Линейные корабли типа «Кинг Джордж V»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Подстегнутый резкой радиограммой из Адмиралтейства, Уэйк-Уокер сосредоточил оба своих крейсера и "Принс" в одну колонну, намереваясь при удобном случае вновь вступить в бой. Желание это все же не было слишком активным, и когда "Бисмарк" повернул на англичан, прикрывая отход "Ойгена", они предпочли уклониться, причем "Принс оф Уэлс" не дал ни одного залпа. Сомкнутое построение несло в себе риск потерять противника, что и произошло в условиях очень плохой видимости рано утром 25 мая. Все попытки восстановления контакта оказались безуспешными. между тем запас топлива на "Принсе" уменьшился до критических пределов, и после очередного донесения о состоянии дел находившийся на "Кинг Джордж V" Тови отдал Личу приказ идти в базу.

После заправки топливом в Исландии "Принс оф Уэлс" отправился в Розайт для ремонта и доводки башенных механизмов. (В походе шарнирные лотки в башне "Y" заклинивались еще два раза!) В своем донесении о бое кэптен Лич отметил ряд существенных недостатков конструкции линкора, в частности необходимость улучшить вентиляцию отсеков котельных отделений вспомогательных машин, в которых в ходе сражения температура повысилась до 49°С. Он указал также на полную беззащитность от осколков помещений управления радарами, директоров вспомогательного калибра и большинства электро- и сигнальных коммуникаций. Отмечалось также заливание башни "А" и высокая пожароопасность деревянных шлюпок (известная уже сотню лет). Часть боевого опыта учли в ходе ремонта, но некоторые работы так и не провели. В частности, вентиляция котельных отделений осталась неудовлетворительной, что сказалось в ходе японской воздушной атаки в декабре 1941 г.

Вернемся, однако, в Атлантику, где преследование "Бисмарка" продолжал "систершип" "Принса". Еще вечером 22 мая 1941 года "Кинг Джордж V" под флагом командующего флотом Метрополии адмирала Тови вместе с авианосцем "Викториес", крейсерами "Орора", "Галатея", "Кения" и "Хермайони" и 7 эсминцами вышел из Скапа-Флоу. Утром следующего дня к отряду присоединился линейный крейсер "Рипалс" и 3 эсминца, шедших из Клайда, и то, что в данный момент можно было считать "главными силами британского флота в отечественных водах", взяло курс на северо-восток, в проход между Исландией и Фарерскими островами. Только после 8 вечера на флагмане была перехвачена одна из радиограмм с "Норфолка", из которой следовало, что "Бисмарк" находится в Датском проливе. Положение своих сил вполне удовлетворяло Тови, который только немного изменил курс на северо-запад, чтобы вовремя перехватить противника.

Последовавшие после гибели "Худа" противоречивые сообщения запутали дело. Теперь отряд Тови являлся основной силой, способной уничтожить германский рейдер, и командующий флотом взял курс на прямой перехват "Бисмарка". Рано утром 24 мая "Кинг Джордж V" и другие корабли следовали следовали юго-западным курсом примерно параллельно противнику, с которым рассчитывали выйти на дистанцию видимости около 9 утра следующих суток. Около 4-00 Тови отделил "Викториес" и 4 крейсера для атаки германского линкора. По мнению командира авианосца его летчики, не только не имевшие никакого боевого опыта , но и не летавшие над открытым морем, могли вернуться обратно с дистанции не более 100 миль. В последующих вылетах им удалось добиться единственного попадания, пришедшегося в бортовую броню "Бисмарка". Сама торпеда не нанесла практически никаких повреждений, однако силой взрыва выбило или расшатало временные заделки на пробоинах от снарядов "Принс оф Уэлс". "Бисмарк" вновь был вынужден сбавить ход.

После потери контакта отрядом Уэйк-Уокера Тови совершил в общем-то вполне простительную ошибку. Он продолжал идти прежним юго-западным курсом и пересек направление движения "Бисмарка" и "Ойгена" далеко впереди. Утром 25 мая главные силы флота Метрополии лишились одного корабля: "Рипалс", запасы топлива на котором подошли к опасному пределу, отделился и взял курс на Канаду. Незадолго до полудня Тови изменил курс на северо- восток, полагая что Бисмарк возвращается домой через Фарерский пролив. Почти весь день он двигался практически в прямо противоположном направлении по отношению к курсу противника, удаляясь от него все более и более. Только в 6 вечера комфлотом понял, что "Бисмарк" направляется во Францию, и изменил курс на юго-восток. Только в 10-30 следующего числа от летающей лодки "Каталина" Берегового Командования (которую пилотировал американский летчик) поступил долгожданный рапорт о восстановлении контакта с противником. Тови теперь мог оценить положение, которое выглядело очень сомнительным - "Бисмарк" находился далеко впереди, а топливо на британских кораблях стремительно расходовалось. Правда, в 6 вечера того же, 26-го мая "Кинг Джордж V" получил важнейшее подкрепление. К отряду присоединился линейный корабль "Родни", занявший место в строю позади флагмана. Теперь, по крайней мере, можно было не опасаться за исход боя с поврежденным "немцем". Оставалось только вступить в этот бой, для чего необходимо было любой ценой снизить скорость противника.

Единственным пригодным для этого средством оказались торпедоносцы авианосца "Арк Ройял", входившего вместе с "Ринауном" в состав соединения "Н". Этот отряд вышел из Гибралтара и вечером 26 мая был на дальности, позволявшей нанести воздушный удар. 15 "Суордфишей" атаковали в наступающей темноте и добились двух попаданий. Одна из торпед, попавшая в броневой пояс в средней части корпуса линкора, не нанесла существенных повреждений. Однако другая нашла уязвимую точку. Взрыв в корме вывел из строя рулевую машину, и, что самое главное, заклинил рули в положении 15 градусов на левый борт.

Германский линкор оказался в очень тяжелом положении. Попытки управляться с помощью машин показали, что корабль не может идти против волны, и ему пришлось повернуть на курс 340 (северо-северо- запад), практически навстречу англичанам. Получив об этом сообщение от поддерживавшего контакт "Шеффилда", Тови вначале просто не поверил ему, но затем повернул прямо на юг, на пересечку нового курса врага. Теперь бой становился не только реальным, но практически неизбежным. Британский отряд даже уменьшил скорость, не желая вступать в ночную схватку, и Тови приказал атаковать "Бисмарк" эсминцам "Зулу", "Маори", "Коссак" и "Сикх". Точные результаты ночных действий эскадренных миноносцев так и остались неизвестными, но сколь-нибудь серьезных дополнительных повреждений германский линкор не получил.

Рано утром 27 мая отряд Тови вновь увеличил скорость. Условия предстоящего сражения в общем благоприятствовали англичанам. Шестибальный ветер, дувший с северо-востока и мешавший не имевшему управления "Бисмарку", сочетался с хорошей видимостью, не препятствующей своевременному обнаружению противника. Тови решил сблизиться с германским линкором с западного направления, используя преимущества утреннего освещения и хода волн. Кроме того, общее расположение сил не дало бы возможности "Бисмарку" использовать дымзавесу. Единственным недостатком западного направления было то, что стрельбе англичан мешал бы дым из собственных труб (что и наблюдалось на практике). Что касается тактики боя, то в 7 утра Тови передал сигналом на "Родни", что тот может маневрировать самостоятельно. Атака разделенными силами затруднила бы немцам ведение огня: им либо пришлось бы переносить его с одной цели на другую, либо разделить между обоими британскими линкорами.

В 8-20 линейные силы установили контакт со следившим за "Бисмарком" крейсером "Норфолк" и произвели окончательную коррекцию курса, а спустя 23 минуты немецкий линкор был замечен с "Родни" справа по носу на курсе 115 градусов и на дистанции около 12 миль. Он шел практически прямо на корабли Тови, которые двигались в разомкнутом строю (дистанция между линкорами 8 каб.). Через 4 минуты после обнаружения противника "Родни" открыл по нему огонь из двух передних башен с дистанции 11,5 миль, а спустя минуту к нему присоединился "Кинг Джордж V". Тови в принципе повторял ошибку Холланда, сближаясь на остром курсовом угле и стреляя 2/3 артиллерии. Но на этот раз удача оказалась не на стороне немцев. Хотя "Бисмарк", выбравший в качестве цели "Родни" и открывший по нему огонь в 8-49, накрыл свою цель вторым же залпом, причем один из снарядов лег всего в 20 м от борта, прямых попаданий не было. "Родни" немедленно предпринял индивидуальный маневр уклонения, и последующие залпы "Бисмарка" дали большой перелет, затем недолет и вновь несколько перелетов. Между тем огонь британских линкоров был достаточно точным: "Родни" накрыл "Бисмарка" третьим залпом, добившись одного попадания (в 8-50). Спустя 7 минут последовало еще одно, очень важное попадание. 16-дюймовый снаряд вывел из строя носовую башню немецкого корабля. Так уже спустя 10 минут после начала сражения "Бисмарк" оказался в очень тяжелом положении; его стрельба (из одной башни "В") стала неточной и медленной. Между тем дистанция быстро уменьшалась, и около 9-00 она составляла примерно 80 каб. В 9-03 "Кинг Джордж V" довернул вправо, вводя в дело кормовую башню, а вскоре за ним последовал и "Родни". Огневое преимущество англичан стало значительным. Примерно в то же время (в 9-02 или в 9-03) снаряд попал в возвышенную переднюю башню "Бисмарка". Броня была пробита; силой взрыва была выбита с места и выброшена за борт задняя плита башни. Почти одновременно другим попаданием был выведен из строя центральный пост управления огнем на передней мачте; этот же снаряд убил или ранил большинство офицеров штаба Лютьенса и командования корабля. Еще через 10 минут аналогичная судьба постигла носовой пост управления огнем, а спустя еще 6 минут - кормовой, в результате чего "Бисмарк" остался полностью без централизованной системы управления стрельбой. Около 9-15 оставшиеся 2 задние башни перенесли огонь на "Кинг Джордж V", однако флагман Тови находился под обстрелом всего 5 минут, после чего германский линкор вновь возобновил огонь по "Родни", стреляя из единственной кормовой башни "D".

Таким образом, менее чем за полчаса после начала боя немецкий "супер-линкор" оказался полностью выведенным из строя. Трудно оценить, какой именно из британских линейных кораблей сыграл в этом главную роль. И "Кинг Джордж V", и "Родни" выпустили в начальной фазе боя примерно одинаковое число снарядов. "Родни" все время находился чуть ближе к неприятелю и условия наблюдения с него были лучше. К 9-15 он дал 37 залпов, добившись, очевидно 6 попаданий. "Кинг Джордж" выпустил около 30 залпов, из которых 6 или 7 дали накрытия. Оба британских линкора использовали исключительно бронебойные снаряды, оказывавшие сокрушительное действие на дистанциях первой стадии боя (от 70 до примерно 50 каб.).

К этому времени "Бисмарк" на контркурсе проскочил мимо английских кораблей, поэтому в 9-16 "Родни" повернул вправо на обратный курс. Двигаясь теперь на север параллельно зарывавшемуся в волнах немецкому линкору, он продолжал осыпать его снарядами с 45 кабельтовых. Тови решил поберечь свой новый корабль (точнее его орудия, поскольку самому "Кинг Джорджу" уже мало что угрожало) и проделал тот же маневр 10 минутами позже и на большем удалении от противника (дистанция около 60 каб.). В этот момент огонь с флагмана стал заметно менее действенным. Во-первых, цель временами закрывалась дымом и всплесками от 16-дюймовых снарядов "Родни". Во-вторых, временно вышел из строя артиллерийский радар, позволявший вести огонь в этих непростых условиях, и, в-третьих, начались традиционные неполадки в орудийных башнях ГК, одна из которых полностью прекратила стрельбу на 30 минут. В этом отношении головной корабль серии, формально находившийся в составе флота уже почти полгода, мало чем отличался от только что вступившего в строй "Принс оф Уэлс". К счастью, дело уже было сделано, причем основную роль продолжал играть "Родни". Он вновь развернулся вправо и пересек курс "Бисмарка" на дистанции всего 15-20 кабельтовых. К 9-40 с германского корабля прекратился огонь не только главного, но также и вспомогательного калибра.

Еще через 20 минут "Кинг Джордж V" также сблизился с "Бисмарком" и выпустил в него 8 залпов с близкой дистанции (15 каб.). Количество попаданий в этой стадии было весьма значительно. Обследование останков германского линкора засвидетельствовало полное разрушение главной носовой надстройки, причем броневая рубка по количеству дырок была похожа на кусок швейцарского сыра. То, что "Бисмарк" продолжал держаться наплаву, объясняется несколькими факторами. Во-первых, комбинация 320-мм пояса и 110-мм скоса палубы (к тому же очень пологого) была эквивалентна на малых дистанциях 600-700 мм вертикальной брони, что исключало надежное пробивание британскими орудиями на любых курсовых углах, заметно отличающихся от 90°. Во-вторых, стрельба на 1,5 мили с минимальными углами возвышения (и, соответственно, падения) приводила к попаданиям исключительно выше ватерлинии. Поэтому "Бисмарк" принимал воду достаточно медленно. Тщательное разделение на отсеки и отличные действия экипажа продлили его агонию, но сказать что германский линкор оказался "непотопляемым", нельзя. Даже без последней торпедной атаки, предоставленный самому себе, он несомненно затонул бы весьма скоро. Поражает та легкость, с которой британские корабли разделались с более крупным и в принципе более совершенным противником, прекратив его активное сопротивление примерно за полчаса. Уничтожение "Бисмарка", первой жертвы среди современных линкоров, показало, что даже весьма удачно сконструированные корабли, имеющие очень хорошую защиту и управление огнем, могут стать практически небоеспособными в результате нескольких удачных попаданий, в частности - в центры управления. В общем, "Худ" был полностью отомщен, а немцы не добились в этом сражении ни одного попадания, что не слишком удивительно, поскольку "Бисмарк" ни разу не стрелял всеми 8-ю орудиями, в основном ведя огонь из одной или двух башен.

Новый британский линкор в ходе этого боя оставался как бы "в тени", находясь на большей дистанции и стреляя реже, чем "Родни". Наиболее существенным его недостатком оставалась низкая надежность главной артиллерии. Трудно сказать, как бы сложился поединок неуправлявшегося "Бисмарка" с "Кинг Джордж V" в отсутствии 16-дюймового "ветерана". Скорее всего, рейдер все же был бы уничтожен совокупными усилиями британского флота с участием авиации и торпедных кораблей, но, возможно, он успел бы нанести "англичанину" некоторые повреждения. Впрочем, ведущим фактором в операции оставался запас топлива. Даже в сложившихся удачных обстоятельствах Тови пришлось в 10-15 выйти из боя и немедленно направиться на базу.

Так завершилась охота за "Бисмарком", в которой в качестве главных участников действовали два новейших линкора, находившиеся в строю не более полугода. Потопление германского колосса поставило точку на океанских действиях линейных кораблей Кригсмарине, а у англичан впервые с начала войны появились хотя бы относительно свободные силы. Между тем обстановка на Дальнем Востоке накалялась все больше и война с Японией стала весьма вероятной. Оперировавшее понятиями тридцатилетней давности, Адмиралтейство полагало, что включение в состав Восточного флота (состоявшего из устаревших кораблей) современнейшей боевой единицы послужит сдерживающим фактором. В качестве "большой дубинки" был избран "Принс оф Уэлс". Быстро и поверхностно дооборудованный, он вместе с эсминцами "Электра" и "Экспресс" 25 октября 1941 г. вышел из Клайда. Соединением "G" командовал адмирал Филлипс, любимец Черчилля, имевший репутацию энергичного и решительного командующего, но проведший весь начальный период войны на штабной работе. Поход проходил в быстром темпе. 5 ноября отряд прибыл во Фритаун, а 16-го того же месяца линкор бросил якорь в базе флота в Саймонстауне (Южная Африка). 28 ноября он уже находился в Коломбо, где встретился с линейным крейсером "Рипалс", прибывшим с Атлантики, и эскадренными миноносцами "Энкаунтер" и "Джупитер", совершившим переход из Средиземного моря. Не задерживаясь на Цейлоне, отряд Филлипса 2 декабря 1941 г. прибыл в место назначения - главную базу британского флота на Востоке Сингапур. Переход по маршруту адмирала Рожественского спустя 36 лет спустя похода русской 2-й Тихоокеанской эскадры занял всего чуть больше месяца, хотя совершался в условиях значительной подводной опасности в Атлантике и Индийском океане.

К тому времени Адмиралтейство, имевшее достаточно сведений об угрозе, которой подвергался наспех созданное соединение, лишенное авиационного прикрытия (выделенный для Восточного флота новый авианосец "Индомитэбл" повредйд днище при посадке на мель и не достиг Сингапура), тщетно искало возможность "сохранить лицо" и одновременно сохранить корабли от возможных последствий поспешно принятого решения. Филлипс получил разрешение связаться с американцами на предмет присылки нескольких эсминцев для эскорта своего отряда, который предполагалось увести из Сингапура. 5 декабря "Рипалс" с 2 эсминцами даже вышел в море и взял курс на австралийский порт Дарвин, но на следующий день был возвращен. 6 декабря американская разведывательная служба расшифровала ноту, которую японский посол в Вашингтоне должен был вручить правительству США. Война стала практически неминуемой. Англичане также получили сообщение о том, что силы вторжения уже находятся в море у побережья Индокитая.

К вечеру 9 декабря (по Гринвичу), когда на Дальнем Востоке фактически уже наступило состояние войны, Адмиралтейство приняло решение о том, что линкоры Филлипса "должны выйти в море и затеряться среди бесчисленных островов". Однако в это время соединение "Z" (как теперь назывался отряд) уже находился в море, но вместо того, чтобы скрываться, следовал курсом на северо-запад, пытаясь перехватить японские силы вторжения.

В 17-35 8 декабря "Принс оф Уэлс", "Рипалс" и 4 эсминца вышли из Сингапура. В сгущавшихся сумерках Филиппе взял курс на север, держа ход 17,5 узлов. Предполагалось, что японцы собираются высадить войска на перешейке Кра, как на территории британской Малайи, так и в портах Сиама (Таиланда). Истребители с северных малайских аэродромов должны были обеспечить воздушное прикрытие соединения "Z", однако буквально за несколько минут до полуночи из Сингапура от контр-адмирала Пэллизера поступило неприятнейшее известие о том, что истребительное прикрытие обеспечить не удастся. Так англичане лишились первого из необходимых компонентов удачной операции.

Филлипс попал в тяжелое положение, но продолжил движение на северо-восток. В 12-30 он созвал на борту "Принс оф Уэлс" совещание, на котором ознакомил офицеров со своим планом действий против японского десанта у Сингоры и Кота-Бару. Атака вражеских сил, прикрытие которых адмирал оценивал в 2 линейных крейсера типа "Конго", 5 крейсеров и 20 эсминцев, должна была состояться на рассвете 10 декабря. Адмирал предполагал нанести удар по силам десанта на месте высадки и немедленно отойти. Он считал, что пока движение его отряда противником не замечено, и надеялся проскочить зону несомненно имевшейся у японцев разведки ночью.

Но вскоре снялся и вопрос о внезапности. Около двух часов дня японская подводная лодка "I-65" обнаружила на предельной дистанции 2 больших корабля. Хотя контакт с быстро следующим в условиях низкой облачности и дождевых шквалов британским соединением был вскоре потерян, сообщение о нем было получено в Сайгоне и на кораблях в море. Спустя 3 часа гидросамолеты с японских крейсеров отряда восстановили контакт и поддерживали его в течение полутора часов. Британцы приготовились к отражению воздушной атаки.

Филиппе относительно верно оценивал силы противника. Ему противостояли несколько отрядов, входивших в состав Южного соединения под командованием вице-адмирала Н.Кондо. В находившиеся под его непосредственным началом Главные силы входили линейные крейсера "Конго" и "Харуна", тяжелые крейсера "Атаго", "Такао" и "Майя", и 10 эсминцев. Главные силы осуществляли дальнее прикрытие высадки, а непосредственное эскортирование соединений 25-й и 15-й армий, прикрытие высадки и отражение возможной контратаки англичан возлагалось на Малайское соединение вице-адмирала Д.Одзава, одного из наиболее способных японских командиров. В него входили тяжелый крейсер "Текай" и 1 эсминец, составлявшие флагманскую группу, главные силы эскорта под водительством неудавшегося героя битвы в заливе Лейте Т.Куриты (тяжелые крейсера "Кумано", "Микума", Мотами", "Судзуя" и 3 эсминца), и двух эскортных соединений, включавших помимо вспомогательных и мелких боевых судов 3-ю флотилию эсминцев в составе легкого крейсера "Сендай" и 10 новейших эскадренных миноносцев. Кроме того, в море находилось 10 подводных лодок. Флагманы их флотилий, легкие крейсера "Йура" и "Кину", патрулировали к северу. Решения на месте принимал Одзава, хотя общее оперативное руководство сохранялось за Кондо. В общем, противник выглядел очень солидно, хотя не имел авианосцев и современных линкоров.

Однако главную, хотя еще неизвестную для англичан опасность представляла собой морская авиация. Для действий против кораблей был выделен 1-й воздушный флот под командованием контр-адмирала С.Матсунага. Его ядром являлась 22-я воздушная флотилия, состоявшая из авиагрупп "Гензан" и "Михоро", имевших на вооружении по 36 бомбардировщиков- торпедоносцев типа "96" ("Нелл"). Обе авиагруппы были переброшены на аэродромы в Сок Транг и Ту Дау Мот поблизости от Сайгона в октябре. До этого они в течение долгого времени участвовали в действиях на суше в Китае, и степень их готовности для действий против кораблей была явно недостаточной. Поэтому 1 -й флот был буквально накануне начала военных действий усилен половиной авиагруппы "Канойя" - 27-ю бомбардировщиками-торпедоносцами типа "1" (Бетти"). Этот отдельный отряд, получивший обозначение "ударное соединение "Тей") применялся для бомбардировок Китая только эпизодически, и примерно половину каждого года проводил в интенсивных учениях на море. В 1941 г "Канойя" приступила к совместным тренировкам с Объединенным флотом в торпедометании на мелководье. Как мы вскоре увидим эти тренировки не были напрасными.

Интересно, что японцы не знали точно, с какими именно силами им придется иметь дело. Единственным достоверным сведением было присутствие в Сингапуре "Принс оф Уэлс" и еще одного линкора. Кондо считал, что вторым, скорее всего, был "Кинг Джордж V". Кроме того, по данным авиаразведки там же находились 2 тяжелых крейсера. Японцы засняли оба больших корабля, но "Рипалс" так и не идентифицировали даже в ходе атаки, окончательно удостоверившись в его потоплении только после английского официального сообщения.

Днем 9 декабря все японские отряды прикрытия, получившие ложное донесение о том, что британские линейные корабли все еще находятся в Сингапуре, направились в бухту Кам-Рань. На пути туда Одзава около 16-00 получил сообщение от "I-65" об обнаружении "двух линейных кораблей типа "Рипалс" и тут же отдал приказ Матсунаге атаковать противника. В 16-45 18 самолетов группы "Канойя" взлетели и направились к югу, через 50 минут за ними последовали 17 "Нелл" группы "Гензан". Последними вылетели 18 таких же самолетов группы "Михоро", которым вскоре пришлось вернуться из-за плохой погоды. Остальным пришлось возвращаться в темноте и приземляться при лунном свете после 11 вечера. Первый вылет оказался неудачным, но все самолеты благополучно вернулись на базы.

В это время сам Одзава решительно повернул на обратный курс. Еще не все японские транспорты покинули места высадки, и он счел своей обязанностью дать противнику бой, хотя не слишком надеялся на вечерние действия своей авиации и имел в своем распоряжении только 5 тяжелых и 2 легких крейсера и 4 эсминца, входившие в состав временного соединения и не тренировавшиеся вместе для ночных атак. Но более осторожный Кондо решил собрать все силы вокруг двух линейных крейсеров примерно в 40 милях к юго-востоку от о-ва Пуло-Кондор, и войти в контакт с англичанами утром 10-го, заманив их на север открытым использованием радио. Около 19-30 отряды Одзавы и Куриты, по японской традиции действовавшие отдельно и даже не находившиеся в зрительной связи, сблизились с отрядом "Z" почти на 20 миль. Если бы Филлипс не изменил направление движения на северо-западное около 7 часов вечера и продержался на первоначальном северном курсе еще хотя бы четверть часа, он мог бы войти в контакт с противником. Остается гадать, что произошло бы в этом случае. С одной стороны, англичане имели достаточно хорошие радиолокаторы и теоретически могли повторить свой успех при Матапане. С другой стороны, японские тяжелые крейсера и эсминцы в соответствии с морской доктриной несколько лет специально готовились к ночным действиям, и в стычках с американцами часто обнаруживали противника первыми, несмотря на наличие у него РЛС. Так что не менее вероятно, что вместо Матапана англичане получили бы Саво или Тассафаронгу.

Так или иначе, британским кораблям была предначертана другая судьба. Вечером 9 декабря Филиппсу предстояло принять окончательное решение о дальнейшем ходе операции. На старом эсминце "Тенедос" постройки времен 1-й войны обнаружился недостаток топлива, и его пришлось отправить в Сингапур. Командующий отрядом вначале предполагал послать линкор и линейный крейсер к Кота-Бару под прикрытием темноты, но около 8 вечера неохотно отменил операцию и приказал лечь на обратный курс. Около часа ночи 10 декабря он получил из Сингапура сообщение о высадке японцев в Куантане, глубоко в тылу у британских войск. Поскольку этот порт лежал почти на пути отхода соединения "Z", он приказал изменить курс и увеличить скорость до 25 узлов. В ночной темноте подводная лодка "1-58" вновь обнаружила англичан, и даже произвела безуспешную (и даже не обнаруженную) атаку по "Рилалсу", а, главное, донесла о контакте. Японцы получили полную и крайне важную информацию о действиях противника, решившую судьбу британских кораблей.

На рассвете 10 декабря "Принс оф Уэлс" выпустил гидросамолет, обследовавший гавань Куантана. К полному удивлению Филиппса и его штаба порт был пуст. Около 8-00 его дополнительно обследовал эсминец "Экспресс", сообщивши сигналом:

"Все спокойно". Было решено обследовать район к востоку от Куантана, где скрылся буксир с тремя баржами, обнаруженные еще в 5 утра. Для экономия топлива на эсминцев скорость сбросили до 20 уз.

Гибель "Принс оф Уэлс" и "Рипалс"

Получив сообщение от "1-58", Кондо понял, что его корабли уже не смогут перехватить англичан. Но японская морская авиация с 4-45 утра уже находилась в воздухе, правда, пока только разведчики (9 самолетов из группы Тензан"). Обнаружение с подводной лодки оказалось роковым. Между 6-25 и 8-00 утра стартовали все остальные самолеты всех трех групп. Хотя боевой дух экипажей, поздно вечером вернувшихся из полета и всю ночь готовившихся к новому вылету, был высок, ожидались большие потери. Командование предполагало, что после атаки не вернется на базы около трети всех самолетов. Японцы очень высоко оценивали новые британские линкоры как в отношении мощи зенитной артиллерии, так и в отношении непотопляемости.