе на операцию против судоходства в Атлантическом океане "Бисмарка", которого сопровождал тяжелый крейсер "Принц Ойген". Немецкие корабли двинулись в свой долгий путь от острова Рюген 19 мая, а уже на следующий день их обнаружил шведский крейсер "Готланд", давший сообщение в Стокгольм. Когда германские суда прибыли в Берген, английская "машина" уже была запущена. Тщетно командовавший соединением адмирал Льютенс попытался сэкономить время и даже нб дозаправил свой линкор в этом норвежском порту, стремясь как можно скорее добраться до просторов Атлантики.

В Датском проливе его уже ждали дозорные крейсера "Саффолк" и "Норфолк". Тови выслал на поддержку и перехват отряд адмирала Холланда в составе линейного крейсера "Худ" и новенького "с иголочки" "Принс оф Уэлс", на котором еще продолжали трудиться техники-специалисты по установке вооружения. Их сопровождали 6 эскадренных миноносцев. ^й' Сам Тови на "Кинг Джордж V" оставался в Скапа- Флоу, ожидая дальнейших сообщений. 22 мая и он двинулся в Атлантику, располагая свой отряд таким образом, чтобы он образовал вторую линию обороны на пути прорыва немцев. Вечером 23 мая "Саффолк" обнаружил радиолокатором оба германских корабля. Вскоре к нему присоединился "Норфолк", и охота началась.

Холланд с "Худом" и "Принсом" следовал курсом перехвата прямо на немцев, надеясь выйти на видимость противника на рассвете 24 мая. Адмирал стоял перед серьезными проблемами, поскольку скорость его отряда уступала скорости "Бисмарка", а защита не прошедшего ни одной большой модернизации "Худа" вызывала большие сомнения. Не меньшие сомнения вызывала боеспособность ни разу не стрелявшего по цели "Принс оф Уэлс". Холланд решил, что оптимальной дистанцией боя будут 5-6 миль, когда "Худ" выйдет из зоны уязвимости своей палубы, а пояса обоих британских корабля еще не будут пробиваться 380-мм снарядами "Бисмарка".

Команды заняли боевые посты вскоре полуночи. Видимость быстро ухудшалась, и вскоре после 2 часов утра Холланд повернул на курс 200 и отделил эсминцы, надеясь увеличить зону поиска. Поняв, что шансы вступить в бой до рассвета минимальны, он разрешил прислуге спать у орудий, но напряжение было столь велико, что практически никто не воспользовался этой возможностью. В 2-14 скорость увеличили до 26 узлов, а спустя 8 минут - до 27 узлов. За несколько минут до 3 утра "Саффолк" восстановил контакт с немцами, которые по прокладке располагались всего в 15 милях к северо-западу. Видимость постепенно улучшалась с 50 каб. до примерно 12 миль около половины пятого. Холланд дважды изменил курс: в 3-21 англичане пошли курсом 220, а 20 минут спустя довернули еще на 20 градусов (курс 240). В 3-53 корабли дали полный ход - 28 узлов. Противники стремительно сближались.

Состояние полной боевой готовности на английских кораблях было объявлено в 5-10. А спустя 15 минут оба "немца" показались из рассветной мглы на расстоянии около 20 миль по курсу 335 градусов. Холланд вновь совершил два последовательных поворота на противника: в 5-37 на 40 градусов и через 12 минут еще на 20, и лег на курс 300. "Принс оф Уэлс" занял позицию в 4 каб от флагмана, сзади и справа от него.

Англичане оказались в невыгодном тактическом положении, поскольку их кормовые башни находились в мертвом угле. Холланд пытался выйти в нужную позицию путем нескольких последовательных поворотов, двигаясь между ними прямым курсом. Это решение впоследствии критиковалось, поскольку если бы британский отряд продолжал двигаться прежним курсом, то вскоре немцы принуждены были бы отвернуть сами, или попасть под охват с носа. Зная о слабости палубной защиты своего флагманского корабля, адмирал стремился как можно быстрее сблизиться с противником.

В 5-52 открыл огонь "Худ", а спустя минуту свой первый залп с 120 каб. дал "Принс оф Уэлс". Стреляли только 5 орудий (одна из пушек в носовой 4- орудийной башне не действовала). Залп лег перелетом. Поскольку на флагмане неверно определили цель (в германском отряде головным шел "Принц Ойген", а близость силуэтов затрудняло распознавание почти одинаковых по длине кораблей), "Худ" вел огонь по тяжелому крейсеру. На "Принс оф Уэлс" правильно определили, что "Бисмарк" идет вторым, и с самого начала стреляли по германскому линкору. Тем не менее, неудача с распределением огня и невозможностью ввести в дело всю артиллерию сказались на завязке боя. В 5-55 Холланд отдал свой последний приказ - довернуть на 20 градусов влево (" Принс оф Уэлс" в этот момент дал свой восьмой залп). В этот момент "Худ" взорвался, пораженный пятым залпом "Бисмарка", сам дав 5 или 6 залпов. "Принс оф Уэлс" остался один против двух противников. Седьмой залп "Бисмарка" уже был направлен в новую цель.

Неполадки в артиллерийских системах главного калибра привели к тому, что после поворота линкор сразу же начал стрелять трехорудийными залпами вместо нормальных 5-орудийных. Сбои в работе механизмов горизонтальной и вертикальной наводки в обоих 4-орудийных башнях заставляли пропускать залпы. Инженеры и техники фирмы "Виккерс- Армстронг" работали вместе с командой, то и дело исправляя повреждения. По контрасту удивительно надежно функционировала двухорудийная башня "В", остававшаяся в ходе боя единственной регулярно стреляющей. За 14 минут "Принс оф Уэлс" выпустил всего 18 залпов, стреляя после доворота половиной орудий каждой башни, в основном трехорудийными залпами). В результате из 74 "заказанных" снарядов было выпущено всего 55 (74%). Носовая башня "А" страдала не только от отказов механики, но и от потоков воды, лившейся непрерывным потоком из верхней части барбета в рабочее отделение. Засорившиеся спускные отверстия не позволяли даже слить ее в нижние помещения, и прислуге пришлось работать по колено в воде до тех пор, пока башню не заклинило. Начиная с 90 кабельтовых, в дело вступила 133-мм универсальная артиллерия, которая, однако, дала только 3 залпа. Вывод из строя трех директоров из 4 практически лишил линкор второго калибра, который, впрочем, вряд ли был бы полезен на столь значительных расстояниях. ("Бисмарк" также вел огонь из 150- мм пушек, а "Ойген" даже из 105-мм зениток, но эти калибры не дали ни одного попадания).

В 6-03 дистанция упала до 70 кабельтовых, и кэптен Лич, понимавший что решительный бой может привести только к трагедии, приказал увеличить ее. Спустя 2 минуты была поставлена дымзавеса, под прикрытием которой "Принс оф Уэлс" отвернул и вышел из боя. На повороте готовый к подаче снаряд в погребе кормовой башни под действием центробежной силы выскользнул из желоба и заклинил вращающуюся структуру башни, погнув шарнирный лоток. Линкор остался с двумя действующими орудиями главного калибра. На исправление повреждения лотка потребовалось более двух часов, а еще спустя 3 часа можно было использовать 9 орудий из 10.

Тем не менее, "Принс оф Уэлс" в неравном бою достиг определенного успеха, который некоторые из исследователей считают даже решающим для последующих событий. Он добился трех попаданий в "Бисмарк", два из которых оказались весьма существенными. Один из снарядов пробил ПТЗ под главным поясом прямо под передней надстройкой, вызвав затопление. Но наиболее неприятным оказалось попадание в носовую часть примерно на середине расстояния между форштевнем и передней башней ГК. Снаряд легко пробил 60-мм легкий пояс около ватерлинии, не взорвавшись прошел наискосок через главную поперечную переборку между двумя водонепроницаемыми отсеками, и вышел через аналогичный пояс с другого борта, вскрыв в нем отверстие диаметром 1,5 м. Результатом явилась не только значительная потеря находившегося в нижних помещениях топлива, смешавшегося с водой, но и выход из строя системы его перекачки в носовой части. Это попадание по сути дела сорвало атлантический поход "Бисмарка" и привело его к последующей гибели. В сущности, дебют нового типа английских линкоров можно считать вполне удовлетворительным. В своем первом бою явно недостаточно подготовленный "Принс оф Уэлс" добился более 5% попаданий - примерно столько же, сколько хваленые в отношении артиллерийской подготовки германские корабли.

Немцы выпустили 93 бронебойных 380-мм 179 фугасных и бронебойных 203-мм снарядов. "Принс оф Уэлс" получил 7 попаданий: три 380-мм снаряда с "Бисмарка" и четыре 203-мм с "Ойгена". Британский линкор отделался довольно легко, поскольку практически все повреждения не сказались на его боевых возможностях.

Повреждения "Принс оф Уэлс" в бою с "Бисмарк" и "Принц Ойген"

Первый же 380-мм снаряд пронизал переднюю надстройку на уровне компасной платформы и вышел с левого борта, не взорвавшись. Трудно даже представить себе, что бы он смог наделать, если бы взрыватель сработал. Но даже и в этом случае воздушной волной и осколками обшивки переднего мостика были убиты или ранены все, находившиеся на мостике, кроме командира корабля и старшего сигнальщика - практически все, пострадавшие в бою. Оба отверстия от снаряда были гладкими и ровными, а сила удара почувствовалась только непосредственно на мостике. В расположенной ниже штурманской рубке мысль о повреждениях пришла в голову находившихся там только тогда, когда из переговорной трубы потекла кровь убитых и раненых на верхнем мостике. Кабели и рулевой привод не были перебиты, и управление кораблем и связь не пострадали.

Около 6-02 снаряд попал в основание носового директора вспомогательной артиллерии правого борта. Пройдя через него, он оборвал всю проводку аналогичного КДП левого борта, выведя из строя оба директора, пробил штурманскую рубку и разрушил цистерны горячей и холодной воды, потоки которой мешали людям на мостике до тех пор, пока не догадались отключить насос. Оборудование рубки, включая эхолот, было уничтожено. Проходя через рубку, снаряд изменил траекторию и вышел через внешнюю продольную переборку, оставив в ней дыру размером 1x1,4 м. В некоторых источниках указывается, что это был 380-мм снаряд с "Бисмарка", однако размер и характер повреждений свидетельствует о том, что скорее всего он был 203-мм и "прибыл" с "Принца Ойгена". Оба директора ввели в строй только через сутки, наладив временную проводку.

Следующий 380-мм снаряд попал в стойку крана на высоте 3 м над шлюпочной палубой, срикошетировал и взорвался за второй трубой, осыпав осколками всю середину корабля. В трубе образовалась пробоина размером 0,9x1,5 м; кран вышел из строя. Готовый к взлету гидросамолет "Уолрус" был изрешечен осколками и его пришлось срочно катапультировать за борт. Множество осколков прошили трубу и шлюпочную палубу, разлетевшись почти на 20 м. 4 из них достигли левого заднего директора 133-мм орудий, тяжело ранив в нем 1 человека. Еще более серьезным оказалось повреждение рабочего помещения радиолокатора "Тип 285" двумя осколками, убившими или ранившими всех техников и операторов. Многие электрокабели и стояк пожарной магистрали были перебиты. На этом фоне погром, учиненный на шлюпочной палубе, казался детской шалостью. 2 шлюпки были уничтожены полностью, еще 2 пришлось списать за негодностью к починке, еще 7 впоследствии отремонтировали. К счастью, бензин из катеров был слит перед боем, и большого пожара не возникло, а несколько мелких очагов удалось быстро ликвидировать. Воздействие этого снаряда дает представление о том, насколько серьезны даже для современного большого корабля последствия на первый взгляд "бесполезного" попадания.

Гораздо меньшие повреждения вызвал неразорвавшийся 203-мм снаряд, также попавший в шлюпочную палубу. Он пробил моторный катер правого борта, вошел в надстройку и ударился в 37-мм броневую плиту основания 133-мм установки противоположного, левого борта. Угол попадания составлял примерно 20 гр. от нормали, и снаряд легко пробил броню, оставив в ней дырку почти правильной круглой формы, диаметром чуть больше своего калибра. При этом он отклонился вверх и попал в 19-мм кольцевой барбет под невыгодным углом, образовав в нем полуметровую дыру, еще раз срикошетировл и ударился в кромку швеллера палубного бимса на расстоянии примерно 9 м от пробоины в броне. 133-мм установка осталась в строю, но вновь было перебито несколько электрических кабелей. Еще раз отразившись от 37- мм нецементированной брони, он окончательно потерял скорость и упал на палубу. Впоследствии его просто выбросили за борт. Данное попадание является яркой иллюстрацией причины несрабатывания взрывателя при последовательном попадании в несколько преград, постепенно гасящих скорость снаряда.

Следующий 203-мм снаряд попал в небронированную обшивку позади кормового траверза, оставив в ней отверстие диаметром около 0,45 м. Пройдя внутри корпуса более 3 м, он взорвался, вызвав лишь незначительные осколочные повреждения каютных перегородок. Единственным видимым последствием было затопление шахты правого вала через воздушную коммуникацию и нескольких мелких помещений по правому борту.

Еще один снаряд того же калибра проследовал под водой и поразил кормовую часть корпуса в полутора метрах ниже ватерлинии рядом с баллером руля. Взрыв произошел очевидно в момент прохождения обшивки, в которой осталась пробоина 0,5x0,2 м, и не был полноценным. Головная часть снаряда отделилась, ударила в наклонную часть 88-мм броневой защиты рулевой машины и вылетела наружу примерно в 2 м от места попадания. . Броня пробита не была, и повреждения ограничились деформацией нижней броневой палубы, которая выпучилась на протяжении 6 м. Местные затопления кают и шкиперской дали незначительный крен на правый борт, немедленно устраненный контрзатоплениями.

Наконец, еще одно потенциально очень опасное попадание 380-мм снаряда даже не было замечено в ходе боя. Этот снаряд прошел под водой около 30 м, поразив правый борт в 8,5 м под ватерлинией чуть выше скулового киля, оставив дыру диаметром около полуметра. Движение в воде погасило его скорость, которой хватило на то, чтобы пробить обшивку две переборки по 9,5 мм, и пройти 3,7 м внутри корабля под углом 45 гр. к диаметральной плоскости. В конце концов снаряд уткнулся головной частью в главную ПТП во внутреннем (пустом) отсеке ПТЗ, выщербив в ней небольшую вмятину. Попадание обнаружилось только при осмотре корабля в доке в Розайте. Германский снаряд находился в хорошем состоянии, его взрыватель оставался на месте, но баллистический наконечник был содран при прохождении обшивки и переборок. Если бы взрыватель сработал, "Принс оф Уэлс" мог получить крайне неприятные повреждения, поскольку за переборкой располагалось отделение дизель-генераторов. Но и при непробитии в это помещение начала поступать вода и нефть из пробитой и затопленной ПТЗ. В остальном воздействие этого снаряда на боевые возможности оказалось минимальным, лишь незначительно снизив скорость и вызвав утечку топлива с соответствующим падением дальности.

Тем не менее, счастливо избежавший смерти Лич оказался в чрезвычайно неприятном положении. Его корабль, не потерявший своих оборонительных свойств и скорости, остался практически беззащитным перед 16 пушками главного калибра противника - против двух своих. Выход из боя, совершенно логичный и вполне одобренный старшим начальником "на месте", контр-адмиралом Уэйк-Уокером, все же послужил основанием для служебного расследования. Обвиненному в "недостаточной активности" Личу могла грозить отставка, если бы не решительная защита его (и обвиненного в том же сомнительном "грехе" Уэйк-Уокера) со стороны командующего Флотом метрополии.

Часто высказывается прямо противоположная мысль, что недостаточно активным оказался Льютенс. Некоторые наши современники считают, что немцам следовало бы добить "Принс оф Уэлс" и вернуться домой. Такое мнение очень напоминает предложение адмиралу Рожественскому "броситься" на японцев в первые минуты Цусимского боя. Поврежденный в носовой части германский линкор имел в этот момент примерно такую же скорость, как "англичанин". Даже если бы "Бисмарк" сразу лег на курс преследования, ему пришлось бы долго вести огонь из двух передних башен, идя против волны и ветра в условиях северной Атлантики. Возможные попадания на остром курсовом угле с кормы были бы для "Принс оф Уэлс" не слишком опасны; во всяком случае, он сохранил бы ход. При бое на отходе вооруженные торпедами 2 английских тяжелых крейсера более чем уравновешивали возможную помощь со стороны "Принца Ойгена". Так что даже чисто боевые шансы германского отряда представляются достаточно сомнительными. Далее, на "Бисмарке" не знали, насколько сильно поврежден корабль противника и почему он вышел из боя. Но гораздо большее значение имеют оперативные и стратегические соображения. Льютенс не имел никакого представления о расположении и составе британских морских сил. В любой момент и с любой из трех сторон горизонта (кроме, пожалуй, северо- запада, где находилась Гренландия и льды) он мог ожидать появления кораблей противника. В частности, они могли находиться на пути его отхода. Не менее важно то задание, которое получил немецкий адмирал. Уничтожение конвоев могло принести гораздо больший политический и материальный эффект, чем повреждение второго британского линейного корабля.